Страница 42 из 151
— А еще удобно, что правительницами мать и дочь – соседки, а ты, как мудрый кукловод, можешь руководить их действиями и таким образом, управлять их территориями в своих интересах, – ехидно заметил Мариан. – Мало ли какие несчастья с ними потом могут случиться. А до этого момента можно объединить страны, чтобы потом стать вдовцом-императором. Я люблю Кордию, и я верен своему королю, даже если ты знаешь его настоящее имя, поэтому прежде тебе придется уничтожить меня, потому что я буду их защищать.
— Какой я, право, злодей, – усмехнулся Кассиопей. – Мне даже нравится.
— Почему ты выбрал Августина на роль убийцы?
— Хотел уничтожить две проблемы одной стрелой, – неохотно ответил Кассиопей. – Я знал, что мальчишку здесь ждет смерть, он ведь Омари и должен умереть от руки своего брата или сестры, а это время уже близко. Мне показалось это удачным сочетанием, но, кажется, я ошибся.
— Августин будет очень зол, когда узнает.
— Я не Омари, мне все равно, – издал короткий смешок Кассиопей. – Он мне ничего не сделает.
— Будешь доводить до конца план с убийством Лейфа?
— Ты же понимаешь, что я не могу ответить тебе на этот вопрос честно, это не в моих интересах, – осторожно проговорил Кассиопей. – Впрочем, как и терять твою дружбу.
— Мне сложно тебе верить.
— Я был честен с тобой, насколько возможно.
— Помощь с твоими друзьями из Истраты – правда?
— Да, и завтра я сам выезжаю туда.
По шее Мариана пробежал легкий сквозняк, и он обернулся. Ему показалось, что за балконной дверью промелькнула тень, и он вышел посмотреть, кто подслушивал их разговор. Коридор был пуст. Чародей не верил, что чужое присутствие ему показалось: у их беседы с Кассиопеем был свидетель, и вряд ли этот человек на их стороне, иначе с чего бы ему подслушивать?
* * *
Утром Кассиопей вместе с несколькими людьми из свиты выдвинулся в Истрату. Мариан проводил его, и прощание вышло теплым и дружеским, но он все еще сомневался в искренности друга. Раданелла осталась на правах гостьи во дворце, и Мариан распорядился приставить к ней охрану. Он не сомневался, что Августин захочет отомстить, и Первая леди была идеальной мишенью. Несмотря на усилии гвардейцев, его так и не удалось найти. Мариана не оставляла мысль, что у него есть сообщник, одному бы ему не выпутаться. Но кто им мог быть, оставалось загадкой.
Известие об исчезновении леди Сильваны, навело чародея на мысль, что это она могла помочь Августину и сбежали они вместе, но так и не понял, где бы эти двое могли прежде пересечься. Он объявил гувернантку юной герцогини в розыск, а у жены Дора усилил стражу. У него была мысль отправить Южану подальше отсюда, где до нее не сможет добраться Север, если решит провернуть какую-нибудь интригу. Не зная, как решить эту дилемму, Мариан воспользовался магией и подчинил девчонку. Теперь он мог ее контролировать, воля Южаны была еще не настолько сильной, чтобы сопротивляться его силе, но долго продолжаться это, конечно же, не могло.
* * *
Прошла неделя – новостей от Лейфа и Дора не было. Мариан нервничал, но старался этого не показывать. Ему снились кошмары, после которых он просыпался измученным и больным, словно злые духи или демоны пытались забрать его силы, питались им. Ловушки, выставленные для них, оказались пустыми. А значит, дело было в нем самом.
Мариан раскладывал карты, когда слуга доложил чародею, что некая девушка хочет его видеть. Мол, он пытался прогнать ее, но она оказалась очень настойчивой, и он подумал, что это может быть что-то важное. Чародей вздохнул: он не любил, когда магические практики прерывались. Бросил взгляд на карту, что выпала первой из колоды. Прошлое. Достал еще одну. Любовь. Только этого не хватало! Он даже зубами скрипнул, вспомнив про Талику, и тут же напомнил себе, что это никогда не было любовью, а всего лишь приворотом.
— Пусть ждет меня в зале для аудиенций, – распорядился Мариан, натягивая камзол. Настроение у него было паршивое. Скорпионы суетливо крутились возле его ног, натыкаясь друг на друга, они всегда остро реагировали на его душевное состояние.
Войдя в зал для аудиенций, Мариан увидел молодую девушку. Она была чуть сутулой, одетой в простую, сильно поношенную одежду. Русые волосы заплетены в тугую косу, серые глаза смотрят с тревогой и затаенным страхом. На скуле темное пятно, похожее на синяк. Среди дворцовой роскоши эта гостья казалось особенно неуместной.
— Чего хотела? – резко спросил ее Мариан. Она задрожала еще сильнее и неуклюже сделала реверанс.
— Вы чародей Мариан? – срывающимся голосом произнесла она и окинула его взглядом, словно хотела свериться с невидимом списком его примет.
— Да, и у меня мало времени, – холодно ответил чародей.
— Его величество Дамьян просил передать вам это письмо, – сделав шаг к Мариану и протянув ему небольшой конверт, сказала девушка. Тот с недоверием взял послание, гадая, где король мог пересечься с этой девицей и что такого могло произойти, что она стала его посланницей?
Быстро сломав печать и убедившись, что письмо заверено дыханием Лейфа, Мариан стал внимательно читать. Дочитав до конца, он покосился на девушку, которая стояла, теребя в руках дорожный узелок.
— Он очень дурно с тобой обращался? – спросил Мариан, еще раз перечитав последние строчки письма.
— Нет! – торопливо ответила девушка, но в ее голосе Мариан уловил испуг. – С чего вы взяли?
— Он просит о тебе позаботиться: – дать работу во дворце или пристроить куда, – растерянно проговорил Мариан. – И на него это очень непохоже. Я даже боюсь предположить, что он мог сделать.
— Ничего не надо! – гордо вскинув подбородок, ответила девушка, и на ее скулах вступил румянец. – Господа дали мне камни, я справлюсь.
— Как тебя зовут?
— Георгина, господин.
— И что ты собираешься делать, Георгина? – спросил Мариан, невольно ощутив интерес к этой девушке.
— Открою пекарню, буду продавать хлеб, – ответила Георгина, и Мариан вздрогнул от ее слов.
— Почему именно пекарню?
— Мой дедушка был пекарем. И папа тоже, в молодости. Дела у них шли хорошо, а потом дедушку обвинили в том, что он устроил поджог, чтобы погубить своего соперника. Тот вместе со своей женой сгорел заживо.
— Где это произошло? – Мариан не узнал собственного голоса.
— Пекарня находилась на Плессарке, там за место лучшего пекаря надо было побороться, а дедушке просто повезло. И когда случилось то несчастье, он не смог оправдаться и его изгнали из города, – хрипло проговорила Георгина.
— Когда это случилось?