Страница 22 из 124
– Что случилось? – спросила она, указывая на единственное кресло и усаживаясь в изножье постели.
Панде Валентина втиснулась в жалобно скрипнувшее кресло и, достав из-под глубин халата картонную папку темно-зеленого цвета, протянула ей.
– Вот, поглядите.
Щурясь в тусклом свете лампы, Катаржина пробежала взглядом по бумагам. Рядами тянулись столбики цифр, таблицы и многое другое, что человеку, далекому от бухгалтерского учета, показалось бы непонятными письменами. Катаржина была особенно хороша в математике, когда училась в лицее, и позже, уже в университете, изучала экономику и финансы. Полученные знания пригодились в работе куда сильнее, чем она ожидала.
– Ого! – вырвалось у нее. – Во дают. Это они что же… – Она подняла удивленный взгляд на панде Валентину.
– Они все тонко провернули, я не сразу смогла найти, а как заметила неувязки в бюджете, то подумала, что это просто схема по отмыву денег, но тут все гораздо серьезнее, – затараторила Валентина.
– Они не отмывают деньги, они действительно их используют. Но если так, то зачем же им столько свиней и свиноферм? Как будто вампиров здесь обитает в три раза больше, чем должно быть… – Катаржина вдруг замолкла.
До нее начало доходить. Закрыв папку, она принялась постукивать кончиком свеженакрашенного ногтя по зеленому картону.
– Почему вы мне сразу не сказали? – спросила она.
Панде Валентина сжалась и словно уменьшилась.
– Я сомневалась, надо было все обдумать, перепроверить и… – Она потянулась к ней, сжав кулаки и чуть не вывалившись из кресла. – Панде Катаржина, выходит, что этом городе почти сплошь одни вампиры и они размножаются как кролики, без разрешения Ведомства популяции! А мы… а нас… тут всего ничего, даже с охраной… – Лицо ее исказил дикий, первобытный страх.
Так, должно быть, дрожали их далекие предки, слышавшие у входа в пещеры мягкую поступь хищников.
– Панде Катаржина, у меня ведь дети! Муж умер давно, другой родни нету. Дочке в этом году в университет поступать, а сын еще в школе. Как они без меня! – почти завыла Валентина, а потом, будто опомнившись, вновь зашептала: – Подпишите им аудит, пожалуйста, а… а как уедем отсюда, сразу вызывайте Ведомство порядка, пусть они и разбираются с этим всем!
Катаржина, отвернувшись, уставилась в беспроглядный мрак за окном. Она не боялась. Вместо страха в глубине груди зрело другое чувство: предвкушение.
Наконец-то хоть что-то сможет развеять ее скуку.