Страница 2780 из 2802
Несколько минут спустя пиндосы подошли достаточно близко. Переворачиваюсь на живот и начинаю смотреть в их сторону. Ни в коем случае не прямо! Направленный взгляд и на Земле многие ощущают, а уж здесь и подавно. Сто метров… пятьдесят… двадцать… Васька рядом дрожит от нетерпения, аж вибрирует — зверлинг всё-таки, да ещё и кот. Ничего, привыкнет…
Оглушающее Плетение обладало достаточно своеобразным эффектом — оно создавало тишину. Не «БУМ!», а совершенно обратный эффект, этакое поле оглушающей тишины. Слух, зрение, обоняние, осязание… несколько секунд абсолютного шока.
Подготовленными плетениями из менталистики взламываю головы пиндосов, скачивая поверхностную информацию. И… прыгаем в пропасть.
— Всё-таки нужно было выпотрошить их нормально, недовольно говорю напарнику, Воскресшему рядышком, в паре километров от «препарированной» группы, — поверхностная информация — это совсем не то.
— Не бухти, — невозмутимо отвечает друг, потягиваясь. — информации мало, зато и следов никаких нет. Они сейчас очухались. А что, кто… скорее всего, спишут на очередную аномалию, таких здесь много. Живы, и ладно. Обязаны доложить о произошедшем начальству, но никаких улик нет, ничего серьёзного. Да и Плетение твоё…
— Не моё, — бурчу в ответ, — выменял я его у орков.
— Выменял… сам мне показывал, что там было изначально, и что — после твоего «косметического изменения». Небо и земля!
— Идея та же, воплощение другое, — не принимаю похвалу, ибо знаю за собой очень «японскую» черту — изобрести ничего нового не способен, зато довести что-то имеющееся до совершенства — это ко мне. Тоже хорошая черта, но лишнего-то зачем приписывать?
— Ну что там? — зверлинг аж подпрыгивает от нетерпения. Он и сам знает, что это смешно и немного глупо, если рассматривать по прежним меркам. Но потихонечку привыкает к новому телу и к новым расовым привычкам. Была длительная засада, а боя не состоялось, вот адреналин и работает.
Прикрываю глаза и просматриваю поверхностные воспоминания — другие недоступны.
— О жене… тьфу, женат на мужике!
— Ты не интим просматривай, а нормальное.
— Не учи отца… преследования… нет, о нас точно не знают.
— Уже хорошо, — выдохнул напарник.
— Сердце… Сердце… да, Вась, дела наши скорбны, — сажусь на камень, потирая виски, — о таком понятии как «Сердце», они не знают, но знают, что где-то здесь имеется что-то вроде Супер Артефакта, влияющего на ИскИн, так что тоже на тоже и выходит.
— Хоть какая-то определённость, — с мрачным удовлетворением бормочет друг, — слили всё-таки… Ну хоть о нас промолчали.
— Ну что?
— Мы принимаем бой… А что нам ещё остаётся, Лёшь? Кто бы что там наверху не ворочал, но если бы мы опускали руки, России давно уже не существовало…
Бой… ну что ж, это мой долг. Даже не перед Родиной, а перед другом. Но наверное, это будет последний мой бой за кого-то. Впредь я буду сражаться только за себя.