Безкожая

Я уверена, что это не сработает, но, вопреки моему внутреннему скептицизму, я чувствую запах. Я чувствую запах сельдерея, который готовится на плите с паприкой и маслом. Это старый трюк, который Фальшивая Ли Мин применяет ко мне. Запахи - одни из самых сильных воспоминаний. Она обращает мою же панику против меня, убеждая, что запах моей мочи - это на самом деле запах знакомого чистящего средства.

Нет. Я должна остановиться. Я должна перестать относиться к этой шизофрении как к реальному человеку. Это всего лишь я, отражение моего внутреннего смятения.

- Чем я могу вам помочь сегодня, Ханна?

Машина говорит тем же спокойным, прохладным, невыносимо раздражающим голосом, который раньше отказался открывать мне шлюз. В отличие от безкожих, чьи голоса искажаются пластисталью, компьютер я слышу ясно, как день. Должно быть, он говорит и внутри, и снаружи.

- Она думает, что ты медсестра, - говорит Кегли с явной насмешкой.

- Э-э-э, проведи диагностику, - командует Безымянная.

- Я так понимаю, вы хотите провести полное медицинское обследование. Пациент произвел оплату? Компьютерная диагностика стоит триста кредитов.

- Триста... - говорит Кали, и я чувствую, как капсула содрогается от ее пинка.

Я не паникую. Их там нет. Меня здесь вообще нет. Я в камбузе, с удовольствием оттираю особо пригоревшую кастрюлю.

- Гребаная "ЭйджинКорп", - говорит Безымянная, толкая капсулу. - Вечно обдирают своих же сотрудников. Эй, ты проведешь диагностику, и проведешь ее прямо сейчас.

- Нет нужды в грубости, Ханна, - отвечает компьютер, каким-то образом умудряясь звучать обиженно. - Я с радостью проведу компьютерное обследование пациента. Напоминаю, что согласно регламенту, все медицинские услуги оплачиваются заранее.

- Должно быть, думает, что там кто-то есть, - говорит Кегли.

- Нет там никакого пациента! - кричит Безымянная, снова тряся капсулу. - Проведи диагностику оборудования. По моему, блядь, распоряжению. Я же твоя корабельная медсестра, нет?

Внезапно в разговор врывается новый голос. Низкий, каркающий. Он напоминает мне вечно недовольную всезнайку-подростка, но этим дело не ограничивается. В голосе чувствуется сталь, острая грань насилия. Опасная женщина. Ей не нужно повышать голос, чтобы ее услышали.

- Так вот где вся ваша троица.

- Сарк! - почти выкрикивает Безымянная, подтверждая мою догадку, что это капитан безкожих.

Я не уверена, что происходит, но чувствую, что три пиратки удаляются от капсулы.

- Начинаю компьютерное медицинское обследование, - сообщает мне приторный голос компьютера.

Что за новый Aд?

- Нет. Остановись, - шепчу я, максимально тихо.

- Триста кредитов из медицинского бюджета корабля будут заморожены в качестве обеспечения. Если оплата не поступит, вы можете быть привлечены к финансовой ответственности, Ханна.

Раньше голос транслировался и внутри, и снаружи. Теперь я надеюсь, что только внутри. Иначе моя единственная надежда - что безкожие слишком заняты своими делами, чтобы заметить эти вопли.

- Отмена. Отмена, - шепчу я.

- Вы трое все это время тут прохлаждались? - рычит Сарк едва слышно.

- Пожалуйста, лягте головой к потолку, - сообщает компьютер четко и твердо.

В верхней части капсулы загорается зеленый свет, а по бокам - серия красных стрелок, указывающих на него. Стрелки загораются одна за другой, словно показывая мне дорогу вперед.

Я пытаюсь сжаться. Знаю, что меньше уже не стану, но, может, смогу забиться поглубже в ноги капсулы, если одна из пираток вернется проверить, что за шум поднимает этот чертов ящик. Если они откроют капсулу - мне конец. Моя жизнь висит на волоске.

Приниженная Безымянная отвечает капитану первой.

- Я просто проводила инвентаризацию, как ты велела, Сарк.

- А мы пришли проверить ее, - добавляет Кали.

- Пофиг. Инвентаризация хоть закончена?

- Ага, - отвечает Безымянная, но на секунду позже, чем следовало.

Я еще не видела Сарк, но если целый корабль безкожих настолько запуган женщиной, что называет ее своим лидером, она, должно быть, поистине ужасна. Интересно, что она сейчас делает? Кипит? Пытается выглядеть угрожающе?

- Пожалуйста, лягте головой к потолку, - повторяет компьютер.

Лучше сделай это.

Мне не нужно, чтобы Фальшивая Ли Мин это говорила. Я не знаю, слышат ли пираты компьютер или нет, но сейчас главное - заткнуть его. Вопреки здравому смыслу, я принимаю горизонтальное положение - как человек, готовящийся войти в анабиоз. Я отталкиваю шарики собственной мочи, пока двигаюсь, но один из них взрывается прямо у меня на лице, превращаясь в ту самую мерзость, которой был бы при нормальной гравитации. Одно преимущество невесомости, пожалуй, в том, что ничто не может испачкать меня или прилипнуть.

Я лежу, насколько это возможно, головой - как неоднократно повторял компьютер - к потолку. Чтобы удержаться на месте, мне приходится вытянуть обе руки и упереться в стенки капсулы.

- Пожалуйста, не двигайтесь, - вещает компьютер.

Хоть бы сказал что-то другое.

- Я хочу, чтобы вы трое позже доложились мне. По одной. Мы обсудим ваши сегодняшние действия. А сейчас дорога каждая минута. Приближается вспышка, и время на исходе. Мы нашли всех, кроме одной. Но прямо сейчас латальщице нужна наша помощь. А под "нашей" я имею в виду "вашу".

Всех, кроме одной? Неужели маме Мередит удалось сбежать? Это слабая надежда, но у меня больше ничего нет. Из пневматической трубки в полу капсулы выдвигается игла. Если бы я не парила в воздухе, она бы воткнулась мне прямо в ягодицу. Раздраженный звон разносится по капсуле.

- Пожалуйста, откорректируйте положение.

Стиснув зубы, я давлю на верхнюю стенку и насаживаюсь на шприц.

- Не двигайтесь.

Это больно. Не должно быть больно - обычный укол в задницу, - но больно. И унизительно. Капсула вкачивает в меня какую-то таинственную субстанцию. И если я хочу избежать поимки, я должна оставаться на игле и принимать все, что она пожелает влить мне в вены.

- Да, Сарк, - бормочут троица безкожих почти хором.

Думаю, они сейчас выходят из медпункта.

- Сестры, - голос Сарк звучит почти добродушно - насколько это возможно для нее, - вы разве ничего не забыли?

Наверное, они растерянно переглядываются.