Интерн Василиса

Глава 8. Статья 316?

Глава 8. Статья 316?

То ли Лёва не умел, то ли не захотел по неопытности идти по изнанке мира, но добирались до квартиры Василисы они на самом обычном человеческом такси.

«Оно, конечно, можно по ночной Москве и на ковре-самолете домчаться, но боюсь нас вчетвером с Виталиками этот дряхлый половик не донесёт», — заявил карлик в бытовке, где сидели охранники. Ковёр в ответ оскорблённо потряс кисточками. Девушке даже стало обидно за магический предмет. Ей вообще вечно было жаль всех подряд. Именно поэтому в Египте она купила за полную стоимость фигурку верблюда с поломанной лапкой («а то, кто ж его такого убогого купит!»), в магазине непременно брала одинокие бананы, а в детстве перед сном целовала все мягкие игрушки, чтобы никто из них не расстроился.

Перед выходом Василиса украдкой погладила кисточку ковра, как бы сочувствуя ему. Ковер в ответ пустил волну по своему узору, будто неслышно мурча от неожиданной ласки.

Таксист хотел сначала усадить Лёву в детское кресло, но когда увидел недовольное лицо карлика и услышал отборный мат в свой адрес, быстро переобулся и автокресло убрал в багажник. Лёва сел спереди, а Василису на заднем сидении зажали с двух сторон Виталики. На самом деле одного из охранников звали иначе (девушка еще не узнала — как), но все в клинике привыкли называть их одним общим именем, хотя эти коренастые мужички даже не были братьями, просто типаж один, будто из инкубатора. Молчаливые дяденьки не были против, или во всяком случае вслух не выказывали возмущение.

До дома такси доехало довольно быстро, а на стрессе Василиса даже не успела придумать — как же спасти котов и домового от взбесившегося оборотня. Выходя из машины, она попыталась узнать план у Лёвы, но один из Виталиков показал переделанный пистолет, в который вставлял какую-то ампулу.

— Успокоительное, — пояснил второй Виталик.

Охранники двинулись первыми, а Лёва, схватив девушку за запястье, доверительно зашептал, чтобы Вася не лезла вперед Виталиков, те знают, что делают, и вообще и не с такими зверями справлялись.

Компания осторожно поднималась по ступенькам, но грохот в дверь квартиры слышен был ещё на входе в подъезд. Странно, конечно, что жильцы до сих пор не позвонили в полицию… Хотя всегда есть шанс, что доблестные стражи порядка отреагировали по принципу: «когда убьют, тогда и приходите», и просто забили на вызов. Мало ли волосатых алкашей ломится посреди ночи в квартиры.

Виталики, несмотря на неуклюжую приземистость, двигались бесшумно, словно в их роду были эльфы, а не горные гномы. Кстати, а не гномы ли они часом? В магической клинике всё возможно.

Завернув за угол пролёта, Виталик прицелился, чихнул пистолетом, и через секунду Василиса услышала грохот упавшего тела.

— Готово, хозяйка, принимай работу, — хмыкнул в бороду второй Виталик.

Девушка поднялась по лестничному маршу и увидела на полу Константина без сознания. С каждой секундой он принимал всё более человеческий облик, а его лицо, освещенное лунным светом, становилось умиротворённее.

— Полнолуние, — кивнул охранник в подъездное окно, куда заглядывало ночное светило.

Уточнив, что действие успокоительного продлится до утра, Василиса убедила Виталиков не забирать оборотня в клинику, а просто занести его в квартиру баб Нины и надежно его там зафиксировать наручником к батарее. Из жалости, девушка положила под голову оборотня подушку и накрыла того пледом.

Попасть к себе домой оказалось сложнее, чем усмирить одичавшего волка. Антон истерил и не желал открывать дверь. Виталики ничтоже сумняшеся предлагали выломать преграду, но тратиться на новую дверную коробку девушка не планировала, да и объясняться перед хозяином квартиры — Ником, не вызывало внутреннего подъема. Василисе стоило немалых трудов уговорить перевозбужденного домового разобрать баррикады, которые он по её же просьбе соорудил в квартире.

Дверь открыл порядком употевший домовой. Злобно сверкнув глазами, он скрылся в недрах квартиры. Лёва напрашиваться на чай не стал (а Василиса и не планировала предлагать) и откланялся вместе с Виталиками. Девушку не тянуло бежать успокаивать Антона и вообще-то тоже хотелось уехать с ребятами назад в клинику, но нужно было удостовериться, что дети в порядке.

Домового, засевшего на кухне, окутывала серая искрящаяся дымка, в которой девушка читала раздражение вперемешку с остатками страха. Конечно, Василисе очень не хотелось разматывать этот клубок эмоций и приводить в порядок домашнюю нечисть, но всё же Антон охраняет дом, в том числе и её любимых котов. И то, что они чувствовали себя прекрасно, уютно расположившись на кровати хозяйки, было заслугой домового в том числе. Намного лучше, чем если бы оборотень вломился в пустую квартиру и сожрал питомцев. Поэтому девушка глубоко вдохнула, принудительно наполняя себя внутренним хладнокровием.

— Я понимаю твои чувства, Антон, я бы тоже испугалась. И спасибо тебе, что не бросил моих котов, — начала успокоительную речь Василиса, примеряя в очередной раз на себя роль психолога, — но сейчас опасность миновала, и мы могли бы спокойно обсудить всё вместо молчаливых обидок.

— Опасность минует, когда ты сдашь этого психованного шакала в полицию! — огрызнулся Антон. — Что с твоим чувством самосохранения вообще? В каком таком мире якшаться с оборотнями может быть безопасным занятием? Тем более с потенциальным убийцей!

Вообще-то домовой прав, подумала Василиса. И лучшим решением сейчас было бы действительно позвонить в магическую полицию и перепоручить дело Константина профессионалам. Только вот какая-то тяжесть внутри не позволяла это сделать. Данное волку слово? Сопереживание невиновному? (Невиновному ли?) А не понесет ли она наказание за укрывательство преступника? Василиса поежилась.

— Ты прав, — согласилась девушка. — Но пойми, поезд тронулся, уже нельзя вертать всё взад.

— Тронулась ты, — скрестил руки на груди Антон, — когда пригласила пожить оборотня по соседству.

Василиса села на табуретку за стол и дотронулась руки домового, вкладывая в прикосновение всю мягкость, которую в себе нашла. По серой дымке вокруг Антона прошлась волна, и домовой тут же одернул руку.

— Оборотень спит под успокоительными, к тому же полнолуние заканчивается. Дай мне сутки, и я решу эту проблему, договор?

Антон нехотя согласился и ушел спать, обложившись успокоившимися котами. Василиса поцеловала своих усатых детей и уехала обратно в клинику — дорабатывать смену.