Любить нельзя помиловать

2. Когда в половине одиннадцатого утра

он услышал в телефонной трубке Верин голос, Никите вдруг стало не по себе. С какой стати она так радуется?

— Извини, что отрываю тебя от дел, Вера. – Вот уже полгода, как они были на «ты».

— Пустяки! Я сама хотела тебе звонить.

— Ты разговаривала с Владимиром Иосифовичем? – обрадовался он.

— Когда?

— Да только что!

— Нет, не разговаривала.

— Разве он не звонил насчет меня?

— Никита, я знаю твои проблемы. И готова их решить.

— Да? Слушай, ты меня здорово выручишь! По гроб жизни не забуду!

— Я на это надеюсь, – загадочно сказала Вера. Ему опять стало не по себе. – Встретимся в ресторане. На Маяковской. Ты помнишь?

— Да, конечно. – Он поморщился, словно лимон проглотил. В день Вериных именин пришлось провести вечер в компании ее ужасных подружек, этих толстых теток с непомерным аппетитом. Но как откажешь начальнице?

— Так значит, в восемь вечера.

— Только.. – Он замялся. – Ты знаешь, как у меня сейчас с деньгами..

— Я все оплачу.

— Вера! Я же тебе кругом обязан!

— Ничего, сочтемся.

Дав отбой, он крепко задумался. Каким тоном Вера с ним говорила! Явно заигрывала. Пообещала решить все проблемы. А такие закоренелые эгоисты, как Вера Александровна Алмазова, благотворительностью не занимаются.

Похоже, что придется все-таки с ней переспать. Не хотелось бы до этого доводить, но.. Ничего, один раз как-нибудь. Но лучше бы этого не случилось. Лучше бы Вера принимала в нем дружеское участие, не больше. Как подумаешь о том, что придется лечь с ней в постель, так мурашки по коже! Даже думать о ней как о женщине, и то невозможно. Какая же она женщина? В ледяной статуе и то больше чувственности! К тому же ему нравятся яркие блондинки, а она шатенка. Нравятся женщины с формами, она же сухая как вобла. Что называется, ни спереди, ни сзади. И ноги.. Просто отвратительные! Один раз, не больше..

..Он опоздал на пятнадцать минут. Вера, как всегда, пришла вовремя. Не женщина, а хронометр! Который в принципе не может хотеть секса. Он же железный, да к тому же механизм! А желание физической любви – это какое-никакое, а чувство!

Никита заметил, что начальница приоделась. Она как раз делала заказ, когда он подошел к столику. Увидев его, усмехнулась:

— Красивому мужчине позволительно опаздывать. Я тут взяла на себя смелость заказать тебе то же, что и себе.

И кивком головы отпустила официанта. Никита буквально рухнул на стул. Проклятая жара!

— Извини. Пробки.

Он не помнил, чтобы Вера хоть раз опоздала на работу или на деловую встречу. Для нее автомобильных пробок словно бы не существовало.

— Поскольку мы оба за рулем.. – перекидывая каждую букву в каждом слове, будто костяшку на канцелярских счетах, начала было она.

— Я бы выпил чего-нибудь покрепче.

— ..то предлагаю ограничиться бокалом шампанского. – Она словно бы и не слышит меня! Директор, во всем директор! Ну как заставить себя лечь с ней в постель?! Как?!

— А в честь чего шампанское?

— Я предлагаю..

Появился официант с подносом. Почти бесшумно расставил тарелки с закусками, открыл бутылку шампанского как положено, с хлопком, наполнил бокалы и торжественно удалился. Никита с удивлением посмотрел на стол: ого! Устрицы! И крабы! Многообещающее начало! Потом перевел взгляд на Веру и с тоской подумал, что даже один раз вряд ли получится. Ну не нравится она ему, и все тут! Хоть бы дала понять, что он тут мужчина, ему и распоряжаться. Нет, она всегда и везде хозяйка положения. А он представитель низшей расы, не более. Может быть, кого-то и устраивает такой порядок вещей, когда баба главная во всем, только не его. Она, похоже, и трахается только в положении сверху. А он это терпеть не может, так же как и тощих женщин с рыжеватыми волосами.

Никита тяжело вздохнул и с тоской посмотрел на устрицы. Вера – совершенно не его тип женщины, вот в чем все дело. И даже устрицы здесь не помогут. Господи, где же взять денег-то?!

— Прости, что ты сказала?

Она подняла свой бокал:

— Я предлагаю тебе выйти за меня.. то есть, жениться на мне. И все твои проблемы будут решены. Вот теперь можно выпить.

И с уверенностью в том, что дело сделано, Вера, не дожидаясь его, отпила из бокала. Удовлетворенно кивнула:

— А ничего! Вполне приличное шампанское. А ты почему не пьешь?

— Я не совсем понял. Что ты сказала? Жениться?

— Да. Я делаю тебе предложение.

— Ты делаешь мне..

Никита подавился смешком, не смог сдержаться. Он и Вера! В белом свадебном платье! Ну и бред!

— Извини, Вера. Ха-ха-ха! Извини. Нет, я лучше выйду. Извини.

Стараясь не смеяться, он встал из-за стола и пулей выскочил из зала. И только в туалете дал себе волю и расхохотался. До слез. Она что, сумасшедшая? За дурачка его держит? Неужели же он так глуп, чтобы не понять, чем грозит этот брак? Один раз переспать с ней, это еще куда ни шло, но сделаться ее подкаблучником, мужчиной, которого за глаза будут звать не иначе как «мадам Алмазов»? Он еще не настолько безнадежен! Надо срочно вернуться к Вере и сказать ей об этом.

Все еще улыбаясь, он вышел из туалета. Мимо проходили два респектабельных господина, и один с завистью сказал другому:

— Счастливец! Так хорошо улыбается!

— Просто у человека нет проблем, – грустно усмехнулся его компаньон.

Нет проблем! Да хоть отбавляй! Взять хотя бы Веру! Нажить такого врага! Безумец! Не смог сдержаться и рассмеялся! В конце концов, что тут такого? Дамочка решила купить себе молодого красивого мужа. Вполне нормальная ситуация, сплошь и рядом.

«Ну нет, только не со мной!» – он наконец-то справился с собой, сделал серьезное лицо и пошел обратно в зал, объясняться с Верой.

Когда в половине одиннадцатого утра

Вера услышала в телефонной трубке его голос, она почувствовала себя счастливой. Когда Никита опоздал на пятнадцать минут, но все-таки пришел, она была по-прежнему счастлива. Когда официант наполнил шампанским бокалы, счастье бурлило в ней так же, как веселые пузырьки в звонком хрустале. И когда она сказала: «..жениться на мне», это было сродни опьянению. Напротив сидел молодой красивый мужчина, будущий муж.

Но его реакция поразила Веру в самое сердце: он рассмеялся! Да-да, рассмеялся! И даже не смог сдержаться! Она чувствовала себя обманутой. Ничего, ничего. Сейчас все пройдет. Никита поймет, что деваться ему некуда, и начнется второй раунд переговоров. Уже в другом тоне. А этот смех она ему еще припомнит. Своему будущему мужу. Сочтемся.