Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 27 из 151

Глава 8. Непредвиденные осложнения

Лейф проснулся от собственного крика. Он вскочил на кровати, жадно хватая ртом воздух. Ему снова снились кошмары. Климент стоял у него за спиной, и он кожей чувствовал его смрадное дыхание. А потом перед ним выросла Дилена. Она улыбалась, и вокруг нее струился золотой свет. Покойница обняла Лейфа, и страх пронзил каждую клеточку его тела. Девушка была холодной, как лед. Он хотел оттолкнуть принцессу, но она громко закричала, надрывно так, что мурашки побежали по телу, и тут же рассыпалась на части. Капли ее крови обрызгали Лейфу лицо. Кисть ее руки осталась у него в ладони, и он с ужасом смотрел, как подрагивают ее мертвые пальцы.

— Не думай, что забудешь меня: я всегда рядом, – прозвучал голос Климента у него над ухом, и этого Лейф уже вынести не смог. Отчаянье захлестнуло его и выбросило из сна.

Вытерев рукой пот, струящийся по вискам, Лейф спустил ноги с кровати. Зажег свечи и с досадой подумал, как жаль, что нельзя отомстить мертвым и убить их еще раз. Он бы с радостью отправил Климента на тот свет. Убивать Дилену второй раз желания не было, но уж больно она стала настойчивая и слишком часто снилась.

Поняв, что больше не уснет, Лейф хотел позвать слугу, чтобы тот помог ему одеться и принес травяной чай, но, вспомнив про метку раба на шее, передумал. Никто не должен ее увидеть. Пудра, что сделал ему Мариан, заканчивалась, и нужно было просить чародея сделать еще. А просить о чем-то чародея для него было унизительно.

«Ты король, – напомнил Лейф себе, – Ты просто можешь приказать».

Одевшись, он сел за стол и начал разбирать письма, до которых не добрался днем. Приезд Кассиопея и Раданеллы полностью поглотил его внимание. Он все еще не определился, какое впечатление на него произвела эта пара. Дор рассказал ему о том, что эти двое женаты, но пока держат это в тайне. Лейфу это не понравилось. Он знал Раданеллу и понимал, что теперь Касталия в руках Кассиопея, и договариваться, и дружить надо с ним. Интуиция подсказывала ему, что этот человек своего не упустит и с ним нужно быть очень осторожным. Чародеям нельзя было править, но никто не запрещал им становиться советниками или мужьями правящих персон и приходить к власти в случае их смерти. Но самому возглавить правление – ни в коем случае. Лейф тяжело вздохнул, в который раз удивляясь странности законов. Лорен, наверное, страдает от изжоги в аду, видя, к кому перешла власть Первого лорда! Что ж, так ему и надо! Все справедливо.

Донесения генералов, к которым пришли на помощь войска короля Севера, спешили сообщить, что вражеские отряды Артея терпят поражение и спасаются бегством. Та же участь преследует и тех, кто вызвался помочь правителю Истраты «восстановить справедливость».

Лейф довольно улыбнулся. Он даже зажмурился от удовольствия, радуясь таким хорошим новостям. Неужели они, наконец, смогут выйти из кризиса? После смерти Альбы мятежники потеряли не только своего руководителя, но и деньги, без которых не обходится ни один бунт. Никому другому не пришло в голову подхватить идею, и мятеж начал затихать.

Лейф несколько раз вздохнул, чтобы унять радостное возбуждение. Ему не хотелось обмануться, поверив в то, что у Аталаксии есть шанс победить. Еще бы вернуть домой Кордию, и можно считать, что жизнь удалась. Он очень надеялся, что чародеи придумают, как избавить его жену от предназначения быть платой за грех отца. Лейф посмотрел на брачную метку. Та едва заметно мерцала. Кордии было тяжело, но она была жива. О том, что могло случиться с ребенком, он старался не думать. А значит, нужно было торопиться.

Увлекшись перепиской, Лейф не заметил, как рассвело, и дворец ожил. По коридорам спешили служанки, двери тихо хлопали, и слышались чьи-то голоса. Он на миг задумался, и, когда в его покои без стука влетел растрепанный Мариан, вздрогнул всем телом.

— Что ты себе.. – начал Лейф и тут же осекся, когда к нему на стол, шумно хлопая крыльями, уселся Гастон.

— Кордия на пути в Истрату, – сухо сказал Мариан, глядя на Лейфа воспаленными глазами.

— Морем? – поднимаясь из-за стола, спросил Лейф.

— Морем, – подтвердил Мариан. – Гастон проводил их до самого порта – и, как только корабль причалил, полетел обратно.

— Есть вариант, что из этого порта они могли поехать не в Истрату?

— А смысл? – пожал плечами Мариан. – Артей привез ее к себе домой, теперь он хозяин положения и может играть, как ему вздумается.

— Пожалуй, – согласился Лейф, соображая, как будет быстрее добраться до Истраты. В том, что он должен ехать туда лично, сомнений не было. – Пусть немедленно снарядят корабль, мы сразу же выдвигаемся.

Мариан хотел что-то сказать, но не успел – в покои вошел Оскар. Судя по его лицу, он был чем-то очень недоволен. Взгляд суровый, губы плотно сжаты.

«Только капризов барона мне сейчас не хватало», – с досадой подумал Лейф.

— Почему ты не пригласил меня на обед с Кассиопеем? – не обращая внимания на Мариана, спросил Оскар. Он подошел к Лейфу так близко, что тот ощутил его дыхание, и по отношению к королю это было очень невежливо. – У меня было полное право там присутствовать! Ты забыл, что я часть твоей семьи? Брат королевы, твоей любимой супруги! И сын Первого лорда, а моя мачеха и ее любовник заняли мое место!

— Вот поэтому и не позвал, – хмуро ответил Лейф, которому не хотелось выяснять отношения с этим придурком.

— Ты серьезно? – опешил от такой откровенности Оскар. Видимо, он ждал каких-то других объяснений, но Лейфа не волновало, каких. Душевное состояние барона интересовало его меньше всего. Мариан тяжело вздохнул и закатил глаза. Гастон пролетел по покоям и, убедившись, что тут нет ничего любопытного, сел на плечо чародею.

— Это все, что ты хотел спросить? – поправляя камзол, произнес Лейф.

— Да ты и на это не ответил! – вскипел Оскар.

— Пользуйся мозгами, и ты сам все поймешь, – сказал Мариан.

— Стать лордом Касталии, пока жив Кассиопей, тебе не светит, так что смирись, – сказал Лейф, направляясь к двери. Он вдруг ощутил себя таким голодным, что заболел желудок. Нужно было поесть и сразу же заняться подготовкой к отъезду. – Твоя кровь сейчас не имеет никакого значения.

Оскар издал что-то похожее то ли на вой, то ли на стон и последовал за королем. Возле лестницы, ведущей к трапезной, они встретили Дора.

— Ты уже знаешь? – спросил Лейф и кивнул в сторону Гастона, который летал по коридору.

— Знаю. Я был с Марианом, когда вернулся Гастон, – ответил Дор. Он был взволнован, щеки разрумянились.