Диктатор 2

Глава 6 НЭП 2.0

Москва, Кремль

Кабинет руководителя Оперативного штаба ГКЧП генерала Вареников

На столе перед генералом Варенниковым лежал плотный конверт с узнаваемым гербовым орлом Федеративной Республики Германия, только что прибывшим дипломатической почтой. Беря в руки плотный пакет, Валентин Иванович довольно улыбнулся. Он уже догадывался, каким будет ответ канцлера Гельмута Коля на его предложение-ультиматум.

— Немцы никогда не были дураками, а старина Гельмут тем более, — задумчиво приговорил он, вскрывая конверт. — Они прекрасно умеют считать деньги. И определенно догадываются, что, если не заплатить сейчас, то потом придется отдать гораздо больше.

Действительно, Варенников, продвигая идею своеобразной «выходной платы» со стран бывшего социалистического лагеря (Венгрии, Польши, Болгарии, ГДР), имел запасной план на случай провала. В качестве министра обороны Советского Союза он намеревался использовать ограниченные контингенты войск для повышения градуса напряженности на границе с этими странами, чтобы устроить показательное давление. Если же и это бы не помогло, то отдал бы приказ о проведении точно такой же операции, как и со странами Прибалтики только гораздо в больших масштабах. Никто с бывшими союзниками, готовыми предать за условную палку колбасы и джинсы, церемониться не собирался. Используя прибалтийский опыт, можно было, вообще, оставить соседей без армии, полностью забрав все вооружение, технику, боеприпасы, военное имущество.

— Хотите в свободное плаванье — платите, — с угрозой оскалился он, размышляя о мерах воздействия на тех, кто не согласится с ультиматумом. — Тем более не чужое требуем, а свое собственное. Из своего же кармана всех вас «кормили». Так… Да, Коль, действительно, не дурак, точно не дурак. Ведь, сейчас он национальный герой для всех без исключения немцев, исполнивший их полувековую мечту об объединении Германии. Если же мы начнем все отыгрывать назад, то его свои же взденут на первой же попавшейся березе.

Его немецкий был довольно хорош, чтобы понять содержание личного послание от федерального канцлера Коля. Тот в дипломатических цветастых фразах полностью соглашался со всеми требованиями Москвы, и выражал обеспокоенность слишком малым сроком, которое дается на исполнение этих требований.

— Хм, времени ему, значит, мало… Так… и денег, говорит, маловато… Прибедняется, немчура, — с усмешкой комментировал Варенников жалобы канцлера на большие финансовые проблемы у федерального правительства. — Ух-ты, бартером завод предлагают⁉ Да еще сами перевезут, смонтируют и обучат рабочих… Фольксваген, выходит.

Вот это уже было серьезное предложение, и его требовалось, как следует обдумать. По-хорошему, за такое предложение нужно хвататься руками и ногами. Немецкий автопром со времен бесноватого Адольфа славился своими машинами, и новый завод по производству автомобилей был бы настоящим подарком небес. Главное, при этом сохранить тесные экономические связи с Германией, чтобы шли запасные части, продолжалось технологическое взаимодействие. Ведь, сам по себе завод — это не более чем здание со станками, которые сами по себе не выпускают продукцию. Для создания полноценного производства нужна хорошо отложенная система поставки деталей, грамотное обслуживание производственных процессов, обучения персонала и многое другое. Значит, им нужен был не просто один или два завода по производству автомобилей, а им нужно было взаимовыгодное сотрудничество с немцами. Это должен был стать совместный бизнес, за который бы они «держались руками и ногами».

Ведь, на все эти подводные камни они уже не раз натыкались, и весь российский автопром сразу же шел под воду, откуда его потом долго и с большими расходами вытаскивали. Варенников прекрасно помнил, что происходило после внезапного ухода иностранных производителей с российского рынка. Практически в один момент рухнула годами отлаженная система производства, продажи и обслуживания целого десятка автомобильных марок. Вдруг оказалось, что наши сверхсовременные заводы, в которые государство вложило миллиарды долларов, оказались полностью зависимы от поставок комплектующих из иностранных государств. Получалось, что к нам ввозилось абсолютное большинство деталей, из которых собирались новенькие автомобили. И как только подвоз комплектующих прекратился, конвейер моментально остановился.

— А если предложить полноценное совместное производство автомобилей? Начнем вместе клепать машины, а потом постепенно начнем и все комплектующие у себя производить. Обязательно у себя… Нужно прописать, чтобы в будущем все производили у нас, вплоть до чертового болта или заклепки.

Решив не откладывать дела в долгий ящик, Варенников позвонил секретарю и попросил организовать телефонный звонок федеральному канцлеру Колю. Уже через полчаса в кабинете генерала раздался телефонный звонок из Германии.

— Приветствую, господин Коль. Ваше письмо получил, и хочу предложить вам следующее. Советский Союз и объединенная Германия должны оставаться хорошими соседями, которые уважают и понимают интересы друг друга. Предлагают забыть о языке ультиматумов и угроз, и поговорить о полноценном экономическом сотрудничестве. СССР отзовет свое требование, взамен мы хотим совместно с Германией производить легковые и грузовые автомобили. Предлагаю создание совместных предприятий с полным циклом производства, обучением персонала, льготными ценами на газ и электричество и огромным рынков реализации продукции.

С той стороны некоторое время не доносилось ни звука. Варенников было даже подумал про технический сбой связи.

— Господин канцлер, я вас не слышу. Господин канцлер?

— Да, да, господин генерал, — тут же отозвался канцлер. — Это… Это очень неожиданное предложение, — он был осторожен, но чувствовалось, что его впечатлило предложение генерала. — Нужно это обсудить…

Варенников кашлянул в трубку, прерывая канцлера.

— Господин канцлер, не хочу давить, но скажу так — Советский Союз никому не напрашивается в друзья, союзники, и делает свое предложение лишь один раз, — генерал припустил в голос стали. А как иначе? Не будешь говорить с позиции силы, таким образом будет говорить кто-то другой. — Вы меня понимаете?

— Да, да, господин генерал, — поспешно ответил Коль. — Я немедленно соберу совещание, где мы скорейшим образом примем решение.