Страница 40 из 46
– Значит, – прошептала я, – всё это время…
Я провела по ней пальцем, чувствуя, как внутри поднимается осторожная, опасная надежда.
– Сейчас проверим.
Я нашла небольшое перо и ее острием испортила часть узора, потом прикусила губу, затаила дыхание и призвала свет.
Призвала, и магия откликнулась! Да!!!
В этот момент за стенкой снова послышались шаги, нервные, торопливые, а еще я различила голос Стайхона. Он звал меня! Он искал!
Я уже хотела откликнуться в надежде, что теперь мой голос услышат, но в последний момент резко сомкнула губы.
А точно ли мне надо к ним возвращаться?
Мой взгляд снова упал на книгу. Что будет, если я произнесу заклинание? Я попаду в картину, но зато король, Лик, Арея, Тагар и все остальные вернутся. Они это заслужили. Одна жизнь взамен на множество. А ещё никто не найдёт это место вместе со всеми этими книгами и не будет мучиться из‑за того, что меня надо спасти, что кто-то тоже должен пожертвовать собой. Не должен! Это мой выбор, и за него никого не должны грызть муки совести.
А что будет, если я вернусь и расскажу всё ребятам? Куча проблем! Мы будем решать, кто должен пожертвовать собой. Мы должны будем поговорить со Стайхоном о том, что произошло. Мы должны будем забыть об этом, так как нам нельзя быть вместе… А что, если из‑за благородства Стайхон сам решит пожертвовать собой? Нет, я не могу этого допустить. Я должна… Я должна спасти всех!
В этот момент шаги приблизились, и я замерла. Ещё недавно я так мечтала, чтобы меня нашли, а сейчас боялась этого до дрожи в коленях. Не сейчас… Пока я не передумала…
– Ингрит! – послышался голос Стайхона. – Ингрит!
Я прикусила губу, боясь ответить. Сердце предательски колотилось, а слёзы подступали к глазам.
– Ингрит!
Стайхон явно был там не один. Меня искали и Дин, и Крис, и от этого было ещё больнее. Но я понимала, что стоит мне всё рассказать, как один из них пожертвует собой, не задумываясь. Стайхон — из благородства, Дин — из научного любопытства, а Крис — потому что боевой маг и обязан защищать короля. Но они все нужны здесь!
Я зажмурилась, стиснув зубы.
– Уходите… – едва слышно прошептала я, хотя понимала, что меня всё равно не услышат. – Уходите, пока я не передумала. Пожалуйста!
Шаги ещё какое-то время метались совсем рядом, голос Стайхона звал меня снова и снова, но с каждым мгновением — тише и дальше.
А когда меня снова окутала тишина, я резко открыла глаза и бросилась к книгам, лихорадочно перелистывая страницы.
– Давай же… давай…
Страницы мелькали одна за другой, пока взгляд не зацепился за нужное.
Схема. Круг. Линии. Символы.
И подпись:
«…замещение закреплённого образа…»
– Нашла.
Я действовала быстро.
Пыль забивалась под ногти, камень холодил колени, но я уже почти не чувствовала этого. Пальцы сами выводили линии. Я шептала слова, сначала сбиваясь, потом увереннее. Когда пришло время колоть палец я усмехнулась: сколько раз нам в академии говорили не связываться с темной и запрещенной магией. И что сейчас делаю я? Эх, не зря меня диплома лишили…
Когда первая капля упала на символы, воздух стал плотнее.
– …вхожу не телом, но волей… – мой голос звучал глухо и чуждо. – …занимаю образ, освобождая заключённое…
Символы будто начали тлеть — не светиться, а именно тлеть, как угли под пеплом, и я потянулась к нарисованной карте, но на мгновение замерла.
Перед глазами вспыхнули лица мамы и папы.
Я сжала губы.
– Простите… – беззвучно прошептала я, но мои пальцы сжались.
Тогда я вздохнула, набралась смелости и поднесла рисунок к огню, которым тлели символы. Хватит с этого места фанатиков…
Бумага вспыхнула неожиданно быстро.
Линии тоннелей скручивались, чернели, исчезали, и в тот же миг что-то внутри дрогнуло, словно нить натянулась — и оборвалась.
Я глубоко вдохнула.
И шагнула вперёд, в нарисованные символы. Туда, где уже не было пути назад.