Страница 50 из 113
Однако я не стал отводить взгляд. Я действительно знал если не все, то почти все о своем биологическом отце. Причем у меня была возможность взглянуть на ситуацию с разных сторон, тогда как его величество был несколько ограничен в точках зрения. Хотя конкретно за это я его как раз не винил.
Более того, я действительно не испытывал к нему ненависти. В какой-то мере понимал его стремление избавить страну от угрозы. Однако при этом даже я, не имея такого богатого опыта прожитых десятилетий, как он, видел иные пути решения проблемы. И очень сомневаюсь, что их в свое время не видел он.
— Что тебе известно? — наконец спросил мастер Майэ, когда молчание стало откровенно угнетающим.
Я снова хмыкнул.
— А вы готовы меня выслушать?
— Я тебя сюда за этим и привел.
— Тогда…
Я на мгновение прикрыл глаза, как раз закончив вместе с Эммой анализ ситуации и тщательно взвесив все за и против.
В любом другом случае я бы, пожалуй, предпочел отмолчаться и для начала выслушать учителя. Узнать, что было известно ему, и только потом принимать решение, открываться перед ним или нет.
Однако мастеру Майэ я действительно верил, это раз. Он всегда и во всем был подчеркнуто на моей стороне, даже перед лицом тэрнэ Ларинэ. Именно его усилиями мне после Мадиара оставили и жизнь, и свободу. И лишь благодаря его вмешательству на меня все это время из власть имущих никто не давил.
Во-вторых, большую часть информации, которую я был готов сегодня открыть, старый мастер, судя по всему, уже знал. По крайней мере, он дал это понять достаточно ясно. Да и из того, что я успел услышать, причины падения рода Расхэ… вернее, те причины, из которых исходил тэрнэ Ларинэ, конечно… были ему известны. Быть может, окончательное решение в отношении тана Расхэ даже принималось в его присутствии, так что совсем уж откровением мои слова для него не станут. Однако они совершенно точно сместят акценты, позволят взглянуть на случившееся с другой стороны и в конечном итоге, смею надеяться, смогут повлиять и на мнение тэрнэ.
Не просто же так учитель решил со мной сегодня поговорить?
Да еще именно здесь?
Третье. Благодаря печати я хорошо видел и знал, что так же, как я верил ему, мастер Майэ верил мне. Не просто был на моей стороне, не просто прикрывал меня перед тэрнэ, но и во всем остальном проявлял просто невероятное доверие.
Кроме меня, он никому не открыл, в чем секрет его бессмертия. Не показал, как сместить границы субреальности и добраться до промежуточного, оставаясь при этом живым. Кроме меня и него, никто не знал, как управлять в субреальности временем. Да и нестандартными порталами он долгое время со мной занимался, не ставя при этом в известность ни тэрнэ, ни ТСБ. И, что немаловажно, никогда не давил на меня сам, пытаясь вытянуть мои секреты любой ценой.
Напротив, он всегда давал мне определенную долю свободы. Вместо того, чтобы настаивать, чаще всего молча отступал, терпеливо дожидаясь, когда я созрею для разговора. Как и лэн Даорн, он не посягал на мое право быть самостоятельным. Не требовал всего и сразу. И был слишком мудр для того, чтобы выбивать из меня правду обманом, хитростью или силой.
Больше скажу. Сейчас, когда я откровенно задумался, он мое доверие всецело оправдал, потому что, как и раньше, не стал меня торопить, не начал настаивать, активно доказывать свою правоту или же оправдывать поступок его величества.
Он ведь в том числе и для этого меня сюда привел, правда?
Однако, осознав, что мне есть что сказать, он неожиданно передумал, взял паузу и дал мне возможность высказаться. А поняв, что я прямо сейчас тщательно оцениваю риски и решаю, до какой степени могу быть с ним откровенным, старый мастер до кучи не просто открыл для меня свою личную печать — он открылся передо мной до конца. Дал почувствовать свои эмоции. Свое отношение. Так же, как случилось в начале нашего знакомства.
И вот когда это произошло, принять окончательно решение было уже несложно.
Наконец, последнее и, пожалуй, самое важное, о чем следует упомянуть.
Я и тогда, и сейчас прекрасно понимал, что время для правды все равно когда-нибудь настанет. И отнюдь не собирался хранить тайну своего происхождения до скончания веков, тем более когда эти сведения можно было обернуть себе на пользу. Напротив, чтобы восстановить репутацию Расхэ, я был готов и уже достаточно давно планировал поговорить об этом лично с его величеством. С аргументами. С доказательствами. Так, чтобы тэрнэ не просто мне поверил, а чтобы клеймо изменников было снято с Расхэ раз и навсегда.
Правда, для разговора с тэрнэ нужно было выбрать правильное время и место.
Для этого, прямо скажем, следовало подготовить почву, ибо нельзя было ввалиться к нему в кабинет непрошеным гостем и вот так с ходу заявить, что он, дескать, ошибся. Не такой его величество был человек, чтобы с ним можно было вести себя подобным образом. И уж тем более говорить с ним следовало тогда, когда и я, и он будем к этому готовы одинаково.
А вот для мастера Майэ специально готовить почву было необязательно.
Он и так всегда был открыт к диалогу.
Он и без всяких танцев с бубном был готов меня выслушать.
К тому же при необходимости он мог послужить отличным мостиком между мной и его величеством. А при той поддержке, что он всегда оказывал и еще мог бы не раз мне оказать, говорить с тэрнэ станет на порядок проще. Да и, прямо скажем, спокойнее.
Главная же моя задача заключалась в том, чтобы мастер Майэ мне поверил. Чтобы он не усомнился, когда я своим рассказом с ног на голову переверну все, что он раньше знал о тане Альнбаре Расхэ.
Но это как раз не проблема.
К этому я был готов.
Поэтому, когда в моей голове созрело окончательное решение, я открыл глаза. По примеру учителя активировал печать на полную, чтобы разговор получился по-настоящему открытым. А потом просто начал говорить, ни на миг не усомнившись, что меня услышат.
Собственно, мастеру Майэ я выдал ту же самую информацию, которую мы с таном Альнбаром некогда готовили для рода Хатхэ. Основы проекта «Гибрид», цели, которые преследовал тан, когда его начинал, особенности модулей нового поколения, задумки, которые могли бы лечь в основу так называемого найниитового спецназа… Словом, всю теоретическую, тщательно продуманную и заранее отобранную базу, в которой и намека не было на переселение душ, слепки личности и прочих сомнительных вещей, которые могли бы быть восприняты неправильно.