Страница 404 из 1908
– Конечно, – невольно улыбнулся я, поняв, что наивно забыл, с кем говорю. – Простите.
– Вы туда не пойдете, – сказала Валка утвердительно.
Я долго не отвечал, и она схватила меня за руку:
– Адриан?!
Калверт стоял на берегу у подножия волнореза.
– Чего не спускаетесь? – донесся до нас его голос.
Я пошевелил рукой, встретился с Валкой взглядом. Ее пальцы вцепились в меня хваткой утопающего.
– Не ходите.
Не отпуская ее – как будто она позволила бы, – я повернулся и крикнул:
– Лучше вы поднимайтесь!
– А кто тогда покажет вам дорогу?
Я уже различал ее своими глазами. Внизу была тропа – одинокая полоска, каменный отрог, обвиняющим перстом выступающий над морем. Волны бились о него со всех сторон, перехлестывая через гладкую поверхность. Отрог тянулся от кромки воды на добрую тысячу футов, и лишь слабые ореолы фонарей очерчивали его унылый силуэт.
Я знал дорогу.
Я ее… предвидел.
– Пускай он остается внизу, – сказал я Валке. – Так вам будет безопаснее.
– Он вас убьет, – возразила она, еще крепче сжимая мою руку.
– Может быть.
– Вы видели, насколько он быстр.
– Вы хотите найти Танарана и освободить «Мистраль» или нет?
Она отвела глаза, и через мгновение ее хватка ослабла, моя рука освободилась. Валка молча, понимающе кивнула.
– Я вернусь, – пообещал я, развернулся, пересек волнорез и подошел к ступенькам, которые серпантином спускались на два с лишним десятка футов к темному берегу.
Калверт стоял на белых камнях, скрюченный и бесформенный. Рядом с ним вода, как черное стекло, беззвучно накатывала на берег, превращаясь из темной в прозрачную, когда разбивалась об утес. Я направился к Возвышенному. Все было как во сне; я не чувствовал, что двигаюсь, вместо этого двигался окружающий мир, как глобус под пытливым пальцем.
Ступени закончились, и я подошел к химере. Белые камни хрустели под сапогами, и я с удивлением и легким отвращением понял, что это вовсе не камни, а кости птиц, рыб и неизвестных мне безымянных существ. Насыпанные здесь кучами, они напоминали горы драконьих сокровищ и внушали тягучий удушливый страх.
Калверт ничего не сказал, лишь протянул когтистую руку на шарнирах, как слуга, приглашающий хозяина пройти через сводчатый портал. Светлячки кружили над головой, и я задумался, не могли ли они быть механическими, сконструированными специально для этого. Длинный пирс уходил далеко над черной водой, прямой, как лазерный луч. Медленно переставляя ноги, круша сапогами кости, я с паучьей осторожностью добрался до кромки воды. Вода примерно на дюйм покрывала пирс, и края его были видны только в свете насекомых и моего джаддианского меча. Я немного помешкал…
…и шагнул на пирс.
Все вокруг тут же завертелось.
Вдалеке что-то заплескалось, как будто рыба выскочила над поверхностью воды. Ледяные волны захлестнули мои кожаные сапоги до лодыжек. Светлячки стали ярче, подкрепляя мою уверенность в том, что они были необычными. Они сияли над моей головой, как юные звезды, и все вокруг показалось высеченным из черного ломкого железа. Думаю, это напугало меня. Заставило остановиться.
А может, это был крик Валки. Одно-единственное слово. Мое имя? Оборвавшееся предупреждение? Чем бы это ни было, я понял, что Калверт сделал свой ход. Этот злодей заманил нас сюда, чтобы убить меня и скормить чудищу, что обитало в здешних пелагических глубинах. В минуты опасности наши мысли опережают то, что с нами происходит. Поэтому я уже знал, что умер, что Возвышенный набросился на меня, выпустив когти и оскалив белесые зубы в невидимой из-за его невероятной скорости гримасе. Еще миг – и я полечу в ледяную бездну, движимый силой рук, что сильнее сотни мужчин.
Он до меня не дотянулся.
В то же мгновение из воды вырвалось нечто белое, как мертвая плоть, некое щупальце толщиной с молодое деревце. Обернувшись, я увидел, как оно схватило Калверта. Возвышенный взмыл на два метра в воздух. Разворачиваясь, я взмахнул мечом, и бело-голубой клинок ранил Калверта на уровне бедер. Его меньшее тело не было адамантовым, и меч легко рассек сталь и провода, отрубив сначала одну ногу, а затем и вторую. Ноги плюхнулись в воду, одна перевалилась через край пирса и утонула.
Он.
Он.
Он не твой, ничтожный жрец.
Все мои мышцы, все жилы натянулись, как струны. Голос – тот, что я слышал во снах, – скользил над водой, словно косяк угрей. Водяная тварь трясла Калверта, как куклу, пока бесцеремонно не швырнула его на устланный костями берег.
– Братство! – завопил Возвышенный. – Я принес вам игрушку! Зверушку!
Невежда выбрасывает кусок тусклого золота,
думая…
…зная…
…веря…
что это всего лишь камушек, зато хранит стекляшку,
потому что та блестит.
– Эти злоумышленники убили двоих детей господина! Вторглись в сад и могли убить больше, если бы я не помешал!
Тот, кто
призван…
…приглашен…
…кому показали дорогу…
не вторгается.
– Но я… – Голос Калверта оборвался, как бы выключился, и почти на целую минуту установилась тишина.
Лишь спустя казавшиеся бесконечными секунды щупальце опустилось. Не сгибаясь, а поворачиваясь на нескольких суставах, оно неплавно погрузилось в воду. Я с изумлением увидел, что эта невероятно длинная конечность завершается рукой. Человеческая рука с красным распухшим запястьем поманила меня за собой, как мужчина зовет даму у дверей.
Подойди, дитя.
Мне вдруг отчаянно захотелось отрубить эту чудовищную руку, и существо, как будто почуяв это, неровно пробулькало голосом раненного в живот человека:
Убери оружие, дитя.
Тебе оно
не нужно…
…ни к чему…
…не пригодится…
Здесь.