Страница 31 из 46
Весь следующий день мы пытались осознать случившееся. Нас одолевало множество вопросов, например: Кирсина пропала позже всех, может быть поэтому она до сих пор помнила свое имя? Но этот вопрос был далеко не самым главным. Люди думали, что делать с новой информацией, портреты пытались вспомнить свою прошлую жизнь, ведь по всему выходило, что когда-то они были такими же, как и мы сейчас, и это пробирало до марушек. Мы то все были уверены, что это просто ожившие произведения искусства, а это какая-то темная магия.
Миссис Клаудия, или как ее теперь правильно было называть – мадам Делаплас и вовсе поникла.
– Это потому что ее свои же родственники предали, – шептались три игрока, и от этого мое сердце сжималось еще сильнее.
Когда за окном уже начал вступать в свои права туманный вечер, Стайхон неожиданно постучал в мою спальню.
– Да, – удивленно захлопала я глазами, приглашая его войти.
– Смотри, что я нашел! – воодушевлённо проговорил дракон, заходя в спальню и протягивая мне книгу. Уже знакомую книгу.
«Описи имущества – финансовая часть». Глава «Приобретения декоративных элементов».
– И? – непонимающе посмотрела я на дракона.
– Несмотря на то, что годы на картинах разные, в эту книгу они были все занесены в одно время.
– Потому что подчерк отличается? – Догадалась я.
И действительно, многие вещи были записаны явно одновременно – одни чернила, один подчерк. И этот подчерк сильно отличался от предыдущих.
– Именно. Только тут нет года внесения записи.
– Да, но посмотри, незадолго до этого еще старым подчерком был записан артефакт, на них часто ставят год изготовления, – воодушевилась я.
– И ты думаешь, этот артефакт мог сохраниться в замке?
– Это лучше у Дина спросить, где он?
– Думаю, в подвале.
Стайхон быстро спустился вниз и привел с собой не только Дина, но и Криса.
– Если что, мы солдатам рассказали, что король и остальные в картинах.
– И как они?
– Испугались, слабаки, – махнул рукой Крис.
– Дин, посмотри, ты знаешь, что это за артефакт? – дракон протянул Дину книгу. – Он мог здесь сохраниться?
– Конечно, это самый банальный отвод воды с крыши. Я его снял, так как он уже не работал, и давно новый поставил. А что?
– Скажи, что ты его не выкинул!
– Нет, конечно! Это же раритет! 1723 год! Я его разобрать хотел потом, когда время будет…
– Наивный... – Усмехнулся Крис, но я его перебила.
– А откуда ты год знаешь?
– Так, на артефакте написано было.
– Получается, что все новые вещи, в том числе и картины, были привезены сюда либо в 1723 году, либо позже.
– В 1724? – задумался Стайхон.
– И что это значит? Я не настроен сейчас разгадывать загадки, – недовольно посмотрел на нас Крис.
– Давайте подумаем вместе, – вздохнул дракон и начал медленно прохаживаться по моей комнате. – По всему выходит, что кто-то в 1723 году захватил замок, убив хозяев, и привез сюда кучу имущества. А в 1724 году этот замок захватила уже моя семья.
– Да, вот только твоя семья была уверена, что захватила замок вместе с его хозяевами, то есть с семьей Валтеров. Стайхон, а ты не можешь спросить у родителей, почему твои предки были в этом уверены?
– Могу, но ты не думаешь, что это породит много вопросов?
– К тому же вы вспомните, – задумался Крис. – Там было написано: «Род Валтеров владел этими землями триста лет. Их некромантские способности передавались из поколения в поколение, пока не появился Маркус Валтер – самый могущественный из всех...». И до этого все думали, что могущественного Вальтера победила семья могущественных драконов Шель-Тар, – тут Крис невольно бросил взгляд на Стайхона. – Но если это сделали не вы, то кто?
– Знаешь, – задумалась я, невольно вспоминая свое прошлое. – Зачастую нас убивают не те, кого мы считаем врагами, а те, кого мы впускаем в круг близких людей.
Когда я это говорила, потупила взор, но все равно почувствовала, как Стайхон прожег меня взглядом.
– То есть нам надо поискать в архивных записях информацию про друзей семьи Валтер?
– Других вариантов все равно нет, только можно завтра? Я хочу попытаться хоть немного поспать, – честно призналась я, бессильно садясь на кровать.
– Мне тоже уйти? – тихо прошептал Стайхон, когда за Дином и Крисом закрылась дверь, и я неожиданно для самой себя отрицательно покачала головой.
Стайхон замер в нерешительности. С одной стороны, он понимал, что я сама прошу его остаться, но с другой — видел, что я не готова ни к диалогу, ни к чему-либо еще. Я просто не хочу оставаться одна.
Наконец, спустя несколько мучительно долгих мгновений я все же подняла взгляд и сказала:
– Прости, тебе тоже стоит отдохнуть.
– Ты уверена?
– Да, я справлюсь.
Стайхон сделал ко мне буквально полшага, а потом резко развернулся и ушел из моей спальни, громко хлопнув дверью, а я упала спиной на кровать и закрыла лицо руками.
Тишина, которая осталась после него, оказалась тяжелее любого разговора. Она давила и заполняла комнату, не давая вдохнуть полной грудью. Я лежала, уставившись в темноту сквозь пальцы, и пыталась убедить себя, что поступила правильно.
Не получилось.
Где-то внутри зудело предчувствие — неприятное, вязкое, как если бы я стояла на краю и знала: стоит сделать шаг, и назад дороги уже не будет.
Я резко села.
– Глупо, – пробормотала себе под нос и свесила ноги с кровати.
Сон не придёт. Ни сейчас, ни через час. Ни вообще этой ночью.
Я уже подбежала к двери, чтобы догнать дракона и наконец-то поговорить, но тут услышала через дверь разговор ребят: Стайхон пошел дежурить к артефакту. Что ж, значит не судьба. Значит, не сегодня…
Ночь принесла пусть и не самый спокойный, но все же сон, и это помогло утром сконцентрироваться на навалившемся ворохе проблем.
Мы сидели уже четвертый час, обложившись книгами, когда Крис закатил глаза и отложил книгу.
– На что я люблю читать, но сейчас даже я больше не могу.
– Да ладно тебе, мы же еще ничего не нашли, – попытался подбодрить его Дин.
– В том-то и дело! С чего ты взял, что мы вообще что-нибудь найдем?
– С того, что я не такой пессимист, как ты.
– Тут дело не в пессимизме, а в реалиях, которые нас окружают. Ты посмотри, ничего же хорошего.
– Ну как? Ты просто не придаешь внимания мелочам. Вот, например, ты заметил, что мы имя Тагара в свое время угадали? А ведь свое имя помнила только Кирсина.