Поцелуй меня шёпотом

«Я тебе ничего не обещала».

«Ты».

«Мне».

«Не нужен».

Я уехал из родного дома, чтобы исключить хотя бы малейшую вероятность пересечься с ней. Поступил в вуз в другом городе, чтобы начать новую жизнь. Стал беспорядочно менять девушек, чтобы забыть ее.

А потом в мою жизнь вошла Яна Макарова. Со своей нежностью и добротой. Со своими полными обожания взглядами. Со своими признаниями.

Я думал, что начал приходить в себя, верить в то, что меня могут по-настоящему любить.

Оказалось, что даже спустя пять лет ничего не изменилось.

Беспомощно зарычав, я двинулся в прихожую, обулся и подхватил ключи со шлемом.

Я вышел в подъезд в тот же момент, как открылась дверь квартиры напротив. В проеме показалась Яна. Я тут же увел взгляд, сосредоточившись на закрывании замка.

– Привет, – послышалось за спиной. По голосу я понял, что она улыбается. А я с трудом сдерживал дрожь в руках, проворачивая ключ. – Видела тебя в сети, поняла, что не спишь, и решила сделать тебе сюрприз.

«Сделала», – подумал я, наконец справившись с дверью и вновь повернувшись к Яне. Глаза отказывались останавливаться на ней. Казалось, стоит мне только на нее взглянуть, как я просто-напросто не выдержу и закричу. От безнадежности, от злости, от непонимания.

Яна приблизилась ко мне и взяла за руку. Я же вздрогнул и осторожно высвободился, продолжая смотреть куда угодно, только не ей в лицо.

– Что-то случилось? – тихо спросила она.

– Захотел прокатиться, – выдавил я.

– Я думала… мы вместе. – Ком в горле встал у меня, а запнулась почему-то Яна.

– Нет, не вместе, – бросил я и, обойдя ее, двинулся к лестнице.

– Егор!

Успев спуститься на несколько ступеней, я остановился, вцепился одной рукой в поручень и стиснул его, хотя бы так стараясь удержать рвущийся из меня гнев.

– Егор, посмотри на меня, пожалуйста.

У меня чуть не свело челюсти от желания спросить «зачем?». Но я все же медленно обернулся и поднял на нее взгляд.

Макарова стояла на площадке и с недоумением смотрела на меня сверху вниз. Тапочки на ногах, растрепанный пучок и этот чертов костюм с кошачьими лапками.

Яна спустилась на пару ступеней, чтобы быть ближе ко мне, и произнесла:

– Объясни, что произошло.

Я старался всматриваться ей в глаза, но видел лишь милую непонимающую улыбку Жени Озеровой, клянущейся в том, что меня пытаются обмануть, а ее совесть совершенно чиста.

Безразлично пожав плечами, ответил:

– Да ничего. Просто захотел прокатиться.

– Нет. – Она приблизилась еще на ступеньку, оказавшись со мной на одном уровне. – Я вижу, что что-то не так. Я могу тебе чем-то помочь?

– Ты уже помогла, – неосознанно вырвалось у меня, и я с трудом сглотнул.

– Я не понимаю…

– А знаешь, Ян, я тоже не понимаю. – У меня больше не было сил смотреть на озадаченность на ее лице. – Ты долго придумывала вот это вот все?

– Что придумывала?

Я с горечью усмехнулся.

– Романтичную историю про то, что четыре года безответно влюблена в лучшего друга своего брата?

Губы Яны приоткрылись, а в глазах мелькнуло неверие.

– Что? – выдохнула она.

– По пьяни навыдумывала себе что-то, а потом решила продолжить играть роль? От тебя я такого точно не ожидал. – Я подался к ней и со злобой процедил: – Зачем это все, Яна?

– Да что я не так сделала? – Ее глаза покраснели и заблестели.

– Продолжай играть, – прорычал я ей в лицо, а затем развернулся и устремился вниз по лестнице.

– Егор!

Я слышал ее торопливые шаги позади, но лишь ускорился, перепрыгивая едва не через три ступеньки.

– Егор, постой!

Выйдя на улицу, я глубоко вдохнул, чтобы хоть немного остудить бурлившее во мне бешенство. Не помогло. Я направился к мотоциклу.

К тому моменту, как я сел на Босса и надел шлем, Яна выскочила из подъезда и, спотыкаясь о спадающие тапочки, поспешила ко мне.

– Да объясни же ты, что произошло! – требовательно закричала она, вставая прямо напротив мотоцикла.

Я не хотел говорить с ней. Не хотел говорить ни с кем. Не сейчас. Не в ближайшее время.

Вместо ответа я завел двигатель.

Макарова положила ладони на мои руки на руле.

– Егор, – уже тише произнесла она. – Почему ты не можешь мне сказать? Зачем оставляешь меня так?

Я взглянул на нее исподлобья. Ее щеки были мокрыми от слез.

Да, Женя Озерова тоже плакала. Много. Правдоподобно.

К горлу подкатила желчь. Меня замутило. Я с трудом прохрипел:

– Уйди с дороги.

– За что, Егор? – прошептала Яна, с мольбой вглядываясь мне в глаза.

– Я сказал: уйди с дороги! – рявкнул я.

Макарова отпрянула от меня так, словно я ее ударил. Обхватив себя за плечи, она поджала губы и сделала шаг в сторону, освобождая мне путь.

Опустив визор, я на миг зажмурился, почувствовав, как защипало в носу и запекло в глазах. Справившись с подкатившими слезами, я газанул и, не оборачиваясь, поспешно выехал со двора.