Претор

— Нет, официально никто не начнёт. Более того — Повелители преданные Михаилу Александровичу, скорее всего будут защищать. Но вот в чём дело: мы теперь не знаем, кто из них предан, а кто нет. Павел Викентьевич был на южном фронте одной из ключевых фигур. На нём держалась оборона тыла. И сейчас его нужно срочно кем-то заменить.

Пауза. Слышно, как Матвей переводит дыхание — что само по себе необычно.

— Вопрос не в замене. Вопрос в том, что он считался одним из тех, кому можно доверять безоглядно. У него была личная клятва государю. — добавляет безопасник.

— Хм, — слегка хмыкаю в переговорник. — Знаете, Матвей, мне кажется, у вас с клятвами есть определённая проблема на каком-то уровне развития магов, получается. Видимо, маги выше определённого уровня могут их игнорировать или творчески интерпретировать, чтобы не получать отката за нарушение.

— Да, мы это теперь тоже понимаем. Сейчас это стало очевидным — с учётом фигуры Павла Викентьевича в рядах заговорщиков. Проблема в том, Максим, что кроме вас свидетелей нет. Да и вы с Прозоровской свидетелями быть не можете — по вашим же словам, на вас применялись ментальные атаки.

— … А Павла Викентьевича теперь не найти… — добавляю.

— Да. Именно поэтому я уверен, что ваши слова — правда. Но ситуация, которая казалась вполне прозрачной, начинает сыпаться.

— И это касается не только бунта, который может случиться раньше, чем вы думали? — подсказываю. — Грущу вместе с вами, но эта часть меня мало касается. За предупреждение спасибо, приму к сведению. Внутри Академии мне что-нибудь грозит?

— Не знаю, Максим. Последнее время я уже не знаю, за что хвататься. У меня слишком мало людей. Даже сейчас я скорее хватаюсь за соломинку — набрал вас, чтобы предупредить. Даже если я поставлю вам безопасников — это вас не спасёт. А моих людей просто подвергнут пустой опасности.

— Вот даже так, — неторопливо располагаюсь в кресле. Вытягиваю ноги. Кажется они почти уже гудят. — Понятно. Матвей, не переживайте, — слегка усмехаюсь. — Я выживу. Повелители умрут. Всё нормально.

— Вы так уверенно говорите…

— У меня другого выбора нет. Другой результат меня не устраивает категорически.

— Вы можете спрятаться, исчезнуть на пару дней, недель, может месяц? Запустились бы определенные процессы, и всем станет не до вас.

— Нет, не могу. Вы же в курсе про дела с моим счётом… и вы, кстати, отказались помогать.

— Я не отказался, — говорит Матвей. — Если на момент выплаты долга по вашему счёту вы не сможете найти нужную сумму или разблокировать счёт — любые оперативные деньги, которые у меня будут на тот момент, я предоставлю в ваше пользование. Другое дело, что нужная вам сумма — я уже смотрел — в разы превосходит наш бюджет на оперативные расходы. А Михаил Александрович сейчас держит фронт, — вздыхает Матвей. — Я не могу его отвлекать.

— Не понимаю. — удивляюсь.

— Михаил Александрович сейчас в глубокой медитации на прямой связи со всеми командующими. Это не секретная, но, все же, не для распространения, информация. Максим, он не может отвлекаться.

— У нас проблемы с фронтом? — удивляюсь. Вроде ничего не предвещало.

— До момента гибели Павла Викентьевича проблем особых не было. Да и сейчас особых нет — единственное, что планы придётся чуть пересматривать. Очень не вовремя маг Огня покинул свой пост. Но проблема в другом: мы не можем быть уверены в остальных Повелителях магии.

— Матвей, вы меня извините, — говорю, — но мне кажется — лучше знать такие вещи, чем не знать. От того, что вы это узнали, проблема не исчезла. И самое смешное — она даже не появилась. Она уже была, просто вы о ней не подозревали. Так что я здесь просто вестник неприятных новостей. Надеюсь, не тот вестник, которого в старину убивали. Но за предупреждение — спасибо. Получается, Повелителям магии вообще доверять нельзя?

— Теоретически можно. Но с учётом молчаливого одобрения даже охранников императора — я бы не стал. — слегка задумывается Матвей.