Страница 2 из 18
ПРОЛОГ
Шерри Ланц не была из тех, кто склонен к сентиментальности, зато праздники любила. Поэтому по дороге домой с работы она чуть-чуть превышала скорость. На соседнем сиденье в одном пакете лежали два стейка, в другом – бутылка красного вина. Сегодня у них была годовщина: с Бо Ланцем они прожили в браке уже двадцать один год, и это была первая годовщина, которую они отмечали без сына в доме. Шерри надеялась, что после отъезда Люка их отношения станут поострее, но не стало. Если уж на то пошло, казалось, что это только вбило клин между ней и Бо.
Они не спали друг с другом уже две недели, а в последний раз – это вообще случилось мимолётно, почти ни о чём, утром перед работой. Но чёрт возьми… сегодня годовщина, и сегодня она своё получит. А если он сам к ней не потянется, то на прошлой неделе она заказала в интернете одну особенно развратную штучку – и собиралась, по сути, пойти в атаку.
Домой она приехала в 5:25 – минут на пять раньше обычного. Пикап Бо стоял на подъездной дорожке, значит, он тоже уже был дома. Ничего удивительного: он почти всегда приезжал раньше неё.
Припарковавшись и выйдя из машины, она вдруг подумала, что Бо может и не помнить, какой сегодня день. Обычно он хорошо запоминал важные даты, но в последнее время был каким-то не таким. С тех пор как Люк уехал в колледж, Бо стал отстранённым и будто бы сам не свой.
И всё же… если он вдруг забыл про годовщину, она взбесится. Но поскольку ей до дрожи хотелось запрыгнуть на него прямо сейчас, она решила: злиться можно и завтра.
Она вошла в дом – и наткнулась на тишину. Пройдя в объединённую гостиную с кухней, она увидела, что Бо там нет. Странно: почти каждый день под вечер он либо сидел за кухонным столом и отвечал на последние рабочие письма, либо на диване догонял новости.
Сначала Шерри растерялась, но затем на губах мелькнула улыбка. Может, он не только помнит про годовщину, но и так же возбуждён, как и она. Она поставила стейки и вино на кухонную столешницу и медленно направилась вверх по лестнице, что находилась между гостиной и кухней. Шерри знала: Бо не из тех мужчин, кто соблазняет лепестками роз и тихой музыкой. Ни один из них не был особенно романтичным.
И Шерри это устраивало. Честно говоря, она была бы не менее довольна, если бы он выскочил из-за двери спальни и тут же прижал её к стене. От одной мысли об этом в ней вспыхнул жар, и, приближаясь к верхней площадке, она невольно ускорила шаг.
– Бо? – позвала она, нарочно добавив в голос игривости.
Она прошла мимо ванной и остановилась у двери их спальни. Дверь была закрыта, и Шерри попыталась вспомнить, закрывала ли её утром, уходя. Она была слишком взбудоражена, чтобы рассуждать трезво, и распахнула дверь, ожидая, что он сейчас схватит её – или, если ей совсем повезёт, окажется растянувшимся на кровати голым и уже ждущим.
Не случилось ни того, ни другого. Она нахмурилась и обернулась в коридор. Где его носит?
Потом до неё дошло: она же написала ему, что везёт домой стейки. Она чуть было не закончила сообщение словами «к нашей годовщине», но передумала – надеялась, что он и сам вспомнит. Раз уж он знал, что она везёт стейки, значит, скорее всего, он на веранде и уже разжигает гриль.
Немного разочарованная тем, что в спальне её не ждал сюрприз, Шерри спустилась обратно вниз. Она едва не принялась сразу собирать специи и приправы для стейков, но решила, что сначала хочет увидеть Бо. Может, подарит ему сочный поцелуй – чтобы посеять зерно того, чего она ждала позже этой ночью.
Она распахнула дверь на веранду и вышла наружу. Уже закрывая дверь за собой, она увидела Бо. И сперва это не укладывалось в голове.
Он лежал на веранде лицом к двери. Глаза широко раскрыты, не моргают, а изо рта торчит что-то тёмное – мягкое, круглое. Она пыталась понять, что у него во рту, но тут заметила лужу крови вокруг головы. Кровь была очень тёмная, густо-красная, и ещё не успела подсохнуть.
– Бо…?
Разумеется, Бо не ответил.
Шерри почувствовала, как крик ползёт из горла наверх. Когда он наконец вырвался, она поняла, что чувствует запах жидкости для розжига и разогревающихся углей. Бо правда вышел разжечь гриль. Внезапно запах угля стал единственным, что она вообще осознавала, когда рухнула на колени и, захлёбываясь, завыла от боли рядом со своим мёртвым мужем.