Страница 10 из 58
— Всё хорошо, — пророкотал отец. — Мы сейчас к тебе вернёмся. Нужно было кое-что сделать.
Отцы обернулись обратно и виновато посмотрели на меня. Хотели подхватить на руки, но я
покачала головой.
— Не сейчас. Мне нужно куда-то переложить эту гадость.
— Позвони Аните, — сказал отец, — у неё же супруг с вами работает.
Так и сделала.
— Миша, иди в гостиную. Проследи, чтобы эта змея не сбежала. И желательно, чтобы пока не
догадалась, что мы освободились.
Анита слышала этот фактически приказ моего отца побратиму.
— Даш, что случилось?
— Ну, это папы сняли кулоны, и им было больно и плохо.
— Нами манипулировали, — прорычал ближайший отец. — Я не могу из комнаты выйти. Я ж её
порву! — он вовремя рот накрыл руками, но слово «сука» я разобрала.
— Кулоны всё же артефактами были.
— Поняла. Трой, ты всё слышал?
— Угу. Так-с, ты с Дашей и малыми едете к Тому с Тимом домой. А мы разберёмся. Алло, Том?
— Анит, а что сейчас делать? — спросила у девушки.
— Сохранять спокойствие и никого не покалечить. Тим за тобой заедет. А Трой приедет с
коллегами за этой дамой. Кулоны сложи во что-то.
Отец принёс мне стеклянную банку из-под маринованных огурцов.
— Меньше не нашёл.
— Огурчиками будут пахнуть.
Послышался смех Аниты.
— Держитесь там.
Пара отцов вышли к Анне. Женщина удивилась, что они не хотят с ней разговаривать и
отталкивают от себя. А потом заметила, что они сняли кулоны. Хмыкнула и хотела пойти к своей
сумке. Ей этого не дали сделать. Силой усадили на стул за столом.
— Лучше тебе не дёргаться, мы себя с трудом сдерживаем. И ты можешь пострадать.
После этого женщина сидела тихо, как мышка. Трой с Жаном и ещё один мужчиной приехали через
полчаса. Буквально следом за ним приехал Тим. Смотря на него, отец на мгновение застыл, а
потом сказал:
— Лицо слишком знакомое. Жену Даша зовут, а её отца Рихард?
— Да, — сказал чуть шокировано Тим. — Я думал, вы меня в участке видели.
— Пф, там я ни на кого не смотрел. Солнышко, ты готова в гости ехать?
— Да, — выехала из своей комнаты. — Привет, Тим.
— Родная, отдай господам банку с артефактами, — это отец сказал уже немного рыча.
— Это Макс, мой побратим, артефактор. По-быстрому только так смогли.
Передала мужчине закрученную банку из-под огурцов.
— Разумно! Это куда лучше, чем в кулёк.
— У меня ожог после этих кулонов, — пожаловалась мужчине.
У отцов лица частично трансформировались. Жан загородил Анну и сказал строго:
— Держим себя в руках! Её будут судить.
— У неё что-то должно быть ещё в сумке, — прорычал отец Максим.
Сумочку при нас вывернул Жан, а Макс, натянув перчатки и взяв пару пинцетов, стал
перебирать. Пару ругательств он явно проглотил.
— Даша, тебе лучше уехать сейчас, — сказал Макс. — Не для нежных женских ушек то, что
дальше будет.
Том взялся за ручки моей коляски и покатил.
— Подожди, телефон возьми, он у меня в комнате на кровати.
Парень быстро метнулся за телефоном, отец подал мой разобранный рюкзак, закинул туда ключи
от квартиры и кошелёк, а Тим — телефон. После этого мы укатили к лифту и на парковку.
— Ты на своей машине? — спросила у парня.
— Да. Твою машину тут оставим. Как тебе удалось снять кулоны?
— Попросила папу Алекса. Он подумал, что хочу нарисовать его, не стала переубеждать. Но ему
так больно было без кулона! Потом он позвал остальных пап и приказал им снять. Им тоже очень
больно было, они даже обернулись! Папы едва себя могли контролировать.
— Представляю…
— Что она от них хотела?
— А ты её мысли не слышала? — покачала головой. — Возможно, у неё была защита от
ментального сканирования.
— Или врождённые хорошие блоки. Потому что в первый день, когда она узнала, что я
менталист, она напряглась и старалась на меня не смотреть.
Дома у Тима уже была Анита со своими маленькими детьми. Дашу я узнала, пусть и не сразу.
Она это заметила и довольно улыбнулась. В салоне я у неё один раз была, но эту добрую
энергичную кошку я запомнила.
— Привет, милая. Голодная?
Смутилась, мы с папами так и не ужинали. И мой живот урчал только от одного упоминания о
еде. Меня вкусно накормили, и я наблюдала за активными детьми. С помощью мужчин даже
перебралась на ковёр и поиграла с детьми. Их так забавляли движущиеся машинки. Я их двигала
телекинезом, а малыши активно бегала или кто ползал за ними. Потом дошли до башенок — дети
как заворожённые смотрели на летающий конструктор, который собирается в башенки. Самое
забавное было, когда малыши пытались поломать башенку, а я давала ей возможность только
прогнуться и снова ставила детальки на место.
— Хорошая тренировка для твоих способностей, — сел рядом Марат.
— Да, особенно на концентрацию.
Дала детям всё же разломать башенку. Они так удивлённо посмотрели на меня.
— Стройте теперь сами.
Кажется, я начинаю ощущать ноги. Потому что место ожога от кулонов болит, печёт. А ноги
ощущаются, словно затекли.
— Что-то болит? — заметил Марат и поймал дочурку в объятья.
Кроха подошла к отцу пообниматься.
— Да, и это странно. Кулоны, что сняли отцы, я сразу спрятала между собой и креслом. Они
оставили ожог, и я его чувствую. Там больно, и ноги ощущаю, словно они затекли.
Дочка отпихнула отца и, превратившись в упитанного котенка, пошла приставать к братьям.
Марат пощекотал меня по стопе, и было неожиданно, когда нога рефлекторно дернулась. В шоке
была не только я, а все, кто наблюдал и слышал нас. Мужчина улыбнулся и пощекотал уже другую
ногу. Она тоже дернулась, но теперь я не удержалась и упала на пол. Но было смешно,
естественная реакция на щекотку! Мне помогли сесть и осторожно посжимали ноги в разных
местах. Это было невероятно — я по немногу их ощущала. Хотелось плакать от счастья. Правда,
при попытке согнуть ногу ничего не выходило, но возможно, это пока!
— Не спеши, котенок, — улыбнулся Марат, — восстановление идет. Ты точно скоро будешь
бегать!
Ко мне подошел котенок, понюхал место ожога, про которое я уже забыла, и стал вылизывать.
— Тося, — позвала Даша дочку, — не стоит так делать. Язычок у тебя шершавый, и это делает
больно.