Страница 96 из 137
Бальтазар сделал выпад, чтобы проткнуть незнакомца клинком, но тот исчез и сталь вонзилась в стену, издав противный скрежет. За спиной раздался смех. Бальт обернулся, но незнакомца там уже не было.
— Ты не помешаешь мне забрать то, что я считаю своим, – сказал он, взяв Грету под локоть и повел ее к двери. На пороге она обернулась и умоляюще посмотрела на Бальтазара. Он увидел, как в ее глазах дрожат слезы.
— Грета не принадлежит тебе! – повысил голос Бальтзар и оттащил незнакомца от девушки. – Оскар, уведи мою невесту!
— Пойдем, – с готовностью откликнулся тот и, подойдя к Грете, взял ее за руку. Девушка не шелохнулась, она словно приросла к полу. С ужасом глянула на незнакомца, тот лишь усмехнулся.
— Зачем вы так.. – прошептала она, делая над собой усилие, чтобы последовать за Оскаром.
— Ты сама знаешь, что это будет правильно, – мягко проговорил незваный гость и протянул ей руку. – Идем.
— Но я даже не знаю, кто вы! – проговорила Грета, нерешительно протягивая ему руку.
— Меня зовут Киана, – представился незнакомец. – Ты взывала ко мне, и я ответил.
— Грета, опомнись! – вставая между ними, крикнул Бальтазар. Он все еще сжимал меч, но почему-то не мог воспользоваться им по назначению и убить того, кто хотел отнять у него любимую. – Не поддавайся ему!
— Ты пробудила меня, и теперь ты – моя спутница, – сказал Киана, глядя на потрясенную Грету.
— О чем он говорит?! – в исступлении крикнул Бальтазар.
— Магия, – всхлипнула Грета. – Все дело в ней.
— Ваша болтовня меня утомила, – сказал Киана и увлек Грету за собой.
Бальтазар обескуражено смотрел, как они удаляются, не в силах шевельнуться. Грета несколько раз обернулась, беспомощно глядя на него. Он рвался ей на помощь, но чужая сила не давала ему сделать это. Оскара постигла та же участь. Он ругался, стараясь оторвать ноги от пола, но они его не слушались.
— Мариан! Сабола! – покричал Бальтазар, понимая, что без помощи чародеев Грету ему не спасти.
— Им не до нас, – хмуро сказал Оскар и был, конечно же, прав.
Вдруг сила, что сдерживала его ослабла, словно кто-то перерезал веревку, и Бальтазар едва устоял на ногах. С трудом удержав равновесие, он бросился в коридор и, спотыкаясь, сбежал по ступенькам. Судя по топоту за спиной, Оскар спешил следом.
Киана уже сажал Грету на коня. На девушке была маска, как и на чародее. В него летели стрелы, но ни одна из них не задела его, либо пролетая в миллиметре от его тела, либо падая к его ногам.
— Не стрелять! – крикнул Бальтазар, боясь, что стрелки могут задеть Грету. – Не стрелять! У него заложница!
— Как ты мне надоел! – с досадой произнес Киана. Он поднял руку, и Бальтазар замер, не в силах шевельнуться. Оскар рядом с ним застыл в весьма неудобной позе. Шум позади стих, и бывший разбойник не мог понять, что произошло: их тоже обездвижили или это он перестал слышать. Он вдруг стал пустотой без чувств и мыслей. Пустым взглядом наблюдал, как чародей увозит Грету, и они скрываются за воротами.
Ноги подкосились, мгновенно став ватными, и Бальтазар рухнул на колени. Крики и стоны умирающих касталийцев больно резанули по слуху, и он поморщился. Хотел заткнуть уши руками, но не смог их поднять. Оскар рухнул, как подкошенный рядом с ним.
— Да тот тип просто демон какой-то! – раздосадованно пробормотал он.
— Нужно его догнать и вернуть Грету! – прошептал Бальтазар, хватаясь пальцами за землю. Голова кружилась, перед глазами плыли красные круги, будто он перебрал плохого вина. Он попытался приподняться и снова упал. А потом его поглотила темнота.
* * *
Очнувшись, Бальтазар удивился царившей вокруг тишине. Уже стемнело, свеча, медленно догорающая на столе, не сильно рассеивала мрак. Бальт огляделся, пытаясь понять, где находится. Он лежал на чьей-то кровати, укрытий плащом, от которого пахло дымом и гарью.
— Ты в моей комнате, – донесся до него голос Оскара. Приподнявшись на локтях, Бальтазар увидел его сидящим на полу, привалившись к стене. – Как ты себя чувствуешь?
— Пока не понял, – сев на кровати, ответил Бальтазар и закашлялся. – Почему так тихо?
— Все кончено, – вздохнул Оскар и опустил голову. – Осталось сжечь тела погибших..
— Противоядие все еще действует? – спуская ноги на пол, спросил Бальтазар.
— Осталась пара часов, – равнодушно ответвил Оскар и провел рукой по спутанным белокурым волосам. – Сделаем, что успеем. Здесь даже никого из солдат не надо оставлять: чернявка убьет любого, кто проникнет на территорию крепости.
— Но и мы останемся без нее, – пожал плечами Бальтазар. – А она для нас стратегически важна.
— Мариан обещал разобраться с противоядием, – без особой надежды ответил Оскар. – Просто нужно немного подождать.
— Что с герцогом?
— Жив.
— Ты чего-то не договариваешь, – напрягся Бальтазар.
— Наши люди, они почти все погибли, – тяжело сглотнув, сказал Оскар. – Я никогда не видел столько смертей сразу, и я.. Я даже чувствую себя немного виноватым в том, что они умерли, а я нет.
— Дурак ты! – беззлобно обругал его Бальтазар.
— Кто бы с этим спорил, – усмехался Оскар и поднял глаза на Бальтазара. – А вот ты чуть не помер. У тебя не билось сердце, Бальт, и, если бы не Сабола, я не знаю, открыл бы ты глаза.
Сказанное бароном обескуражило Бальтазара, потому что он сам ничего такого не почувствовал. А в его понимание умирание должно было быть весьма ощутимым процессом.
— То есть, я обязан ему жизнью, – проворчал Бальтазар. Саболу он недолюбливал и быть с ним связанным таким личным происшествием не хотел.
— Можешь сказать ему «спасибо», но я не думаю, что он чего-то ждет от тебя, – успокоил его Оскар. – Хотя он очень испугался за тебя, и вот это странно.
— И правда, – задумчиво проговорил Бальтазар и снова посмотрел на Оскара. – Что теперь будешь делать? Поедешь в Кассию, предъявлять право на правление?
— Нет, – поднимаясь, сказал Оскар. – Сперва найду сестру.
— Ты ведь понимаешь, что мы не победили? Да, мы выиграли это сражение, но до победы еще далеко, – с тревогой проговорил Бальтазар и впервые с момента пробуждения подумал о Грете. Страх тут же сковал ему душу. Он машинально потянулся к камню, который она когда-то подарила ему, и теперь этот камень был частью его, чтобы сохранить ему жизнь. Камень был горячим и пульсировал словно птичье сердце. Это вдруг успокоило Бальтазара: Грета жива, она в порядке, и он найдет ее. – Оскар, ты должен стать Первым лордом и остановить войну.
— Так мне Августин и позволил это, – издал смешок Оскар.