Возвращение домой

ГЛАВА ПЯТАЯ

После бессонной ночи дома Хлоя на следующее утро встретилась с Роудс в парковочном гараже бюро, и они выехали на служебной машине. Стартовали в шесть утра, чтобы проскочить до мерзких пробок на Кольцевой. Хлоя заметила, что Роудс изо всех сил старается не выглядеть слишком воодушевлённой – сдержанность, которую она плохо скрывала за длинными глотками кофе, делая вид, будто слишком сосредоточена на дороге.

– Ничего, – сказала Хлоя. – Ты едешь со мной, так что можешь задавать любые вопросы. Она пожала плечами, вливаясь в поток на Кольцевой, чтобы ехать в Мэриленд. – Думаю, в кабинете Джонсона вчера ты уловила суть. Даниэль пропала. Вообще-то ничего сверхъестественного… так прошло почти всё её подростковое время и ранняя молодость: появлялась и исчезала, когда вздумается. Но сейчас иначе, потому что я ещё и понятия не имею, где мой отец.

– Логично, что ты ожидаешь худшего, – сказала Роудс. – После всего, через что ты прошла за последний год. И отсюда очевидный вопрос: почему ты просто не взяла пару личных дней?

– Потому что я бы всё равно полезла в это дело. А я предпочту работать в бюро, заниматься своим расследованием и доверить полиции округа Колумбия выяснить, где моя сестра, чем быть уволенной за то, что не смогла держаться подальше от следствия во время моих так называемых личных дней.

– Что ни сделай – всё плохо, – вздохнула Роудс.

– Что-то вроде того.

– Рискуя тебя разозлить, скажу: по-моему, Джонсон прав. Если это не в юрисдикции бюро, остаётся только довериться копам.

– Я знаю. Просто когда пропадает родная сестра, это куда сложнее, чем звучит.

«Я даже не стану притворяться, будто понимаю, что ты сейчас чувствуешь», – сказала Роудс. В её голосе явственно звучали эмоции. Было видно: она говорит искренне.

– Я это ценю, – сказала Хлоя.

Весь этот обмен, если честно, только ещё сильнее расстроил Хлою. И всё же он заставил её задуматься, не перегибает ли она палку. Джонсон говорил так, будто ничего страшного, а Роудс сейчас, по сути, соглашалась с ним.

Какое-то время они молчали, пока Роудс вела машину на север. Незадолго до въезда в Балтимор начал накрапывать мелкий дождь. В город они проскочили как раз до утреннего часа пик, когда дороги обычно захлёбываются потоком машин. Хлоя просматривала скудную информацию – всего несколько свежераспечатанных страниц в папке, которую дал им Джонсон. Адрес последней жертвы уже был вбит в их GPS-навигатор: небольшой жилой квартал примерно в трёх километрах от самого Балтимора.

– Ладно, можешь пообещать мне кое-что? – спросила Роудс, когда они уже почти подъехали к адресу.

– Я не даю обещаний, – сказала Хлоя. Она хотела пошутить, но прозвучало довольно резко. – Но я постараюсь сдержать слово.

– Хорошо, сойдёт. Мне просто нужно, чтобы ты была честна со мной и сказала, если вся эта личная муть начнёт тебя подтачивать, пока мы этим занимаемся. Хоть раз мне хочется, чтобы мы с тобой просто приехали на место и раскрыли дело за двадцать четыре часа. Без осложнений, без откатов назад.

– Да, на это я могу дать тебе слово.

Кажется, это разрядило напряжение, которое висело в машине между ними. К тому моменту, как они въехали в квартал, Хлоя чувствовала себя почти нормально. Она, конечно, вспоминала Даниэль каждые несколько секунд, но вместе с тем всплывало и то, какой легкомысленной Даниэль бывала раньше. Если учитывать её прошлое, то в том, что она пропала, не было ничего уж такого странного.

Верно, но папа-то тоже?

Хлоя отогнала эту мысль, когда Роудс припарковалась у двухэтажного дома, который выглядел так, будто его скопировали и вставили из ряда остальных на улице. Не то чтобы он был некрасив. Он был простым – но по-царски простым; из тех домов, что показывают на фотографиях после во всех этих передачах про ремонт и преображение жилья.

– Готова? – спросила Роудс.

Хлоя проглотила сарказм, уже подступивший к языку. Если Роудс собирается нянчиться с ней из-за истории с Даниэль, Хлоя не была уверена, что вообще сможет довести это дело до конца.

– Готова, – только и сказала она, выходя из машины под мелким моросящим дождём.

***

Детектив, который вёл дело, оказался долговязым мужчиной по фамилии Андерсон. Когда Хлоя и Роудс вошли в дом, он сидел за кухонным столом. Он поднял на них взгляд от iPad, который листал, и виновато отложил его в сторону, поднимаясь на ноги. Хлоя мельком взглянула на экран, пока он вставал, и увидела: он смотрел фотографии с места преступления – из этого же дома.

– Бен Андерсон, – представился он, протягивая руку.

– Агенты Файн и Роудс, – сказала Хлоя, пожимая руку. – Давно ждёте?

– Минут десять, не больше. Хотя я за последние шестнадцать часов был тут раза три-четыре – пытался прочувствовать место.

– Вы были на месте при обнаружении тела? – спросила Хлоя.

– Был. Вторым приехал.

– Где нашли тело? – спросила Роудс.

Андерсон жестом направил их в заднюю часть дома, подхватывая iPad. Он прошёл через кухню, открыл дверь, ведущую наружу. – Там, на заднем крыльце… хотя смотреть особенно не на что.

Они вышли на заднюю веранду. Поначалу Хлоя не увидела ничего хоть сколько-нибудь интересного. Веранда была приятная, с видом на ярко-зелёный задний двор – примерно в четыре тысячи квадратных метров. В дальнем углу стоял гриль, укрытый чехлом с эмблемой «Балтимор Рэйвенс». Немногочисленная садовая мебель, расставленная в центре, была симпатичной, но без изюминки – скорее всего, из «Вейфэр» или «Костко». На улице ещё моросило, и на деревянном полу проступали бледные следы капель. Хлоя заметила на досках кровавое пятно в форме запятой – как раз такого размера, чтобы частично обрамить чью-то голову.

– Жертву звали Бо Ланц, – сказал Андерсон. – Его жена, Шерри, обнаружила его, когда вернулась с работы. В день их годовщины. Нашла его здесь, на задней веранде, он лежал на полу. Она на какое-то время словно отключилась. Даже не заметила, что ему в рот был затолкан чёрный носок – почти в глотку. Говорит, что смутно осознавала, что видит это, когда впервые заметила его, но… она была не в себе, что понятно.

– Кровь, – сказала Хлоя, опускаясь на корточки. – Это значит, что его не просто задушили. Есть следы борьбы?

– Нет. Ничего не перевёрнуто, ничего необычного. Следы появились из-за удара, который он получил по черепу – прямо по лбу.