Страница 348 из 1908
Любопытные повалили к окнам, меня едва не сбил с ног лейтенант, чье имя я давно забыл. Огни напоминали звезды и в то же время были на них не похожи, возникая из глубины, как будто со дна морской впадины. Нескольких впадин. Они расползались по темноте, и мои впечатления тоже стали меняться. Это были не искры, а ровно расставленные свечи в глубоких альковах, мерцающие на ветру. Вокруг нас, наверху и внизу, от них расходились кольца света, как будто кто-то взял самые тусклые звезды и приказал им маршировать под его дудочку.
Но это были не звезды. Огни исчезали и прятались от нас, как только мы приближались. Они и сами перемещались, вспыхивали, мерцали и плясали, меняя цвет по какому-то необъяснимому принципу.
– Это город, – выдохнул я первым.
Он был меньше станции «Март», но внушительнее, потому что мы могли видеть его целиком. Свечами были освещенные здания, над которыми громоздились другие постройки. Я не мог сказать, на сколько миль простирался город.
– Это корабль, – поправила меня Валка.
Огни множились, и я попробовал увеличить изображение, прижав два пальца к стеклу, как делал ранее. Не вышло. Сияющие впадины, в которых слабо искрились огоньки, приобрели форму. Окружающая темнота протянулась к нам частоколом черных рук. То были башни, а светящиеся черты были улицами. Я заметил, как по ним движутся то ли грунтомобили, то ли трамваи. Голова вдруг закружилась, я зажмурился и отвернулся.
Корабль.
По тому, что я видел, я предположил, что корабль похож на огромные суда-веретена мандари, только гораздо больше тех, что использовал Консорциум и его партнеры. «Загадка часов» формой напоминала сигару в сотни, а то и больше, миль длиной и в десять раз у́же. Я так и не рассмотрел корабль целиком, но сделал вывод, что содержимое его носовой части выходило прямо в открытый космос. Командный отсек и двигатели располагались на корме, отделенные от доков и города массивной герметичной перемычкой, благодаря которой корма, в отличие от носа, была замкнутым пространством.
– Заходим на посадку, – потревожил тишину мелодичный голос Наззарено.
Было нечто искусственное в естественности звучания голоса химеры. Возвышенный развернулся, чтобы взглянуть на капитана Корво, но при этом несколько его побочных глаз уставились на других людей: Бастьена Дюрана, с каменным лицом стоявшего рядом, Валку, навострившую уши у иллюминатора, меня.
Наззарено продолжил:
– От имени капитана Эйдхина и экипажа «Загадки» напоминаю, что на корабле действуют определенные правила, которые вам придется соблюдать. Пассажиры обязаны оставаться в гостевом порту и не пытаться проникнуть в закрытые зоны. Также запрещается проносить на территорию порта оружие. Пассажиры, нарушившие данные правила, будут немедленно высажены. Все должны оставаться на борту своих кораблей, пока «Загадка» не войдет в варп. Любые попытки нарушить физическую или информационную целостность «Загадки» караются высадкой без суда и следствия…
Список ограничений продолжался. Примерно на середине мне пришло в голову, что Возвышенный обращается не к нам. Или не обращается вовсе. Его слова были сжатыми, записанными предварительно. Он без энтузиазма повторял одни и те же заученные фразы, чтобы не устать от продолжительной тирады.
– Объясните, что значит «высадка без суда и следствия»? – спросил Бастьен Дюран, когда он закончил.
Все глаза Наззарено переметнулись в сторону норманца в фальшивых очках.
– Ваш корабль будет сброшен из трюма без предупреждения и выяснения обстоятельств, независимо от ваших запасов топлива.
Старпом что-то промычал, но не ответил.
– Никаких проблем, – сказала Отавия Корво. – Как только мы приземлимся, я отправлю большую часть команды в крионическую фугу, оставив лишь необходимый персонал.
Огромный Возвышенный отцепился от потолка и поручней и развернулся так, что наполовину навис над капитаном-амазонкой, а наполовину склонился перед ней.
– В этом нет необходимости.
– Гм, вот как? – удивленно мотнула головой Отавия. – Почему?
– Вам же на Воргоссос? – Существо приподнялось над головой Корво, его красные глаза померкли, как будто на них накинули капюшон. – Нам лететь всего три стандартные недели.
Мы все чуть не попадали. Три недели. Никакой нужды нет замораживать людей на такой короткий срок.
– В-воргоссос так близко? – не сразу нашлась, что сказать, капитан.
– На это я ответить не могу, – ответил Наззарено и заклацал к выходу. – Вам будет достаточно знать, что планета в нескольких килосветовых годах отсюда.
– В нескольких… – Отавия запнулась, просчитывая дистанцию в уме. – Невозможно. Для этого потребуется скорость, в несколько тысяч раз превышающая световую.
– Возможно, – сухо сказала Валка. – В юности я служила на курьерском корабле Демархии, который развивал до трех тысяч «цэ».
Наззарено рассмеялся и указал на меня:
– У Империи тоже есть такие корабли. Но ни один человек не сможет с нами тягаться.
Бахвальство. Я вновь подумал, что ему и правда могло быть столько лет, на сколько звучал его голос. Еще мальчик. Кем нужно быть, чтобы облечь мальчика в такое тело? Искромсать его плоть и упаковать в холодную сталь?
По кораблю прокатился звучный металлический лязг. Затем другой. Все принялись обеспокоенно переглядываться. Несколько голографических панелей мигнули и вернулись в изначальное состояние, как ни в чем не бывало показав нам схемы корабля и навигационные карты. Техники помчались на посты, но тут сила тяготения начала меняться. Центростремительная сила хлынула на меня, постепенно повышаясь под действием супрессионного поля, после чего внутренности вернулись на свои места. Я видел, что остальные тоже это почувствовали.
Глаза Наззарено ярко вспыхнули.
– Вскоре на борт поднимется инспекция, чтобы помочь мне удостовериться, что вы не провозите опасных веществ. Орудийные системы вашего корабля будут отключены на все время путешествия. – Наззарено развернулся, тремя лапами хватаясь за дверной каркас, и, поймав равновесие, обратил к нам голову-турель. – Добро пожаловать на «Загадку часов».