Заглянувший

Я предпочел не строить догадок, а просто наслаждаться свободным днем, отправившись в кристальную пещеру, о которой столь часто вспоминал. Здесь ничего не изменилось – глейсианские деревья все так же источали нежный свет, а небольшое озеро посреди сада беспокоили только крошечные шарики света, проплывающие над его поверхностью.

В зеркальных стенах пещеры я, как и тогда, увидел себя со стороны. Внешний облик почти не изменился. С виду оставался все тем же, но изнутри теперь вырывалось сияние. Оно являлось как бы моим продолжением, не умещаясь в человеческом теле.

И я действительно переполнял себя. Словно теперь могу объять весь мир, а ведь до этого момента даже не задумывался об этом. Изменения происходили постепенно, и я не замечал, что становлюсь другим.

Зрение, слух, осязание слились воедино, дополнились незнакомыми удивительными чувствами. Открылись новые цвета и звуки. Они сливались вместе, образовывая причудливые формы. Окружение воспринималось мгновенно и полностью, раскрывая суть происходящего. Я постоянно ощущал озарение, которое больше не покидало меня.

Научился общаться не словесными образами, а идеями. Мысль стала импульсной, охватывающей невероятно большие объемы. В этой поразительной четкости взгляд парил над общей картиной. Я мог видеть причины и следствия, а ответы открывались сразу со всех сторон.

В моей душе царила ясность. Я словно погрузился в ангельскую обитель – мир, сотканный из светлых идей, из истинного знания. Вечного и неизменного. Отсюда материальный мир, Асперос, казался коротким сном, чем-то совсем нереальным. Я вознесся над земными желаниями, стремлениями и страстями, полностью освободившись от них.

А еще – я теперь видел сайзаров. Может быть, потому, что моя душа стала созвучна их светлым душам. Может быть, потому, что настало время учиться у них, и Эйдор открыл передо мной еще одну грань реальности.

Как бы то ни было, отныне я мог узнать о сайзарах больше.

Их долг – оберегать людей и направлять. Они хранят человечество, стараются предотвращать конфликты, чтобы уменьшить ущерб от людских ошибок.

Являясь прямыми посредниками между Адвенами и людьми, они сплочены великой миссией творения. Ни один сайзар не станет преследовать эгоистичные цели вопреки вселенскому организму. Стать сайзаром – значит поддерживать целостность, сохранность и развитие всего сущего. Истинное счастье ими понимается в стремлении к совершенству, не знающему пределов.

Сайзары всегда находятся рядом с теми, кто мирно созерцает и чувствует бога. Их энергия трансформируется в образы, которые в материальном мире воспринимают самые светлые и развитые люди. В дальнейшем они смогут распространить информацию среди остального населения, делая более доступной для понимания. И тогда позитивные изменения затрагивают все последующие уровни. Если их помощь отвергают, они направляют ее другому – в этом проявляется их уважение к свободной воле каждого из нас.

Сайзары неустанно корректируют нашу историю. Им видимы последствия каждого действия, возможный конечный результат и все отрицательные стороны преобразовательного процесса. Они просвещают нас, посылая гениев и вдохновляя их, способствуя всеобщему миру и гармонии.

Я чувствовал, что нахожусь у подножия Амаи, райских садов. Там не существует ни зла, ни тьмы, ни единого дурного порыва. Пребывающие там не сталкиваются ни с архантами, ни с результатами их деятельности. Там царит только свет, всепоглощающая любовь и блаженное спокойствие.

Но я не сайзар и не смогу им стать, поскольку самоубийцы никогда не становятся таковыми. Я не могу отправиться в Амаи, следуя голосу далеких звезд. Да и что бы я там делал? Помогал другим? Приумножал добро? Конечно, Альенис была бы счастлива узнать, что не напрасно отдала за меня жизнь, но я все еще не знал, что с ней случилось.

Опыт пребывания в мире духов велит верить в невозможное. Мир духов – сам по себе невозможен, но он существует.

Разве у человеческой души нет бессмертной частички? Сколько ни уничтожай душу, должно быть что-то, благодаря чему ее всегда можно воскресить. Уверен, Адвены ничего не создают в единственном экземпляре, это поставило бы их под угрозу исчезновения. Многовариантность – это еще один закон, на котором стоит мироздание.

В Эйдоре возможно все, на что способен разум. Мир духов соткан из иллюзий, нужно лишь научиться этим пользоваться. Здесь все зависит от силы духа. Если не готов справляться, если слаб, значит, обстоятельства будут вертеть тобой. Если силен, значит, будешь вертеть обстоятельствами по своему желанию. Любой монстр, выбравшийся из подсознания, при четкой осознанности станет ручной собачкой, виляющей хвостом.

Концентрируясь на любимых образах, мы притягиваем их в свою реальность. Крохотной частичкой своей души я чувствовал, что Альенис жива. Где-то близко и далеко одновременно, возможно, в другом пространстве или измерении, но она точно так же чувствует меня и улыбается. Она обнимает меня своим теплом, нужно только увидеть… Говорит мне о том, что я и так знаю. О том, что я сам создаю свою реальность.

«Выбирай, на чем концентрироваться, потому что только ты можешь выбирать», – прошептала интуиция.

Вечером Армвелл ждал меня в лесу у червоточины фата-гали. Быть может, чтобы преподать очередной урок. Или чтобы сообщить неприятные новости об исключении. Он ведь предупреждал – ослушаться наставников нельзя.

Старец сидел возле сияющего столба энергии, закрыв глаза.

Я присел рядом.

Здесь мы впервые встретились, и, наверное, это место он выбрал неспроста.

Стоило закрыть глаза, и наставник пустил меня в свою иллюзию. Лес сменился бескрайним космическим пространством, звезды зависли над нами молчаливыми мерцающими наблюдателями. Мы стояли на крошечном парящем островке, пока остальное пространство неторопливо вращалось вокруг нас.

– До недавних пор ты смотрел и участвовал в жизни исключительно с позиции Человека, – сказал Армвелл. – Но, чтобы получить опыт всестороннего развития, необходимо перенять опыт минерала и дерева. Микроорганизма, травоядного и хищника. Нужно стать и водой, и огнем, чтобы познать их силу, их ответственность. Нужно ощутить, что значит давать жизнь другим и отбирать ее. Стать жертвой, а после – убийцей.

Неведенье сменилось спокойным тихим счастьем.

– Я готов к новому заданию.

– Тогда слушай. – Армвелл немигающим взором следил за глубокой космической чернотой, растворяясь в ней.

– Что слушать?

– Тишину.