Страница 147 из 174
Но, опять же, мне кажется, что мои слова так и не срываются с губ. И сколько бы раз я ни пыталась сказать им, что со мной все в порядке, толку от этого нет. Я заперта в теле, которое становится все больше похоже на склеп — безмолвное, холодное и неподвижное, — и вскоре саван темноты накрывает меня с пугающей, неотвратимой окончательностью.
Я не знаю, сколько времени я пролежала в этом гробу из темноты, прежде чем мне снова удается открыть глаза и увидеть бледный, водянистый свет, просачивающийся сквозь занавески. Это длится всего пару секунд, прежде чем тьма вновь наступает и поглощает меня.
Снова и снова я пытаюсь пробиться обратно к свету.
«Я все еще здесь», — шепчу я каждый раз, когда мне удается заставить губы сложить эти слова. Упрямое приветствие Ожога возвращается ко мне именно тогда, когда оно нужнее всего, напоминая: пока я могу сделать еще один вдох, пока могу открыть глаза еще хоть раз, я еще не мертва, а значит, могу продолжать путь.
Все еще здесь, все еще здесь, все еще здесь.
И в конце концов я остаюсь здесь по-настоящему.
Сознание просачивается капля за каплей. Глаза открываются и остаются открытыми. Мое тело кажется чужим и далеким, но я хотя бы чувствую его. И первое, что привлекает мое внимание — острая, колющая боль на одном из пальцев. На том самом, что носил кольцо, подаренное Ривом в мое первое утро во дворце.
Я поднимаю руку, моргая до тех пор, пока взгляд не фокусируется.
Кольца нет.
По пальцу и ладони вьется запекшаяся струйка крови, а на шелковых простынях рассыпались мелкие капли. А вместо рубинового камня короля красуется свежо вырезанная метка: круг с шестью заостренными лучами, расходящимися наружу.
Я резко сажусь на постели, едва не потеряв равновесие и не свалившись на пол. Ужас перехватывает дыхание и на мгновение останавливает сердце, по мере того как до моего разума доходит истинный смысл этого нового знака.
Кто-то сделал это со мной, пока я спала.
Что еще они со мной сделали?
Как я могла сквозь это проспать?
Мне хочется закричать. Содрать эту метку и всю кожу вокруг нее, пока не останется ничего, на что кто-либо мог бы заявить свои права. Но мне удается сохранить самообладание, сделать один глубокий вдох, а затем второй, прижимая ладони к глазам, пока этот порыв не отступает.
И тут я замечаю то, что стоит на прикроватной тумбочке.
Букет цветов, по большей части состоящий из синей вербены.
Тех самых цветов, которыми я планировала украсить все вокруг в день своей свадьбы.