Страница 189 из 2802
Поздно ночью, уже дома, я проверил, как несут службу люди Грибника, замаскированные под дворников и жильцов соседних домов. Все было тихо. В квартире пахло ужином, дочки спали. Шура молча сидела в гостиной, вязала.
— Как девочки? — спросил я тихо.
— Спрашивали про того дядю… Почему он врал. Объяснила, как могла.
— Хорошо. Завтра поговорим с ними еще раз. Надо, чтобы они понимали, что нужно быть осторожными.
— Они и так теперь боятся каждого шороха, — сказала она, и в ее голосе прозвучала горечь.
— Страх — плохой советчик. Нужна не боязнь, а внимательность. Научатся.
Утром я вызвал к себе начальника связи округа, бригинженера Ефимова, и командующего ВВС КОВО, комкора Птухина. Вопросы у меня к ним назрели серьезные. Главный связист появился первым.
— Товарищ командующий, бригиженер Ефимов явился по вашему приказанию.
— Садитесь. Докладывайте о состоянии радиосвязи в танковых частях. Цифры.
Он вздохнул, открыл папку.
— По штату военного времени, танковому батальону положено восемнадцать танковых радиостанций 71-ТК-3. Фактически в частях округа — в среднем три- четыре на батальон. В лучшем случае — шесть. Остальные — только приемники. Командирские танки имеют передатчики, линейные — нет. Качество связи — неудовлетворительное. Дальность уверенной связи на ходу — не более пяти километров. Помехоустойчивость — низкая. Ремонтная база слабая, специалистов не хватает.
— Что делается?
— Делается, товарищ командующий, следующее. Мы организовали ускоренные курсы для радистов-танкистов на базе окружных мастерских. Требуем от промышленности поставок новых, более надежных станций, но они пока что в разработке. Однако… — он развел руками, — приоритеты у Генштаба другие. Первыми получают авиация, флот, затем общевойсковые штабы. Танкисты — в конце списка.
— С сегодняшнего дня они в начале списка, — отрезал я. — Составьте заявку на немедленную поставку ста пятидесяти радиостанций 71-ТК-3 для обеспечения хотя бы командирских машин. А также — необходимый инструмент и запасные лампы. Я отправлю ее лично наркому связи. И еще, товарищ Ефимов, сформируйте из ваших лучших специалистов две полевые ремонтные бригады. Их задача — курсировать по танковым частям, чинить, обучать. Начинайте сегодня.
Начальник связи КОВО кивнул, делая быстрые пометки. В его глазах затеплилась надежда. Потому, видимо, что наконец-то на проблемы его ведомства обратили внимание.
— Будет сделано, товарищ командующий.
— Вы свободны, товарищ Ефимов. Пусть войдет комкор Птухин, если он уже прибыл.
Командующий ВВС КОВО вошел бодрым шагом, но под глазами у него были, я заметил, темные круги. ВВС округа, как и везде, были в состоянии перманентного кризиса — переходного периода со старых типов машин на новые.
— Доложите, Евгений Саввич, о готовности авиации округа к взаимодействию с другими родами войск, например, частями автобронетанковых войск, — сказал я.
Птухин сел, положил перед собой планшет.
— Состояние, товарищ командующий, сложное. Для поддержки наземных войск у нас имеются два полка «СБ» и один полк скоростных бомбардировщиков «Ар-2». Истребительное прикрытие — полк «И-16» и полк «И-153». Проблема в том, что бомбардировщики не приспособлены к действиям по подвижным целям на поле боя. Нет ни соответствующего прицельного оборудования, ни разработанной тактики. Летчики обучены бомбить стационарные объекты с горизонтального полета. Для удара по танковым колоннам нужны пикировщики. У нас их нет.
— А что есть?
— Есть энтузиазм, товарищ командующий. Мы пытаемся отрабатывать методику атаки с малых высот на «И-16» с подвешенными РС-82. Результаты на полигоне — обнадеживающие, но это не окончательное решение. И координация с наземными войсками хромает. Радиосвязь воздух-земля — только у командиров эскадрилий. И те аппараты ненадежны.
— Значит, нужно учить тому, что есть, — сказал я. — И немедленно начать совместные учения с танкистами. Пусть ваши летчики учатся опознавать свои танки с воздуха, наносить удары по переднему краю условного противника в непосредственной близости от своих войск. Отработайте способы сигнализации. Хоть ракетами, хоть дымом, хоть семафором. Главное, чтобы к началу учений «Меч» вы могли обеспечить хоть какое-то подобие авиаподдержки.
— Понимаю. Организую. Есть еще одна проблема — аэродромы. Сеть полевых аэродромов в приграничной зоне развита слабо. А те, что есть, не оборудованы для быстрого рассредоточения и маскировки. Немцы в Польше показали, как они умеют бить по таким аэродромам в первые же часы войны.
— Составьте план развития сети полевых аэродромов. С привязкой к районам сосредоточения танковых соединений. Запрос на необходимые ресурсы — горючее, средства маскировки, строительные материалы — подайте мне через два дня. Постараюсь обеспечить.
— Будет исполнено, товарищ командующий!
Комкор Птухин поднялся. Щелкнул каблуками и покинул кабинет. Едва за ним закрылась дверь, как тут же раздался звонок по телефону. Я взял трубку.
— Жуков у аппарата!
— Товарищ командующий, это Грибник. Польский… Ну тот самый фотограф, что следил за вашим домом, рассказал кое-что любопытное… Думаю, вас это заинтересует.