Страница 96 из 150
Никаких больше ночных набегов за мороженым. Никаких совместных киномарафонов. Никаких посиделок за коктейлем в «Тотти» по вторникам. Целый долгий год.
Но по-настоящему пугает другое: какой станет моя жизнь к ее возвращению?
Будет ли еще жива мама?
Тихий голос Лайлы вырывает из раздумий; судя по едва уловимым ноткам удивления, она и сама поражена тем, что я выбрала именно этот момент, чтобы заговорить об отъезде.
— Ох, я еще не решила, какие именно взять с собой. Времени на чтение будет вагон, так что я подумываю купить «Киндл», да только не уверена, что смогу выкроить на него деньги. У родителей просить точно не стану, они и так уже дали более чем достаточно.
— В понедельник я приду и помогу определиться, что из книг взять, — подхватив подругу под руку, я легонько сжимаю ее локоть.
Глаза Лайлы затуманиваются слезами, и она лихорадочно кивает.
— Давай сменим тему и сделаем вид, будто в четверг я никуда не уезжаю?
— Ты разве не рада? — я резко останавливаюсь. — Можешь наконец-то получить ответы на все вопросы.
— А могу и впустую растранжирить все пенсионные накопления родителей, — она прикусывает нижнюю губу и качает головой. — Мне нужен всего один день, Бел. Всего один день, когда не буду ощущать себя вечно больной девчонкой. Физически я чувствую себя отлично, поэтому хочется притвориться, будто так проходит каждый день.
Слыша сквозящую в ее голосе боль, я дарю Лайле самую теплую, ободряющую улыбку и увлекаю за собой.
— Значит, сегодня обычный, здоровый день.
В ответ она расплывается в такой широкой улыбке, что я прямо диву даюсь, как скулы не сводит.
— Вот и отлично, а теперь веди знакомиться с тем самым пресловутым Грейсоном.