Страница 2 из 162
Глава 2
По-прежнему не было слышно ни единого звука. Непонятно, сколько времени прошло после той отвратительной сцены. Гай Юэ лежал и смотрел на ночное небо с крупными тусклыми звездами. Луна светила ярко, в этой яркости было нечто тревожное и настораживающее. Чудовищная боль прошла, однако в груди до сих пор осталось странное онемение. Вдохнуть воздух как следует, расправить легкие не получалось. Были и другие странности. Гай Юэ обнаружил, что оказался полностью без одежды. Это нельзя было объяснить чем-то рациональным. Например, его раздели в больнице. Или даже по ошибке привезли в морг. Какая там больница или морг, если лежишь на голой каменистой почве? Зато целый и невредимый, никаких ран и повреждений. Даже ни одной царапины. Он осторожно повернул голову, заметив в паре шагов от себя целый ворох какого-то тряпья. То есть это было не тряпье, если приглядеться. Одежда из темной ткани, в таком освещении толком не разберешь — серая, синяя или бурая. Тут же светлая рубашка необычного покроя. Хотя чего уж там необычного. Ханьфу, одним словом. Для поклонников китайского фэнтези — самые нормальные шмотки, правда, предельно простые и уж точно не какие-нибудь аристократические шелка. Рядом виднелись сапоги со слегка загнутыми носами. Что за маскарад?
Однако других вариантов не было, не валяться же тут всю ночь в таком отвлеченном виде. Гай Юэ с трудом приподнялся и начал одеваться, путаясь в штанинах и широких рукавах. В принципе, нарядиться в традиционный китайский костюм для автора нескольких циклов в жанре азиатского фэнтези — плевое дело. Каждая деталь должна быть знакома. Но это только теоретически, в реальности пришлось повозиться. Кое-как разобравшись с нижней и верхней одеждой и завязав пояс на талии, Гай Юэ натянул на ноги носки, которые завязывались сзади веревочками. Потом влез в сапоги. К счастью, они оказались впору. Вроде бы, все сгодилось, на земле больше ничего не осталось. С удивлением отметил, что хотя его очки бесследно исчезли, видит он четко и ясно. Удивительное, давно позабытое ощущение. Если бы не эта чудесная перемена, без очков близорукий писатель сейчас наблюдал бы лишь размытый ночной пейзаж, безо всяких подробностей. А теперь он даже самые мелкие детали видел настолько, насколько вообще способен видеть ночью человек с отличным зрением. Хоть что-то радовало в этой странной, пугающей, абсурдной ситуации.
Гай Юэ огляделся по сторонам. Пейзаж был не то, чтобы слишком роскошный. И это еще мягко сказано. Почти голая земля, на которой местами пробивалась чахлая травка, заросли кустарников с корявыми, причудливо изогнутыми ветками и цветами, напоминавшими… то ли очень крупные ядовито-розовые яблоневые цветы, то ли еще что-то в этом роде. Вдалеке виднелись расположенные дугой широкие каменные столбы. Чересчур яркий, неестественный лунный свет… Звенящая тишина… И ни одной живой души вокруг.
Казалось, несчастный автор, заброшенный в этот диковинный пустынный край, находится в абсолютном одиночестве. Полная безнадега. Вынужденная изоляция в наказание неизвестно за что. Хоть бы какая-нибудь блеклая ночная бабочка пролетела, хоть бы комар пискнул над зарослями. Ни малейшего движения, ни шороха, ни ветерка. И вдруг вдалеке, между двумя каменными столбами Гай Юэ померещилась светлая точка… Нет, не померещилась. Он прищурился, с радостью осознав, как далеко теперь способен видеть. Гай Юэ уж и не помнил, когда прежде обладал столь острым зрением — если только давным-давно, в начальной школе. Светлая точка оказалась далеким огоньком. Вероятней всего, это был костер. А костер вряд ли мог разгореться сам по себе. Следовательно, рядом с ним находились люди. Логично? Вполне.
Отбросив сомнения, Гай Юэ решительно зашагал вперед. В конце концов, куда бы он ни попал, необходимо все выяснить, а дальше уже предпринимать какие-то действия. Если смирно сидеть и ждать утра, впору чокнуться от неопределенности. Откровенно говоря, Гай Юэ уже сам восхищался собственной решительностью. Тем более, эта черта характера ему прежде не была свойственна. Возможно, так повлияло то, что он выжил после вероломного нападения и начал жить заново. Еще один шанс, благодаря которому пора стать крутой и успешной копией самого себя? Раз уж проклятый убийца не смог его застрелить… Значит, писатель-интроверт, можно сказать, родился во второй раз и теперь пора стать тем, кем мечтал, еще будучи подростком: невероятно крутым, жестким, дерзким, смелым, мужественным, энергичным…
Он споткнулся о камешек и чуть не свалился. Однако все же удержался на ногах и продолжил путь. Традиционные одежды, которые так шикарно смотрятся в китайских дорамах, оказались жутко неудобными. Вообще, Гай Юэ всегда это подозревал. Длинные полы то и дело норовили уцепиться за ветки колючих кустов, да еще и распахивались. Пояс, который, вроде, был завязан как следует, толком не справлялся со своим назначением, и одежда на теле то и дело распахивалась. Что касается обуви, то она только сначала казалась удобной, вскоре Гай Юэ начал запинаться на каждом шагу.
— Что за подстава?!
Впрочем, это были мелочи, не стоившие внимания. Главное, он выжил. Подслеповатый очкарик промахнулся. Так вот зачем нацепил на себя тот уродский жилет не по сезону — чтобы протащить на встречу пистолет… Посетителей на входе не досматривали, а зря. Хотя кто бы мог подумать, что на камерное культурное мероприятие заявится террорист. Или террористы? Может, все эти упоротые игроманы были в сговоре? Как же они просчитались! Их косорукий лидер лишь на короткое время вывел из строя талантливого писателя. Покушение с треском провалилось. И теперь Гай Юэ с удвоенной энергией ворвется в работу, достигнет небывалых высот и признания. Вот только выберется из подозрительного мутного пространства и сразу начнет строить блестящую писательскую карьеру. Чудесное спасение от пули — замечательный информационный повод. Настоящая сенсация, которую грех не использовать для рекламы. Гай Юэ еще всем покажет! Его пламенное сердце по-прежнему бьется и живет радостями творчества… Гай Юэ на ходу приложил ладонь к левой стороне груди и тут же резко остановился. Сердце НЕ БИЛОСЬ.