Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 77 из 86

Настоящим испытанием процесс стал для родителей погибших детей. Вот фрагмент допроса потерпевшей Тамары Михайловны — мамы 11-летней Марины. Женщина вспоминала, что 11 июля вернулась с работы (она трудилась кладовщицей) в 20:30. Дети вместе с отцом играли на улице, Марина каталась на велосипеде. Чуть позже велосипед поставили в гараж, а девочка продолжила играть с детьми во дворе.

— Примерно через час я позвала детей домой, — рассказывала Тамара Михайловна. — Старшая дочь ответила, что Марины нигде нет. Мы с мужем стали искать, спрашивать у ребят, где Марина.

На этих словах допрос пришлось прервать — матери убитой девочки стало плохо прямо в зале суда.

23 апреля 1990 года Новосибирский областной суд приговорил Фёдора Козлова к высшей мере наказания — расстрелу. Убийца посчитал приговор слишком суровым. Его адвокат обратился с кассационной жалобой в Верховный суд РСФСР.

Защита выстраивала жалобу на тех же абсурдных доводах, что звучали в зале суда. Адвокат утверждал, будто вина Козлова в изнасилованиях и убийствах не доказана. Нападения на выживших женщин защитник требовал переквалифицировать на обычное хулиганство. Мол, подзащитный просто специфически шутил и устраивал «розыгрыши», не имея злого умысла. Первоначальные же признательные показания, согласно жалобе, были выбиты под давлением двух следователей, пугавших Козлова расправой со стороны сокамерников.

Верховный суд РСФСР на эти уловки не поддался. 27 августа 1990 года судебная коллегия по уголовным делам рассмотрела жалобу и оставила приговор в силе, резюмировав:

Суд первой инстанции правильно учел исключительную опасность личности Козлова и характер его действий, а также тяжесть наступивших последствий. Оснований для смягчения наказания Козлову судебная коллегия не находит.

Следующий документ в деле Козлова — лаконичная телеграмма на имя председателя Верховного суда Вячеслава Лебедева. В ней сообщается, что осужденный к смертной казни Козлов покончил с собой 1 сентября 1990 года. Официальное следствие постановило: оснований считать его смерть насильственной нет. Однако никаких подробностей в архивах не сохранилось — ни имен тех, кто нашел тело, ни описания обстоятельств.

Совпадение даты ухода маньяка из жизни с Днем знаний породило немало слухов, что так маньяку отомстили за всех замученных им школьниц.

Жена Козлова развелась с ним еще в период, когда он дал свои первые признательные показания. Сказала, что не хочет иметь с ним ничего общего. Родители Козлова, его брат — простые работяги, с ним не общались много лет, потому что не простили ему убийств родственников. Они так и не поняли, почему он стал убивать людей… А вот судебные эксперты, кажется, разобрались в этом: причина в накопленной злости, в ранней половой жизни и извращениях, в отсутствии моральных принципов. В памяти местных жителей «искитимский дьявол» таким и останется — наглым хитрым хищником, который охотился на доверчивых маленьких девочек.