Страница 60 из 77
Вернувшись на базу, я приказал команде собраться в тренировочном зале. Лера и Дэнни стояли поодаль друг от друга, хмуро глядя в пол. Вечером, после тренировки, их ждали вёдра и щётки.
В целом, график уборки вольеров мы наметили раньше, чтобы разгрузить бабу Зину, которая следила за порядком во всём здании. Вчера первыми отдежурили как раз Лера и Дэнни. И сегодня они идут на штрафной круг.
— Недавно вы проходили «Блуждающие цели», — сказал я, останавливаясь у линии старта. — Я вам напомню, как выглядит идеальное прохождение. Смотрите и запоминайте. Артём Сергеевич…
Я осёкся, бросив взгляд на пульт управления. Белова снова не было на месте. Я молча подавил раздражение, сам запустил программу тренажёров.
Первой на полосу вышла Искорка. Саламандра, чьё Ядро продолжало пульсировать в преддверии прорыва, отработала безупречно. Мы прошли с ней полосу за десять секунд. Саламандра скользила между раскачивающимися мешками, прыгала на мешки, на ходу выплёвывая короткие и точные сгустки пламени. Семь мишеней, и семь попаданий. Звуковые сигналы слились в сплошную трель.
— Зафиксировали? — я обернулся к команде. — Никаких лишних движений. Только расчёт. А теперь, Живчик. На старт.
Вихревой терьер, изнывающий от переизбытка энергии, радостно тявкнул и выскочил на полосу.
Я дал отмашку, по Сопряжению. И мы с щенком рванули вперёд.
Вместо того, чтобы маневрировать между грушами и выцеливать мишени, Живчик понёсся к финишу прямо, как торпеда. Я сразу же поймал его темп. Кое-как успевал ему передавать, где он должен притормозить, а где ускориться.
Со стороны команды раздались удивлённые возгласы. Живчик даже не пытался увиливать от мешков. Со стороны создавалось впечатление, будто он и не останавливается.
Меня же поразило не это. Как раз от вихревого терьера я такое ожидал. По мере того, как Живчик бежал к финишной черте, раздавались сигналы повреждённых мишеней.
— Пэ-э-эб! Пэ-э-эб! Пэ-э-эб! — не умолкали динамики.
Живчик радостно пересёк финишную черту, затормозив сразу четырьмя лапами. На табло горели семь поражённых целей из семи.
Я застыл. Как это возможно? Терьер даже не смотрел в сторону мишеней!
— Дэнни! — окликнул я мажора. — Доставай свой заляпанный телефон. Он у тебя рабочий?
— Что ему будет? — натянуто улыбнулся Ветров.
— А сколько визгу было, — хмыкнула Лера.
— Соколова, прекращай провоцировать, — осадил я её, сразу же. Лера сжала губы, спрятала взгляд, вместе с ироничной ухмылкой.
— Включай замедленную съёмку, — обратился я к Ветрову. — Живчик, на старт! Повтор!
Терьер с готовностью вернулся на исходную. Забег повторился с точно таким же, мистическим результатом. Мешки оставались на месте, датчики пищали.
Когда Живчик с радостным тявканьем пересёк финиш, Ветров подошёл ко мне, протянул смартфон с небольшой трещиной в углу защитного стекла.
— Ничего не видно, Артур Викторович, — пробормотал Дэнни, явно заинтригованный.
— А ты замедли, в три раза, — предложил я.
Ветров так и сделал, затем уставился в экран.
— Это же… ух-х, просто отвал башки, — пробормотал он. И вся команда потянулась к экрану.
Я ухмыльнулся, наблюдая, что сотворил терьер. Всё же распределение талантов в энергию принесло свои плоды. Даже раньше, чем я ожидал.
Живчик перестал бесконтрольно разбрасываться ветром. Теперь, во время бега, он генерировал микро-смерчи. Эти вихри уплотнялись, превращались в подобие воздушных стрел. И самое главное. Щенок научился бить этими стрелами точно в цель, не теряя концентрацию во время движения.
Это была уже не защита. Идеальная пассивная атака по площади и невероятно точная.
— Потрясающе, — выдохнул Костя, заглядывая через моё плечо. — Он словно… пулемёт!
Я всё, что должен, увидел, отвернулся от телефона. И присел на корточки перед подбежавшим терьером. Живчик гордо задрал морду, тяжело дыша и виляя хвостом, подпрыгнул на руки, лизнул щёку.
— Ты молодец, дружище, — я с улыбкой потрепал его по взъерошенной шерсти. — Поэтому тебя надо наградить. Сегодня же куплю пару говяжьих костей.
— Уаф-уаф! — радостно залаял терьер.
— Радуется, что хозяин его любит, — монотонно пробубнил из кармана Сверчанский. — Вот бы ко мне ещё так относились. Пивка бы нефильтрованного. Ящик.
Я рассмеялся, щёлкнув по носу сверчка, который исчез в кармане, пробурчав, что его усилия не ценят.
Насчёт костей для Живчика я не сомневался. У него уже достаточно развито Ядро. Терьерам в статусе фамильяров кости давать уже можно, хоть и в ограниченном количестве. Пищеварение Живчика с ними легко справится. Я отпустил терьера, который начал рассекать по залу с громким лаем.
Между тем восторг команды был потрясающим. Будто мы победили в этапе Бетонки. Дэнни, забыв про недавний конфликт, с горящими глазами пересматривал видео. Лера одобрительно кивала, а Анна и Костя смотрели на меня с таким уважением, что я почувствовал тепло на душе. Юношеская зависть, глухое раздражение, заносчивость. Всё, что витало в гильдии с первого дня моего появления, исчезло. Теперь я понимал. Ребята видят во мне наставника. Учителя. Того, кто их ведёт и даёт настоящий пример для подражания.
Только сейчас я увидел Артёма Сергеевича. Помощник, заставший финальный забег Живчика хлопал в ладоши и одобрительно кивал. Он оценил выход терьера.
Правда, наслаждался я этой идиллией недолго.
Двери тренировочного зала распахнулись. В помещение ввалилась массивная фигура в красно-чёрной броне.
Муромцев. Что он здесь забыл?
Илья бесцеремонно оттёр плечом опешившего Белова в сторону. Разговоры в команде мгновенно стихли.
За Ильёй вышагивал тяжёлой поступью каменный панголин. От некогда спокойного питомца не осталось и следа. Я засёк резкие движения, и при каждом шаге раздавались звуки, от которых замирало сердце. Склеенная дешёвой эпоксидкой каменная броня питомца протяжно скрипела, и могло показаться, что она рассыплется на части в любой момент.
Как это Щит выдерживал, было понятно. За версту от него разило едким запахом химических стимуляторов.
Панголин шумно выдул воздух, бросил злобный взгляд в мою сторону. Взгляд животного стеклянный и довольно агрессивный.
У меня болезненно сжалось сердце. Мне физически было больно смотреть на то, до какого состояния довели зверя. Химия прямо сейчас выжигала его нервную систему, выкачивая из старого Ядра последние капли ресурса. И всё это ради мимолётных амбиций его хозяина.