Страница 48 из 94
Я держала челюсть зажатой, лицо неподвижным, глядя на очень сексуального голого Генри, который всё еще нежно ласкал меня. В свиданиях с Генри не было никаких минусов. Ну и что, если ему нравилось немного крови, хорошее в людях нужно принимать вместе с плохим. И если это был единственный недостаток во всем мире добра, когда дело касалось Генри, я только что доказала себе, что могу с легкостью удовлетворять его потребности. Внимание, о котором говорил Генри, мне нравилось, потому что оно не просто показывало моим друзьям и семье, как сильно такой мужчина, как Генри, хочет меня, но это нежелательное внимание делало снимки нашей любви, чтобы показать их всему миру. Это если… это то, чем это было, неужели это была любовь? Будущее, которое, по словам Генри, он представлял для нас, действительно заставляло чувствовать себя именно так.
Я села в постели, оглядывая комнату. Я знала, что это не часть плана. Это было совсем не то, как мы с девочками решили, что именно так я заполучу мужчину своей мечты. Но это было лишь потому, что я была полностью ослеплена мыслью, что у меня его еще нет. Конечно, он у меня был, он хотел этого так же сильно, как и я. Может быть, даже сильнее после того, как он рассказал мне, как много он думал о нашем будущем. Он предложил мне розу, он хотел меня в своем будущем, Генри был не тем человеком, который хотел просто перепихнуться и уйти. Он был здесь, он хотел меня. Боже, Молли, мужчина твоей мечты даже предложил тебе невероятную возможность для бизнеса. Я больше не ждала. Я наконец поняла смысл выражения, когда знаешь, то знаешь, и теперь я желала, чтобы то, что я принимала, было чем-то капельку более блестящим.
Я развернулась, выбравшись из-под простыни, и голышом побежала к барной стойке, где стоял большой букет цветов. Я вытащила розу на длинном стебле из букета, побежала обратно к кровати и снова закуталась в белую простыню. Генри рассмеялся, когда я протянула ему розу.
Я глубоко вдохнула. Сначала он выглядел растерянным, но я выдержала его взгляд и мягко кивнула ему.
Генри улыбнулся, зажав розу на длинном стебле между двумя пальцами, пока его свободная рука взяла мою.
— Мисс Молли, не окажешь ли ты мне честь и не примешь ли эту розу, прими эту розу как знак моих чувств к тебе, моей верности тебе и моего первоначального обещания тебе, начать строить эту невероятную, но в то же время яркую жизнь, которая есть у нас обоих, и разделить ее как единое целое.
— Да, Генри, да, я приму.