Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 44 из 100

Я улыбнулся шире и кивнул на ее почти опустевший стакан:

– Что пьешь?

– Виски с колой.

Я махнул бармену и попросил повторить ее заказ и принести мне еще текилы.

В ожидании алкоголя повернулся к девушке всем корпусом и, продолжая рассматривать ее и улыбаться, поинтересовался:

– Как тебя зовут?

– Ульяна, – почти по-кошачьи мурлыкнула она.

Я протянул ладонь:

– Очень приятно, Ульяна. Меня зовут Егор.

Она деликатно вложила свою руку в мою и осторожно пожала.

– Так ли важны имена, Егор, если сегодня мы напьемся так, что завтра уже друг друга и не вспомним? – Девушка игриво стрельнула на меня глазами.

Я не удержался от удивленного смешка.

– Думаешь, сможешь так быстро меня забыть?

Она подалась ко мне и понизила голос:

– Мне нравится, как ты выглядишь, и нравится твоя самоуверенность. Но они отнюдь не являются гарантией того, что ты сможешь удовлетворить меня в постели.

Я оценил то, что Ульяна сразу считала мои намерения. Тоже наклонился к ней, осторожно убрал за ухо прядь волос и прошептал:

– Я сумею тебя удивить.

Когда я отстранился, девушка смотрела на меня, предвкушающе закусив губу.

Нам принесли заказ, и я предложил Ульяне перебраться в сторону столиков с диванами у стены – там было достаточно укромно и удобнее продолжать общение. По пути я заметил Вадима с Юлей и махнул другу рукой, показывая, что все в порядке. Тот помахал мне в ответ.

С Ульяной было комфортно. Мы оба знали, с какой целью приехали в этот клуб и что нас ждет дальше, поэтому просто ловили кайф от алкоголя, бесед ни о чем и ожидания приятной ночи.

Отставив полупустой стакан с очередным коктейлем, Ульяна чуть пересела и, отклонившись на спинку, повернулась ко мне. Ее лицо оказалось совсем близко к моему. От девушки приятно пахло фруктово-освежающим парфюмом. У нее были длинные темные волосы и красивые светло-карие глаза. Мои последние пять-шесть партнерш были блондинками, и оттого этот выбор казался необычным, но меня влекло к этой девушке. О том, что Ульяна не только частью имени, но и внешне отдаленно напоминала Яну, я старался не думать.

Но в какой-то момент яркость освещения в нашей зоне уменьшилась и обстановка стала интимнее, и я своим расфокусированным из-за алкоголя зрением подумал, что рядом со мной сидит Макарова.

Я опустил взгляд на губы девушки. Не такие пухлые и соблазнительные, как у Мелкой, но если закрыть глаза…

Потерявшись в реальности и не вполне соображая, что делаю, я положил ладонь на шею сидевшей рядом девушки и привлек ее, целуя. Она подалась ко мне всем телом и, отвечая, тихо застонала. Я прикрыл глаза, опустил руку ей на талию и прижал еще сильнее.

Я запутался в ощущениях, не понимая, кто передо мной и кого я целую. Вроде бы обнимал Ульяну, но мысленно…

Темные волосы. Ласковая улыбка. Чайные глаза. Теплый смех.

Все было не так. Все совсем не так…

Я резко прервал поцелуй и отстранился.

На миг зажмурился, прогоняя из головы непрошеный образ.

– Что случилось?

Распахнув глаза, я недоуменно уставился на девушку напротив, не с первой секунды осознавая, что это не тот человек, которого я рассчитывал увидеть.

Еще мгновение у меня ушло на то, чтобы выдавить:

– Ничего. Просто… – Я шумно вздохнул, собираясь с мыслями. – Прости, я, наверное… Наверное, не сейчас. – Я отодвинулся от Ульяны, потянулся к столику, на котором стояла моя рюмка, и выпил остатки текилы.

– Что значит «не сейчас»?

Я покосился на девушку, выглядевшую теперь крайне недовольной и какой-то… уже не привлекательной.

– Значит, что я не в настроении, – сказал я и откинулся на спинку дивана. – Можешь пойти и поискать другого партнера на ночь.

– Вот это да, – возмущенно протянула Ульяна. – Обещал меня удивить? Удивил. – Она резко поднялась. – Спасибо, что хоть накачал бесплатно. Теперь я точно тебя надолго запомню, Егор, – процедила она мое имя и, пошатываясь, двинулась прочь.

Оставшись один, я снова закрыл глаза и сжал пальцами переносицу. В глубине черепной коробки зарождалась головная боль.

Я злился на себя за то, что не справлялся со своими мыслями и фантазиями. Какого хрена, целуя Ульяну, я думал о Макаровой? Какого, мать его, хрена?