Страница 35 из 86
Глава 4 Загадка убийства Кирова: судебная экспертиза спустя столетие
Большевика Сергея Кирова называют одним из символов революционного времени, а также ближайшим соратником и любимым другом Сталина. Гибель Кирова в 1934 году в Смольном стала без преувеличения самым громким политическим убийством в истории СССР, которое послужило поводом для начала массовых репрессий.
Напомним, что роковой выстрел произвел Леонид Николаев. Однако историки до сих пор спорят о подлинных мотивах этого преступления: была ли это банальная ревность, личная месть или тщательно подготовленный заговор? Могли ли Николаева сознательно спровоцировать на этот шаг? Почему недосмотрела личная охрана Кирова и не была ли она причастна к случившемуся? И наконец, стоял ли за всем этим Сталин?
Недавно Федеральная служба охраны предоставила современным российским экспертам уникальные документы, которые позволили им восстановить картину убийства. Кроме того, специалистам позволили исследовать одежду Кирова. Сделанные ими выводы до сегодняшнего дня нигде не публиковались.
ИЗ ДОСЬЕ:
Настоящая фамилия Кирова — Костриков. Сергей Миронович родился в городе Уржуме Вятской губернии (ныне — Кировская область). В восьмилетнем возрасте он остался круглым сиротой: отец пропал без вести, мать умерла. Родная бабушка была вынуждена отдать мальчика в Дом призрения для малолетних сирот.
Окончив Казанское низшее механико-техническое училище, Костриков работал чертежником, а затем увлекся публицистикой и стал журналистом в северокавказской газете «Терек».
В годы Гражданской войны он круто изменил свою судьбу: занимался подпольной работой, руководил обороной Астрахани и восстанавливал советскую власть на Кавказе. Проявив себя как блестящий организатор, Киров быстро вошел в высший круг партийной элиты.
В 1926 годуСергей Киров возглавил Ленинградский губком ВКП(б), став фактически руководителем второго по значимости региона страны. 1 декабря 1934 года был застрелен в Смольном Л. В. Николаевым. Урна с прахом С. М. Кирова захоронена в Кремлевской стене на Красной площади в Москве.
Сергей Киров
Фигура Сергея Кирова, которого за глаза называли хозяином Смольного, во многом противоречива. Его считали любимцем простых рабочих, а о его прямоте и простоте в общении с народом ходили настоящие легенды. Именно Кирову приписывают спасение Исаакиевского и Казанского соборов в Ленинграде. Радикально настроенные партийцы предлагали их взорвать, но первый секретарь сумел сохранить эти шедевры архитектуры.
При этом Киров оставался частью жестокой советской системы. «ЧК-ГПУ — это орган, призванный карать… карать по-настоящему, чтобы на том свете был заметен прирост населения благодаря деятельности нашего ГПУ» — эти страшные слова он произнес в 1932 году, поздравляя чекистов с 15-летием ведомства. Историки замечают: время было такое, да и подходящее место для подобного заявления. В ту пору сами каратели еще не предполагали, что пройдет всего несколько лет — и многие из них попадут под этот же каток, пополнив «население того света».
Как бы то ни было, по мере карьерного роста Кирова его безопасность обеспечивалась все строже. В бытность его первым секретарем Ленинградского губкома личная охрана состояла всего из четырех сотрудников. Однако после избрания его членом Политбюро и секретарем ЦК ВКП(б) штат охраны расширили до двенадцати человек. Круглосуточные посты выставили как у его городской квартиры, так и у загородной дачи на Каменном острове. Для поездок секретарю ЦК предоставили служебный автомобиль в сопровождении охраны.
Киров, как рассказывали его современники, личной охраной откровенно тяготился и часто просил сопровождавших его сотрудников держаться на расстоянии. Однако в конечном итоге именно охранников первыми обвинили в том, что они не уберегли соратника и друга Сталина.
Около 17 часов 1 декабря 1934 года на третьем этаже Смольного раздались два выстрела. Выбежавшие из кабинетов сотрудники увидели Кирова, неподвижно лежащего на полу в коридоре. Рядом с ним в истерике бился мужчина с револьвером в руке. Нападавший пытался покончить с собой, но неудачно. В кармане задержанного обнаружили партийный билет на имя Леонида Николаева. Его, находившегося в состоянии глубокого шока, тут же задержали, отправили сначала в психбольницу, а потом уже в изолятор.
Официальная версия случившегося выглядела следующим образом: Киров был убит в коридоре Смольного, буквально в нескольких шагах от двери своего кабинета. Киров шел по длинному 100-метровому коридору. В это время Леонид Николаев, который якобы ждал в туалете, вышел наружу и проскользнул между Кировым и его личным охранником Борисовым, который по неизвестной причине отстал от шефа метров на сорок. Потом Киров свернул в боковой коридор, ведущий непосредственно к его кабинету. Здесь преступник и выстрелил ему в затылок с дистанции примерно четырех-пяти метров. Это единственное ранение оказалось смертельным.
Что касается мотива преступления, то, согласно первоначальной версии, он носил сугубо личный характер. Неудачник и безработный Леонид Николаев якобы приревновал Кирова к своей жене Мильде Драуле. На первый взгляд все выглядело классически: ревность, зависть и слепая месть. Однако, узнав о гибели Кирова, Сталин лично дал жесткое указание: «Ищите убийц среди зиновьевцев». Таким образом Иосиф Виссарионович направил следствие по «нужному» политическому руслу, объявив преступление результатом заговора бывших оппозиционеров. Сам Николаев на первых допросах упорно твердил, что убийство готовил в одиночку («Я один, я один!»), но позже дал показания против ряда сотрудников НКВД. В результате в отношении них были возбуждены уголовные дела об участии в подпольной террористической организации.
Главным свидетелем, способным пролить свет на случившееся, должен был стать личный охранник Кирова Михаил Борисов. Однако он погиб на следующий же день при крайне подозрительных обстоятельствах. Согласно официальной версии, машина, в которой его везли на допрос, попала в ДТП и Борисов получил смертельную травму головы. При этом автомобиль двигался со скоростью всего 30 километров в час, а у водителя и других пассажиров не оказалось никаких повреждений. Мало кто верил в роковую случайность. Что это было — месть за то, что не уберег Кирова, или ликвидация опасного свидетеля?