Ловушка для мастера

— Знаю, — улыбнулся он. — Люди вроде тебя должны рисковать, для вас это — не только риск как таковой, но и способ стать еще немного сильнее. Да и самый важный опыт, к сожалению или счастью, нарабатывается только так. Причем и для магов, и для обычных бойцов.

Я так же серьезно кивнул.

Учитель прав. Если боец не встречается с теми, кто заведомо сильнее или опытнее него, то он перестает прогрессировать. И для магов, особенно боевого направления, это правило работает точно так же. Причем даже в том случае, если в самый первый раз ты оплошаешь или потерпишь поражение.

Я же ни в плане бойцовских качеств, ни как маг останавливаться в развитии не планировал. По крайней мере, до тех пор, пока не упрусь в предусмотренный природой потолок. Правда, до этого момента, надеюсь, еще очень далеко. А пока я всеми силами стремился расти и был готов работать над собой столько, сколько требовалось, чтобы шаг за шагом, несмотря ни на что, двигаться дальше.

В том числе и поэтому, несмотря на то, что с мастером Майэ я отработал достаточно долго, дар частично истощил, да и устал порядочно, я все равно явился в школу Харрантао и с удовольствием поработал с мастером Ди, который по-прежнему раз в неделю занимался со мной боем на мечах.

Хорошо было так же и то, что сегодня лэн Даорн освободился пораньше и тоже пришел на полигон поработать. И вместе с тем плохо, что времени на занятие нам дали всего полтора рэйна, после чего на полигон явился мастер Даэ и, оставив отца на попечение мастера Ди, увел меня на полигон для великих мастеров, где еще рэйн я отработал уже с найниитом и магией. Причем по полной программе. Так, что к половине девятого вечера мой магический дар начал демонстрировать явные признаки нестабильности.

— Все, отдыхай, — сказал учитель, когда присутствовавший в соседней комнате кибэ Ривор сообщил, что нам пора остановиться. — На сегодня мы закончили.

Я шумно выдохнул.

Эх, как жаль, что я все еще быстро устаю. Мастер Даэ вон как огурчик, да и с даром у него все было в полном порядке. Тогда как я опять похож на выжатый лимон.

— Не спеши, — рассмеялся лэн Даорн, когда мы встретились в раздевалке и я посетовал на прямо-таки неприличную выносливость учителя. — Мастер Даэ в таком темпе и полдня может на полигоне провести. Вот будет тебе столько же лет, сколько ему, тогда и посмотрим, на что ты станешь способен.

Я только хмыкнул.

Мне по старой памяти все хотелось сказать, что я мол столько не проживу. Но с учетом царящих на Найаре реалий это было бы не очень уместно, тем более что шансы дожить до ста плюс лет даже у неодаренного были очень высокими.

Домой мы на этот раз с отцом вернулись вместе. Правда, на разных машинах. А уже дома, за ужином, лэн Даорн неожиданно признался, что в ближайший шан-рэ у него запланировано мероприятие, поэтому вечером девятого стэбра он хотел посетить Большой столичный оперный театр.

Я, когда об этом услышал, аж замер, так и не донеся ложку до рта.

Нет, понятно, что отец собрался в оперу не один. И с одной стороны, было замечательно, что он не останавливается на достигнутом и шаг за шагом идет на сближение с лэнной Оми. Даже вон на что решился — на общественное мероприятие, где они с мамой Арли окажутся на виду, одним своим появлением вызвав среди присутствующих массу толков и пересуд.

С другой стороны, когда-то же надо было начинать. А то можно было до старости опасаться слухов и из-за этого избегать показываться вместе на людях.

Так что с этой точки зрения я был рад, что отец перестал наконец тормозить и форсировал, так сказать, события.

С третьей стороны, Большой столичный оперный театр — заведение не то чтобы для избранных, но билеты туда стоят, как крыло от боинга, появляются в продаже чаще всего за два-три месяца до премьеры и, как правило, очень быстро раскупаются. Тем более сейчас как раз начало сезона, в опере планировалась большая премьера с участием известных исполнителей, в том числе и мирового уровня. Понятно, что туда постараются явиться все кому не лень.

Это, в свою очередь, означало, что лэн Даорн явно не сегодня туда собрался.

И даже не вчера.

Но мне об этом почему-то не сказал.

И мне это, разумеется, не понравилось. Причем настолько, что пришлось слегка пригасить эмоции, чтобы не наговорить лишнего.

Ну и последнее. Самое важное. Время сейчас было очень неспокойным. Конфликт с родом Босхо и в том числе с Туран, судя по всему, вступал в решающую стадию. Напряжение в Нижнем мире неуклонно росло. Ответки от Туран тоже стали значительно серьезнее. Плюс проблема нестандартного разлома, неизвестные сроки, реальная угроза от дайнов и пожирателя, который, по заверениям Лимо, не сам к нам придет, а по приглашению кого-то из магов…

И вот в такое время отправляться в театр, вдвоем, туда, где мои горлы не смогут полностью контролировать ситуацию?

В общем, у меня случился серьезный конфликт интересов, поэтому я, когда услышал про грядущее мероприятие, даже не сразу нашелся с ответом.

— Что скажешь? — тихо спросил отец, когда я положил ложку обратно на тарелку, так и не притронувшись к еде. — Или сейчас это не к месту?

Я надолго задумался.

Судя по вопросу, лэн Даорн все-таки принял решение не спонтанно. И, даже понимая, в какое время мы живем, зная многое из того, что сейчас творится в Нижнем городе, счел возможным сделать небольшое исключение из правил.

Я знаю, лэнну Оми он очень долго ждал. Да и она годами жила в «подвешенном» состоянии, терпеливо ожидая, когда же он наконец решится. Они, можно сказать, столько времени потеряли, живя в рамках жестких социальных ограничений и опасаясь сделать первый шаг, чтобы не скомпрометировать друг друга, что порой за них было до жути обидно. И вот сейчас, когда ситуация начала решительно исправляться, отец если не потерял голову… нет, он даже сейчас смотрел на меня не тревожно, а, скорее, вопросительно, словно был готов отказаться от встречи, если я скажу, что возражаю… но при этом хотел двигаться дальше. И больше не желал терять время зря.

Причем я его, пожалуй, понимал.

Во многом даже одобрял.

Вот только риски…

— Йорка с собой возьми, — взвесив все за и против, наконец сказал я, снова взявшись за ложку. — Под костюмом спрячешь и выпустишь его в здании, пока никто не видит. Он никому не помешает, спрячется где-нибудь и все. А если что, и тебя прикроет, и меня держать в курсе будет. Птицы останутся снаружи.

— Думаешь, этого достаточно? — едва заметно перевел дух отец, явно не ожидав, что я одобрю его инициативу.