Заглянувший

Музыка по-прежнему громыхала, скрывая от остальных обитателей Рохаса наше появление. Очень жаль – оно получилось таким эффектным. Однако свидетелей не осталось, и некому будет слагать обо мне легенды.

Снизившись, я мягко опустился на выжженную землю перед распахнутыми дверьми в прекрасном настроении.

Когда-то очень давно я учился избавляться от иллюзий, чтобы не видеть монстров, выбравшихся из моего подсознания. Но они могут помочь, если умело ими пользоваться. В мире Эйдора, сотканном из иллюзий, возможно все, на что способен разум. Все зависит лишь от силы духа. Пришла пора узнать, насколько силен мой.

Я придал себе новый облик. Тело окрасилось в болотные тона, на голове закрутились рога, челюсть вытянулась и обросла клыками. На руках появились когти, а глаза налились кровью.

Однажды я услышал, что способность испытывать ненависть к силам зла определяет причастность к ним. Значит, можно сойти за своего – ненависти к свите Смоура у меня накопилось с избытком.

Увидев знакомую надпись:

«Судьи – здесь. Вся власть – пороку»

, я покачал головой и приказал ей измениться. Теперь извивающийся огонь выписывал всего два слова:

«Судья – здесь».

– Не заиграйся, Шейн,

– предупредил Хоррморр. –

Мы пришли сюда не за местью.

Я засмеялся:

– Мстить архантам – все равно что прыгнуть в яму с дерьмом и начать рубить это дерьмо!

Настроившись на здешние темные энергии, я вошел по отполированному камню в колонный зал под визги адского оркестра в абсолютном спокойствии. Новоизбранные арханты вовсю придавались плотским утехам. За ними безучастно наблюдал каменный многоглавый змей – точная копия одного из ликов Древиана Смоура.

По периметру зала высились деревянные кресты с прибитыми телами измученных людей. Люди безжизненно висели, подбородками упираясь в грудь. Чтобы не позволить человеческим эмоциям проявиться, я отвел взгляд, но вновь оглянулся.

Один из распятых содрогнулся в агонии и обмер.

Это был Иларем.