Страница 66 из 94
— Рад за тебя. Но я имею в виду другое — ты должна ко привыкнуть. Именно поэтому невесту выбирают по крови — насколько она быстро сможет адаптироваться к конкретному вампу, к его особенностям организма. Как бы странно для тебя это не звучало, но всем мы, вампы, ядовиты по-разному и реакция людей на нас тоже индивидуальна.
— Я думала, что по крови выбирают, чтобы больше нравилось пить, — сказала я и запнулась, ощутив себя полной дурой.
— Для утоления жажды это не имеет никакого значения. Да, она бывает разная по вкусу и температуре, но в целом мне все равно. А вот чтобы жить со мной, твой организм должен мочь справиться с моим ядом. Именно с моим, понимаешь?
— Пожалуй, — глядя в тарелку, ответила я. — Но даже это не продлевает жизнь невестам, да?
— К сожалению. Но наука не стоит на месте и это хорошо.
— Так, ты хочешь сказать, что у вампов не бывает случайного секса? Раз вам нужно, чтобы женщина привыкла, подходила по крови и так далее. Это же все очень утомительно, как поход к врачу. А спонтанно, от большой страсти, ну как у людей, подчиниться моменту? — спросила я. Отставила пустую тарелку в сторону и взялась за десерт. Все было потрясающе вкусным и изысканным, что я не могла насытиться, хотя голодной себя не ощущала.
— Бывает конечно. Никто не будет думать о девушке, если она не имеет значения, — пожал плечами Илай. Мне стало интересно много ли у него было таких девушек, ноя решила, что знать это не будет полезным для меня. — У людей ведь так же, насколько я помню.
— Да, все именно так, — машинально произнесла я. — А сам процесс тоже отличается?
— Только небольшими нюансами, — ответил Илай и поднялся. — Ложись спать, тебе надо выспаться, а времени уже не так много осталось.
Я кивнула. Илай ушел в ванную. Доев десерт и закусив его фруктами, я выпила травяного чая и, составив грязную посуду вниз тележки, забралась в постель. Шелковая простынь приятного холодила кожу, пластичные подушки тут же подстроились под мою шею, давая ей поддержку и расслабление. Подумать только, а ведь раньше люди спали на подушках из крупы и травы. В какое чудесное время я жив, когда так развиты технологии.
Я, видимо задремала, потому что не слышала, как Илай вышел из ванной, лишь почувствовала, как прогнулся матрас под тяжестью его тела. Он лег так близко, что я ощутила тепло его кожи, хотя мы не касались друг друга. Мне хотелось, чтобы он прикоснулся ко мне, обнял меня, зарывшись в мои волосы. Мне хотелось принадлежать ему полностью, и чтобы он не желал никого, кроме меня.
Я перестала притворяться спящей и повернувшись к нему, приподнялась на локте. Илай лежал обнаженным по пояс. А может и весь, нижнюю часть его тела скрывало одеяло.
— А пожелать спокойной ночи? — с легким укором произнесла я.
— Сладких снов, Николь Мария, — с едва заметной усмешкой проговорил Илай. Я легко толкнула его в грудь и тут же оказалась на спине, прижатой к матрасу. Темные глаз вампа жадно смотрели в мои. Темные влажные волосы упали ему на лицо, и я хотела их убрать, но его руки тут же прижали мои запястья к подушке. От ощущения его силы у мен перехватило дыхание. Илай наклонился ко мне и поцеловал в губы. Жадно, требовательно, словно он был моим господином. Он не позволял мне прикоснуться к нему, продолжая целовать. Страсть горячей волной ожигала мне кожу, я задыхалась от возбуждения и едва не молила его опуститься ниже.
Один короткий поцелуй — и Илай отпустил меня. Взял подушку и плед, и я вот я уже лежу на шикарной кровати, разгоряченная и растерянная, одна.
— Я буду спать на полу, так будет лучше, — укладываясь, сказал Илай.
— Ты просто мерзавец!
И, повернувшись на другой бок, чтобы не видеть Илая, натянула на голову одеяло.
Утром мне пришлось вернуться в нашей с Клеоной комнату — взять свои вещи. Клеону заменяла дублерша и теперь она была моей соседкой. Я не хотела общаться с ней, у меня не было душевных сил, смотреть на копию подруги, которая сейчас все еще числилась подозреваемой в покушении на меня. Телохранители быстро осмотрели помещение и, убедившись, что никаких страшных монстром меня там не поджидает, разрешили войти.
Я быстро покидала все необходимое в сумку — мне не хотелось тут задерживаться и уже собралась уйти, как взгляд упал на мою кровать. Подушка лежала очень странно, словно вот-вот должна упасть. Покрывало чуть топорщиться над ней. Я осторожно приподняла ткань. На белоснежной наволочке виднелись разводы от подсохшей крови. А в центре, словно на пьедестале лежал нож.
— Да твою же мать! — проорала я, глядя на оружие, которым, судя по всему, была убита моя дублерша. — Что все это значит?