Страница 96 из 115
И врываясь в пиршественную залу, она была свято уверена, что, как старшая дочь, станет хозяйкой по меньшей мере этого замка – у герцога есть свой, зачем ему древнее жилище чужого рода?
Более того, она помнила, какие знаки внимания оказывал ей герцог, как горячо он на неё смотрел. И не сомневалась, что стоит ему увидеть бывшую невесту, и былые чувства вспыхнут с новой силой.
Обидно, что герцог уже не свободен, но Милли была согласна и на статус фаворитки. Ларита подвинется, она никогда не была ей соперницей.
Следом она вспомнила о своём муже и сообразила, что он может быть против. И тогда Милитта подумала, что статус вдовы с младенцем мужского пола намного выгоднее, чем положение жены наёмника.
Решено – Рейнар ей больше не нужен.
«Я избавлюсь от мужа при первом же удобном случае, - промелькнуло у Милли в голове. – И никто не посмеет меня упрекнуть, потому что я умею добиваться своего и достойна лучшей жизни!»
С последней мыслью она вышла из экипажа, даже не взглянув на Рейнара, который держал на руках спящего сына, решительно направилась к массивным дубовым дверям замка.
Дворецкий, заметив приближающуюся незнакомку в чистом, но простом дорожном платье, хотел было преградить ей путь, но Милитта взглянула на него. И тот, побледнев, попятился.
– Что уставился, Герих? – спросила Милитта, заметив, что дворецкий не двигается с места и только хлопает глазами, не в силах вымолвить ни слова от изумления. – Не узнал свою госпожу? Я – леди Милитта, старшая дочь и первая наследница покойного графа! Немедленно проводи меня в большой зал и объяви так, чтобы все поняли – вернулась хозяйка!
Милитта ворвалась в большой зал с видом победительницы, уверенная, что сейчас все бросятся к её ногам с извинениями и восхищениями. Но вместо этого наткнулась на ледяное молчание и растерянные взгляды гостей, которые, казалось, не знали, как реагировать на внезапное воскрешение второй наследницы.
Мысленно фыркнув – ну, я вам всем покажу! – она обвела взглядом присутствующих.
И не нашла того, кого искала.
Виллема не было! Вообще. Совсем!
Вместо него во главе стола сидел мужчина, которого она отлично знала – Арвид де Монтерей, младший брат герцога, незначительная фигура, тень своего властного родственника. Но сейчас этот ничтожный, как она думала, человек занимал место, которое по всем правилам должно было принадлежать либо её отцу, либо тому, кто был мужем е сестры.
Кстати, та как раз обнаружилась. И мало того, что расселась на месте хозяйки, так она ещё и не спешила приветствовать Милитту! Про извинения и говорить нечего – судя по всему, мерзавка не видела ничего предосудительного в том, что присвоила жениха сестры.
Вдобавок Лари смотрела без прежнего обожания и детской доверчивости, которую старшая привыкла использовать в своих целях.
– Где герцог? – спросила Милитта. – Где лорд Виллем? Я должна с ним поговорить.
– Виллема здесь нет, – холодно ответила младшая, – и не будет.
– Что вы с ним сделали?! – растерянно пробормотала Милли. – Что здесь вообще происходит?
Она огляделась, на доли секунды задерживая взгляд на знакомых лицах.
– Лорд Олрик, господин Годвин, леди Бригитта…, – ответьте мне кто-нибудь: где герцог де Эмер и почему здесь сидит его младший брат?
– Лорд Виллем больше не имеет отношения к графству, леди Милитта, – ледяным тоном произнёс барон Эдгар де Линьер, один из старейших друзей покойного графа.
А вслед за ним не сдержала негодования леди Фредерика, хозяйка соседнего поместья:
– Его брат, граф Эдмонд, ныне законный правитель этих земель и супруг вашей сестры.
– Весь мир в курсе, что мы с его светлостью больше не муж и жена, – произнесла Илларита. – Позавчера я вышла замуж за графа Эдмонда де Сафир, урождённого Арвида де Монтерея, и он по праву занимает место во главе стола. А ты… Мы оплакивали тебя больше года. Где ты была? Почему вернулась только сейчас, почему не пришла к отцу, пока он был жив?
– Граф Эдмонд де Сафир, урождённый Арвид де Монтерей, – эхом повторила Милитта. – Я ничего не понимаю… Как он может быть графом де Сафир, если…
И она осеклась, переводя взгляд с сестры на её супруга.
– Вы… Вы заставили отца передать титул и власть?! Вы опоили его, отравили, одурманили – добровольно отец никогда бы этого не сделал! Убийцы!
И через мгновение, уже более-менее оправившись от неприятного открытия:
– Вы все, – Милитта обвела рукой присутствующих, – или соучастники, или обманутые. Граф Пьетро не мог отдать графство! Вернее, мог, но только мне, его старшей дочери, а не ей и не ему!
– Леди, – осторожно возразил Эдгар де Линьер, – старшая дочь моего доброго друга погибла, упав с обрыва. Граф Пьетро тяжело перенёс эту утрату, и только поддержка леди Иллариты и лорда де Монтерей помогла ему протянуть целый год. Зная, что дни его сочтены, граф заранее выбрал достойного преемника, и духи поддержали его решение. Мы все свидетели – ритуал был проведён в соответствии со всеми правилами и не может быть отменён.
Милитта, услышав эти слова, побледнела от злости и растерянности, потому что её планы разрушались буквально на глазах. Она рассчитывала на Виллема, на его былые чувства, на власть и влияние герцога. Но вместо того, чтобы войти в замок на правах владелицы, оказалась в положении бедной родственницы, вынужденной просить, а не требовать, и унижаться, а не повелевать.
– Как ты сумела развестись, а потом снова выйти замуж? – пробормотала Милли, обращаясь к сестре. – И променяла герцога на графа? Что за глупость! Ладно, с твоим замужеством, равно как и с правами на Сафир, я ещё разберусь. Безусловно, теперь, когда я вернулась, титул графа и доступ к Перекрёстку должны принадлежать мне, моему супругу и нашему сыну.
Она обернулась.
И Рейнар, который до сих пор молча стоял позади Милли, вышел вперёд. Все увидели, что он держит закутанного в лоскутное одеяло младенца.
Милитта, взяв мужа под локоть, с вызовом произнесла:
– Позвольте представить: мой супруг – виконт Рейнар де Ворр, а это наш сын – Пьетро, законный наследник Сафира.
Арвид, внимательно оглядев виконта, заметил:
– Вы из Горного леса, если не ошибаюсь? Род де Ворров когда-то владел небольшим поместьем на границе с герцогством Эмер.
Рейнар, удивлённый тем, что его род известен новому графу, кивнул:
– Да, ваше сиятельство. Два поколения назад мои предки потеряли земли, и с тех пор мужчины нашего рода вынуждены зарабатывать на жизнь наёмным ремеслом.