Страница 375 из 1908
– Марло, это значит, что я не уверена. Здесь наверняка есть инфосфера. Иначе как они взяли «Мистраль» под контроль? Но я ничего не чувствую.
Я опешил. Поймите, я и тогда толком ничего не знал о механизмах, подключенных к сети, и сейчас не знаю. Я тот, кем родился, – сын и солдат Соларианской империи. Но я понимал достаточно, чтобы осознавать, что что-то не так. Сагара наверняка отдавал андроиду дистанционные команды. Следовательно, он использовал некую сеть, чтобы контролировать СОПов и следить за городом с помощью камер.
– Даже в големе? – спросил я, мотнув головой в сторону выхода. – Даже в дверном замке?
– Замок механический, – ответил Бандит. – Мы в нем первым делом покопались.
Валка дотронулась до шеи, погладила имплантат у основания черепа:
– Тут все непривычно. Я чувствую андроида в коридоре, но все остальное закодировано так, что за сто лет не расшифруешь.
После длительной паузы она тряхнула головой и убрала руку:
– Нет.
– Не мое дело спрашивать, – сменил тему Бандит, – но на что вы рассчитываете, оставаясь?
Я повернулся к нормано-джаддианцу в стеганом красном кафтане. Из всей нашей компании он один остался сидеть, закинув ногу на ногу, будто у бассейна во дворце джаддианского сатрапа. Словно от фантомной боли, я машинально потер шрам от криоожога на левом большом пальце.
– Понадобилось три недели, чтобы получить аудиенцию, – ответил я, пожимая плечами. – Боюсь, мой уход будет равносилен признанию поражения.
Следя за осанкой, я выпрямился и расправил плечи, как будто находился перед аудиторией амфитеатра. Вдруг меня осенило.
– Сагара не поверил, что мы хотим мира. – Я не подумал об этом, пока не произнес слова. – Он считает, что мы собираемся повредить его отношениям со сьельсинами. Он решил, что раскусил меня, и его подозрения подкрепятся, если мы все уйдем. Но если я останусь в его власти, это будет подтверждением искренности моих намерений.
Как по команде, двери снова распахнулись, и на пороге, словно на сцене, появился Юмэ. Без лишних церемоний и откашливаний он произнес:
– Позвольте сопроводить вас к трамваю.
– Я остаюсь, – легко поклонился я. – Воспользуюсь гостеприимством вашего господина. Мои люди вернутся на корабль и приведут сьельсинского посла.
Голем никак не отреагировал, лишь слегка склонил голову.
– Разумеется, если предложение все еще в силе, – добавил я.
– Конечно. – Юмэ развернулся, указывая жестом, что остальные должны выйти перед ним. – Сюда, пожалуйста.
Подвесной трамвай ходил из верхнего лабиринта дворца Вечного по рельсу, проложенному в лавовой трубке. Тоннель тянулся на несколько миль и был абсолютно прямым, пусть и подвергся мелким разрушениям и эрозии под действием постоянного напряжения. Вдали виднелась легкая белая дымка, – вероятно, там был городской купол. В тоннеле на произвольном расстоянии друг от друга горели белые лампы, выход охраняли блестящие артиллерийские орудия.
Дворцовые ворота позади нас остались открытыми. Они были из цельной стали в два метра толщиной. Подобные двери многие палатины устанавливали на бункерах, сотами расположенных под их дворцами. Они могли выдержать орбитальные и ядерные бомбардировки. Я представил, как легионы под командованием канторов Капеллы разбиваются об эту преграду, как инквизиторы поливают ворота из супероружия. Но эта крепость, как и сам Кхарн, могла бы выдержать вечную осаду.
Багажа у нас не было, и моим друзьям не понадобилось много времени на сборы. Влажный, прохладный воздух в тоннеле был недвижим, как на море в штиль. В конце бетонного перрона стоял одинокий светильник. Как и гравированная металлическая дверь внизу, он был поздним дополнением к оригинальной конструкции. Основанием служила белокаменная перевернутая пирамида с изображением плачущего глаза, как на лице Юмэ. В жаровне ровно горело синее газовое пламя. Я не мог избавиться от ощущения, что стою на противоположном берегу Стикса, глядя на мир живых из царства Аида.
– Он про нас забыл! – шутливо воскликнул Бандит.
– Прости, что? – спохватился я. – Я просто задумался…
– Что за имя такое, Анаксандр? – повторил Хлыст насмешливый вопрос.
Я усмехнулся. Древнее имя меня вовсе не смущало.
– Лучше скажи, что за имя Хлыст? – парировал я, хотя прекрасно знал, откуда оно взялось.
– Анаксандр… – повторил Паллино, весьма умело копируя мою осанку. – Адриан Анаксандр. Столько лет тебя знаю, а ты от меня такую штуку утаивал.
– Полагаю, не нужно объяснять почему, – едко ответил я.
Но даже Валка улыбалась, и я не стал всерьез защищать свое имя и объяснять, что мне дали его в честь древнего, давно забытого правителя со Старой Земли и одиннадцатого лорда Марло из Обители Дьявола. Это было не важно.
Бандит, Айлекс и старый Паллино погрузились в вагон. Старик напоследок похлопал меня по плечу. Валка шла за ними и остановилась на перроне, чтобы поправить сапог.
Хлыст обернулся и взял меня за руку:
– Не нравится мне, что ты остаешься.
– Я здесь уже три недели провел! – ответил я, похлопывая его руку, чтобы он меня отпустил. Он не отпустил – напротив, сжал еще сильнее, уставившись на андроида за моей спиной.
– Это неправильно. Не нужно нам вести дела с деймонами. Ладно сьельсины, но эти? – Он умолк, начертив пальцами в воздухе солнечный диск. – Зря мы вообще сюда прилетели.
Валка по-прежнему возилась с сапогом. Голем нависал надо мной сзади, мешая думать.
– Мы здесь ненадолго.
– А как я пойму, что тебя не подменили? – Он ткнул меня пальцем в грудь. – Как узнаю, что ты не какой-нибудь… репликант? Оборотень?
За годы пребывания со мной Хлыст подзабыл свой прежний плебейский диалект, но теперь он вернулся вновь. Дурной знак. Он таращил глаза сильнее, чем обычно, а его веснушчатое лицо было бледнее Танарана.
– Хлыст, – обнял я давнишнего и лучшего друга, – это я.
Я не стал спорить или уговаривать. Он был убежден в своем мнении и имел на то веские причины. Мы действительно попали в замок ужасов, в самый темный уголок космоса.
Хлыст тоже меня обнял:
– Знаю, дружище. Просто… – Он запнулся и отстранился. – Не нужно было нам сюда прилетать.