Поцелуй меня шёпотом

Глава 22. Егор

Наступили по-настоящему жаркие летние дни, и Макаровы-старшие, обустроившись на даче, позвали нас к себе на шашлыки и искупаться в местном пруду.

Отказаться было сложно, потому что, во-первых, это тетя Наташа с дядей Мишей, а во-вторых, потому что туда ехали Вадим с Яной.

Теперь мне было сложно представить хотя бы день без компании Мелкой, поэтому я искал любой повод, чтобы так или иначе с ней пересечься. Но сделать это было непросто хотя бы уже потому что до этого мы хоть и активно общались, но чаще всего это общение происходило в компании Вадима. И отсюда возникала новая проблема – то, что происходило между нами, пока оставалось нашим большим секретом. А потому все касания – украдкой, все переглядывания – быстро и украдкой, а поцелуи… С этим возникали самые большие трудности.

Вадим был моим лучшим другом, я знал его едва ли не лучше чем себя, но сутки напролет прокручивал в голове, как и при каких обстоятельствах лучше ему во всем сознаться. Заранее морально готовился к самым разным вариантам развития событий.

Получив приглашение от Макаровых поехать к ним за город, я решил пока отложить непростой разговор с другом и просто насладиться отдыхом.

Вместе с нами ехала и Светлова, что делало мою жизнь значительно легче и приятнее, так как это означало, что Яна едет на мотоцикле со мной, и что Вадим будет больше внимания уделять своей девушке нежели остальным.

Когда Яна вышла из подъезда в белом обтягивающем топе и коротких шортах, я окинул оценивающим взглядом ее фигуру. Подтянутая грудь, плоский живот, аккуратные округлые бедра, длинные ноги… И почему я раньше не придавал значения тому, насколько она стройная и женственная? Наверняка благодаря занятиям танцами она была еще и необыкновенно гибкой…

Заметив мой цепкий взгляд, Макарова поспешила спрятать порозовевшие щеки под шлемом, а я довольно ухмыльнулся.

– Как дела? – невозмутимо спросил я, когда она устроилась позади.

– Пока не решила.

Я покосился на Вадима, занятого проверкой колес Пули, и незаметно коснулся кончиками пальцев голой коленки Яны, наслаждаясь нежностью ее кожи.

– А так? – спросил я.

Девушка дернула ногой и шикнула:

– Перестань.

Я негромко засмеялся и убрал руку.

Вадим наконец разобрался с мотоциклом.

– Чего вы там веселитесь без меня?

– Да поинтересовался у твоей сестры, когда она уже научится нормально плавать. Или мне опять роль спасателя Малибу исполнять как в прошлый раз? А она обижается.

– Егор! – Яна несильно подтолкнула меня в плечо, и я рассмеялся еще громче.

– А мы ей нарукавники для плавания купим, как детишкам, – поддержал мою шутку Вадим.

– Ненавижу вас! – оповестила за моей спиной Яна.

– Врешь, – с улыбкой заметил я, заводя двигатель. – Ты нас обожаешь.

Мелкая вместо ответа прижалась ко мне и обхватила за талию.

По пути мы заехали за Юлей и уже вчетвером отправились на дачу Макаровых.

Дорога заняла около часа.

Дядя Миша и тетя Наташа встречали нас уже на подъезде к дому. Пока они были заняты объятиями и приветствиями с сыном и его девушкой, я помог Яне слезть с мотоцикла и чуть дольше задержал ладонь на ее талии, а вернее – на оголенном участке спины между топом и шортами. Яна бросила на меня взволнованный взгляд и ее щеки снова запунцовели, – до чего же это было великолепное зрелище…

– Яночка! – Тетя Наташа наобнималась с Вадимом и метнулась к дочери. Я отпустил Яну, напоследок проведя пальцами по ее коже.

Дядя Миша подошел ко мне и приветственно похлопал по плечу, а затем его жена расцеловала меня в обе щеки.

После этого мы дружной компанией отправились в дом.

Дача Макаровых была небольшой, но уютной и комфортной для проживания. На первом этаже при входе находилась крытая веранда, которая в хорошую погоду заменяла обеденную зону. Также тут были кухня, гостиная, уборная и одна комната размером со стоявшую там двуспальную кровать. На втором этаже – еще одна комната, чуть побольше. И хоть там и расположилась еще одна двухспальная кровать, рядом хватало места и под широкий матрас, поэтому можно было смело оставаться на ночь вчетвером.

К домику прилагался и участок на пятнадцать соток, куда мы с ребятами тоже время от времени приезжали помогать копать картошку и собирать фрукты и ягоды.

Отдых прошел в лучших «макаровских» традициях: мы с Вадимом отправились с дядей Мишей жарить мясо и рыбу, а девочки остались помогать на кухне тете Наташе с нарезками и салатами.

Приготовив еды, мы устроились на веранде и отлично провели время за общими разговорами и смехом.

Яна изо всех сил старалась вести себя как обычно, но я неизменно замечал, как краснели ее щеки и уши каждый раз когда она ловила мои взгляды. А ловила она их, стоит отметить, довольно часто.

После обеда мы попили чай и, немного переварив все, отправились вчетвером на пруд, находившийся при въезде в поселок.

Приехав, мы с Вадимом не стали ждать девчонок, быстро стянули шорты и футболки и наперегонки побежали к воде.

Обогнав Макарова, я забежал в воду, с шумом разбрызгивая во все стороны капли, и чуть отдалившись от берега, нырнул.

Пруд был совсем небольшим и не очень глубоким: с моим ростом на самой его середине я мог достать до дна пятками, а ладонь моей поднятой над головой руки возвышалась бы над поверхностью. Эти весна и первый месяц лета вышли достаточно жаркими, поэтому вода прогрелась так, что разница температур при погружении почти не ощущалась.

Я проплыл несколько метров под водой, наслаждаясь чувством невесомости. Вынырнув, убрал волосы со лба и оглянулся на Вадима, который, судя по его мокрой голове, уже тоже успел нырнуть, и теперь махал девчонкам, которые не торопились заходить вслед за нами.

Неспешно гребя руками, я подплыл к берегу, не отрывая глаз от Яны. Мелкая уже разделась до купальника, и я в очередной раз почувствовал себя сумасшедшим оттого, что не обратил на нее внимание раньше. Она выглядела до чертиков соблазнительно со своей светлой кожей и длинными темными волосами, которые сейчас собирала в пучок, с улыбкой глядя на переругивающихся Вадима с Юлей.

– Я не могу как вы, словно дикари, мне нужно заходить постепенно! – заявила Светлова, стоя у самого края уперев руки в бока.

– Юлек, да вода как парное молоко, хорош тебе! – уговаривал ее Вадим, с расслабленным видом плескаясь неподалеку.