Убегая к мечте

Глава 7

Глава 7

«Набукко» всегда приводила Иллу в восторг. Ещё в студенчестве, когда она в составе хора музыкального училища пела хор иудеев, музыка пленила её душу. А уж когда в консерватории ей, студентке вокального отделения, преподаватель подкинул партию Фенены, дочери Навуходоносора, опера окончательно поселилась в сердце. Мариинский театр регулярно показывал эту постановку, поэтому сидеть на самом верху с партитурой и фонариком было лучшим удовольствием. Спеть эту партию на сцене театра не удалось, в оперные труппы её не брали, а на камерной петь как-то не особо и хотелось, но любовь в сердце всё же жила.

Труппа и оркестр, на взгляд, Иллы, превзошли себя, не хотелось даже ни к чему придираться, как это обычно происходило — профессиональная деформация, шутила педагог Иллы в консерватории, настигает всех рано или поздно. В одном только моменте она напряглась — ей показалось, что прозвучал уж больно знакомый голос. Только вот его здесь ну никак не могло быть, бывший однокурсник всегда клялся, что «жизнь его принадлежит Родине», уезжать он никуда не планирует, и в России хватит театров для работы. Разумеется, от тюрьмы и от сумы, как говорится, не зарекайся, но это же Аликин! Твердолобее человека она не знала. Уж если он сказал, что останется работать в своей стране, ни за какие коврижки не уедет.

Илла жестом попросила театральный бинокль у Хан Бёль, что сидела рядом. Хоть они и сидели в ложе, до сцены было далековато. В общем-то, для слушания расстояние было идеальным, грех жаловаться, но теперь ей надо было удостовериться, что она не сошла с ума. Она напряжённо выжидала, когда на сцену снова выйдет певец, исполняющий роль Абдалло, начальника стражи.

— Что случилось? Тебе не нравится? — шёпотом спросил Чан Соль, слегка наклонившись к Илле.

— Всё хорошо, — Илла, не отрывая взгляда от сцены, легко махнула рукой. — Проверяю свои мысли. Если мне не показалось, то у нас есть отличный шанс найти учителя Чи Мину.

— Господи! О чём ты думаешь?

— Соединяет приятное с полезным. Женщины вообще многозадачные существа, — в разговор вклинилась с улыбкой Хан Бёль. — Кого пытаетесь опознать, госпожа Шведова? Может, он написан в брошюре?

— Точно! — Илла потрясённо посмотрела на бывшую Чан Соля. — Посмотрите, пожалуйста, кто исполняет роль Абдалло?

Женщина, аккуратно подсвечивая телефоном, чтобы не мешать никому, просмотрела список исполнителей, но это ничего не дало, был заявлен какой-то местный вокалист.

— Ладно, на поклон он же всё равно должен выйти, посмотрю внимательнее.

Сергей Александрович Аликин, вынужденный выйти в роли Абдалло на сцену оперного театра Сеула, чувствовал себя странно. С одной стороны, поётся ему сегодня хорошо, хоть и не выходил он на сцену уже достаточно долго, предпочитая занимать должность педагога в этом театре — ему было спокойнее за кулисами, да и за славой он не бегал. С другой стороны, какая-то неясная тревога терзала его буквально с первой минуты выхода на сцену. Вроде бы, ничьё место не занял, экстренно вышел на замену заболевшего артиста и даже всё вовремя спел, поэтому ни режиссер, ни дирижёр гневно не должны прожигать глазами, а всё равно ощущение пристального взгляда не уходило. Более того, когда он выходил на поклон одним из первых, как исполняющий маленькую партию, вроде бы даже услышал какой-то неясный крик. Да нет, показалось! Ну кто в Сеуле будет из зала кричать его фамилию, скажите на милость?

Спокойно выдохнуть он смог уже только в гримёрной, когда неприятные ощущения пропали. Вообще, если так подумать, то подобный взгляд он не чувствовал уже очень много лет. С выпускного в консерватории, если быть точным. Но вряд ли здесь может появиться Илка — та всё больше тяготела к Европе. Она всегда с придыханием говорила об Италии, даже язык рьяно учила, чтобы, как только ей предложат должность в каком-нибудь местном оперном театре, сразу согласиться. А вон как вышло: позвать-от её позвали, но совсем не в театр, а в камерный хор — на большее, увы, «мощности» выпускницы Вильской не хватало. Не суждено ей было петь на сцене Ла Скала, ей это ещё курсе на втором сказал декан, но та всё надеялась и мечтала.

Он чуть было не пропустил аккуратный стук в дверь, задумавшись о прошлом. Однако звук повторился — неужели уже пора собираться, чтобы подвести итоги спектакля? А он ещё и не провёл анализ всех выступающих! Ладно, прорвёмся.

На ходу стирая влажными салфетками последние полоски грима, он открыл дверь и замер.

Илла бросилась бывшему однокурснику на шею.

— Аликин! Я чуть с ума не сошла, когда услышала твой голос. Весь остаток спектакля поджидала твои выходы на сцену, проверяя — ты, не ты!

— Илка, зараза! — Сергей подхватил бывшую любимую подругу и от эмоций покружился с ней по гримёрке, сильно удивив этим остальных гостей, с которыми пришла Илла. — Так, стоп! А ты откуда тут взялась?

— Это у меня к тебе такой вопрос, однако! Кто клялся, что ни в жисть не уедет из России?

— Ну как тебе сказать, — Сергей криво улыбнулся. — Когда нет денег кормить семью, уедешь хоть к чёрту на рога, засунув свои принципы и гордость сама знаешь куда.

— Семью тоже перевёз?

— Неа. Всё было бессмысленно. Я теперь разведённый свободный человек.

— Ну так чего горевать-то? — не поняла Илла. — Это же хорошо. Она перестала тебе трепать нервы, вы живёте максимально далеко друг от друга, дочь уже взрослая и намного адекватнее мамочки, уж прости, я помню твою жену. А ты можешь с чистой совестью приударить за местными красотками.

— Я их так и не понял, — Сергей удручённо помотал головой, вспоминая неудачные попытки познакомиться с корейскими девушками.

— Опять тебя спасать? — Илла усмехнулась.

— Себя спаси! Сколько лет ты уже в разводе и всё одинока?

— Уел, — Илла посерьёзнела и обратила внимание на чету Юн, которая вежливо переводила взгляд с одного говорящего на другого, не понимая русской речи. — Ой. Я ж не просто так пришла!

— Я так и понял. Выкладывай!

Илла замялась. Признаться, она не знала, как подойти к вопросу. Чан Соль, считав это на лице Иллы, включился в разговор, переключая на себя Сергея.

— Добрый вечер. Спасибо вам за прекрасную оперу.

— Добрый вечер. Пожалуйста. Моя роль была очень маленькой и незначительной, но я с удовольствием передам вашу благодарность остальной труппе. Но, может, вы всё же скажете причину вашего прихода? Боюсь, у меня не так много времени свободного до общего собрания.