Страница 3 из 115
- Мы найдём Милитту, - всхлипывал отец девушек, - и что я ей скажу, если вы, милорд, разобьётесь насмерть? Здесь и по верёвкам спускаться опасно, а безо всего – верная гибель!
Но их надежды не оправдались – спасти Милитту не получилось. Как и найти её тело.
Слишком высоко, слишком много в горах диких зверей, слишком полноводная внизу река…
Под обрывом, почти у самой воды, нашлись зацепившиеся за корни остатки коляски и мертвая лошадь. Вторую выловили в пяти километрах вниз по течению – всю переломанную до неузнаваемости. Если бы не частично сохранившаяся на ней упряжь с графским гербом, то никто не связал бы находку с произошедшим несчастьем.
И на этом всё – ни следов, ни свидетелей.
Граф буквально почернел от горя, герцог выглядел немногим лучше.
Расспросы слуг показали, что идея с прогулкой исходила от младшей дочери, но Илларита утверждала, что именно Милли была инициатором поездки. Причём, по её рассказу, старшая настояла, чтобы сёстры отправились одни, без сопровождения. Якобы Милли хотела провести время вместе с Лари, наобщаться, наговориться перед разлукой, а то дома ни минутки наедине – то слуги, то портниха, то жених…
- Но Милитта терпеть не могла ездить в коляске, она предпочитала верхом или карету! – недоумевал безутешный отец. – И я скорее бы поверил, что это Лари подбила её на прогулку. Но… Илларита последние дни ходила, как в воду опущенная – всё переживала, что сестра уедет, и они почти не будут видеться. За неимением матери Лари привязалась к сестре сильнее, чем нужно, – пояснял он герцогу. – А Милли ни в чём не могла ей отказать! Но раз Илларита утверждает, что это была идея Милитты, то… Наверное Милли просто хотела утешить младшую, чтобы та не сильно горевала!
После этих откровений Виллем сложил всё воедино и пришёл к неутешительному выводу – это не был несчастный случай, старшую сестру погубила вероломная Илларита!
И вот убийца стала его женой.
Он ещё раз окинул взглядом пиршественный зал и решил, что с него хватит.
«Пусть гости и подданные продолжают веселье, а я больше не могу терпеть этот фарс! Надо скорее снять с себя бремя и завершить обряд, а потом можно будет, наконец, объяснить жене, где отныне её место. У меня больше нет сил смотреть, как она радуется».
Он резко поднялся на ноги и, стараясь сдерживать силу, потянул Иллариту за руку, вынуждая встать.
- Дорогие гости, родичи!
В зале наступила тишина.
- Ни в чём себе не отказывайте – на кухне и в погребах ещё много вкусных кушаний и выдержанных вин! Пейте, ешьте, слушайте игру и песни менестрелей, а мы с женой удаляемся в свои покои. Время пришло!
И он многозначительно посмотрел на супругу.
Присутствующие немедленно разразились криками – поощряя и подбадривая молодожёнов.
А невеста потупила взор и залилась румянцем.
Несколько женщин из числа родни со стороны жениха окружили Иллариту и повели её на верхний этаж по левому ответвлению лестницы. Герцог же, в сопровождении камердинера и троих ближайших родственников мужского пола, отправился туда же по правому.
Виллем знал, что сейчас невесту введут на женскую половину супружеских покоев, помогут снять свадебный наряд и облачиться в сорочку. А потом сопроводят в собственно спальню. И оставят там одну – ждать мужа.
Вполуха слушая скабрезные советы и подначки, он не сводил глаз с дальней двери смежных покоев. И как только из неё вышли сопровождающие Иллариты, он жестом велел всем замолчать.
- Хватит! Теперь исчезните, дальше я справлюсь сам.
- Да ну, Лем, - продолжил кривляться двоюродный брат, - как же без…
- Все – вон! – припечатал герцог.
И на этот раз родственников буквально ветром сдуло. Остался лишь младший брат Виллема – граф Арвид Виддар де Монтерей.
- Ар, тебе держать вахту до утра. Выдержишь? На вторую лестницу я поставил двоих самых надёжных слуг, а этот пост могу доверить только тебе.
- Справлюсь, - вздохнул тот. – Будь с ней поласковее, - он глазами показал в сторону спальни. – Ты, вообще, как?
Граф был единственным, кто оказался в курсе подлинных чувств Виллема – и к погибшей невесте, и к новоиспечённой супруге.
- У меня нет выбора, - буркнул старший. – И у неё теперь тоже.
После чего он вошёл в покои и плотно прикрыл за собой дверь. Постоял несколько секунд, выравнивая дыхание, а потом двинулся в сторону спальни.
На ходу снял камзол и, не глядя, отбросил его в сторону. Затем стянул сапоги, оставив их валяться посреди комнаты. Следом вытянул из-за пояса рубашку и, расстёгнув её до середины, вошёл в комнату.
Илларита была там.
Но не в постели и, как он думал, укрывшись одеялом до самых бровей.
Девушка стояла у окна, сложив руки у груди и бесстрашно глядя прямо на мужчину.
Виллем мысленно усмехнулся: «Храбрая или дура?»
И, смерив невесту взглядом, сам себе ответил: «Скорее, второе. Дура, причём, непуганая. Неужели вообразила, что я не понял её роли в том несчастье? Неужели верит, что я буду с ней учтив и осторожен? Ничего, сейчас она у меня всё осознает».
В этот момент Ночное Око вынырнуло из-за облака, осветив фигурку девушки призрачным светом. И Виллем невольно сглотнул – серебряные лучи осветили волосы невесты, придав им необыкновенное сияние, скользнули по её лицу, оттенив его так, что Илларита на мгновение показалась ему ослепительно прекрасной. А потом прошли сквозь тонкую ткань брачной сорочки, позволяя увидеть почти всё, что до этого было скрыто тканью.
А дурочка стояла и не сводила с него обожающего взгляда. Даже не понимала, что её сорочка теперь мало что скрывает!
- Раздевайся! – буркнул Виллем и, отвернувшись, окончательно сдернул с себя рубашку.
Сзади раздался потрясённый вздох.
- Ну? – он обернулся – предсказуемо, девица и не думала выполнять приказ.
- Я не… Я не могу! - прошептала Илларита.
- Тебя что, не научили, как нужно себя вести в первую брачную ночь? – он сдерживался.
Пока.
Но раздражение буквально рвалось наружу.
Ему хотелось схватить дрянь, сорвать с неё тряпки и сжать горло, чтобы вместо обожания в её глазах появился страх. Даже нет, не страх – ужас!
Она не имела права жить и радоваться, отныне её удел – страдания.
«Рано, - остановил он сам себя. – Консуммация должна быть добровольной! Если я сейчас её напугаю, то придётся ловить по всему замку, и всё неизвестно насколько затянется. Это не говоря о неизбежных слухах. Ещё дойдёт до Пьетро – зачем мне дополнительные проблемы?»
- Научили, - прошелестела Илларита.