Прямо сейчас

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

Имя Максвелл Рид сразу же всплыло в контактах у обеих женщин, и один и тот же номер одновременно «пинганул» программы Кэми и приковал её взгляд. Две, казалось бы, никак не связанные женщины обе знали этого мужчину настолько, чтобы сохранить его в телефоне? Кэми подумала, что это – огромная зацепка.

Копнув глубже в данных, она увидела: обе недавно с ним связывались.

– Кто он? – нетерпеливо спросил Коннор.

– Его зовут Максвелл Рид, – ответила Кэми. – В последнее время у него были звонки с Кейт Миннетт и Грейси Фостер.

– И чем занимается мистер Рид? – уточнил Коннор.

– Судя по тому, что здесь указано, он профессиональный консультант, – сказала она. – Специализируется на коучинге по здоровью и благополучию.

– То есть ты думаешь, он мог принимать обеих? Как клиенток, возможно?

– Да, похоже на то, – подтвердила Кэми. – Звонки от Кейт и Грейси были на его рабочий номер. И с его рабочего номера потом шли звонки им. Я бы предположила, что он встречался с обеими.

– Как с клиентками, – задумчиво произнёс Коннор.

– Выглядит именно так, – сказала Кэми, пролистывая журнал звонков.

– Ты нашла важную ниточку. Нам нужно поговорить с этим консультантом, Максвеллом Ридом, немедленно. Его адрес сможешь быстро найти?

– Здесь есть адрес офиса. Где он живёт – не уверена, – ответила она.

– Это я найду, – сказал Коннор. Он строго нахмурился, закрывая блокнот, исписанный торопливыми заметками – деталями вскрытия и сведениями о тех ранах от самообороны. Кэми с облегчением поняла, что толком и не слушала. К счастью, она слишком сосредоточилась на поиске контактов.

– Так… вижу. Судя по тому, что ты нашла, его кабинет примерно посередине между адресами домов обеих женщин. А в базе указано, что живёт он в нескольких милях отсюда. Тоже – в центре. – В его голосе прозвучал смысл. – Похоже, он переехал туда четыре года назад. Интересно, какая у него история?

Собирая больше информации перед тем, как выехать, Коннор застучал пальцами по клавишам.

Кэми невольно, ласково улыбнулась – лицо согрелось, когда она слушала размеренный ритм его печати. Она бы узнала почерк Коннора даже с завязанными глазами. Медленный и обстоятельный – это он. Не та стремительная очередями «пулемётная» скорострельность, как у программистов в МТИ, которые и на клавиатуру-то не смотрят.

И всё же, каким бы медленным он ни был, Коннор добивался результата. Как сейчас.

Он посмотрел на Кэми, приподняв бровь.

– Вот это уже интересно, – сказал он.

– Что? – Она наклонилась в сторону, чтобы взглянуть на экран. – Я не понимаю. Что я вижу?

–Мы не видим самого главного, – объяснил Коннор.

–И чего же?

–Прошлого. Такое ощущение, будто эта запись в удостоверении личности просто возникла из ниоткуда четыре года назад. В этом есть что-то странное. Либо по дороге её меняли или повредили, либо… она новая.

–Новая? – Ками вскинула брови.

–Ага. Мог сменить имя, переехать из другого штата. Тогда придётся лезть в другую базу данных. Это может быть тревожным звоночком: он вполне может оказаться липовым. Как бы то ни было, надо проверить. Я подключу к этому своих в отделе, пока мы выдвигаемся. Нужно выяснить, настоящий ли он и видел ли этих женщин.

Ками почувствовала прилив воодушевления. Оставив телефоны в кабинете, Коннор широким шагом вышел, дождался, пока Ками тоже выйдет, и запер дверь за ними.

Выходя из участка, он уже говорил по телефону с отделением Федерального бюро расследований. Месяц назад, с болезненным уколом подумала Ками, там у него был бы свой человек – Итан. Теперь она не знала, с кем он разговаривает. Может, и не хотела знать. Никто никогда не сможет занять его место. Никто.

–Мне нужна проверка по биографии консультанта по здоровью Максвелла Рида. – Он продиктовал адрес. – В записи что-то не так. Она не уходит назад настолько, насколько должна, и я хочу знать почему. – Он помолчал. – Отлично. Спасибо.

Потом он направился к машине, а Ками поспешила рядом. Это дело уже вскрывало возможные несостыковки. Ей хотелось верить, что убийца проявил небрежность – и это поможет найти общую нить между жертвами.

Рид что-то скрывает. Во всяком случае, ей так казалось. А две женщины уже мертвы.

–Я слышала, вы по телефону сказали, что тела перемещали. Вы знаете что-нибудь о том, где их держали? Есть ли что-то, на что нам стоит обратить внимание у него в кабинете? Или дома? – спросила Ками.

–Нет. Пока ничего полезного. Патологоанатом будет искать больше, когда вскрытие проведёт. Но уже то, что их держали и перевезли после смерти, задаёт нам кое-какие рамки.

Коннор резко вильнул влево, перестраиваясь в быстрый ряд.

–Да, – сказала Ками. – Значит, этот тип – я предполагаю, что это мужчина, – достаточно силён, чтобы переносить женщин, у него есть место, где он может их держать так, чтобы никто не услышал, и есть машина, чтобы перевозить. – Ками загнула пункты на пальцах, и Коннор бросил на неё одобрительный взгляд.

–Ага. Всё верно.

Между ними было согласие. Ками это радовало. К этому они шли не сразу. Начали они с Коннором хуже некуда. Она вспомнила те тяжёлые, противоречивые часы, что они провели вместе, когда каждый раздражался на другого. А теперь посмотри. Они были напарниками, которые понимают друг друга с полуслова.

Во всяком случае, так казалось Ками – до тех пор, пока Коннор не прочистил горло и, уже другим тоном, не заговорил снова.

–Так. Пока едем, скажи мне вот что.

Она уставилась на него, внезапно ощутив тревогу.

–Что сказать?

–Скажи мне, что ты творишь: копаешься в смерти Итана и поднимаешь старые дела, – сказал он. – Я слышал, ты стучишься в двери и переворачиваешь мусорные баки. По крайней мере, в переносном смысле. Что происходит?

Слова ударили, как молот. Ками буквально ахнула. Сердце забилось быстрее, мысли понеслись вскачь. Откуда он знает? Как он узнал, чем именно она занимается?

–Я… я не… – пробормотала она. Это было жалкое, хлипкое, автоматическое отрицание, и она понимала: с ним такое не пройдёт. Не прошло, конечно. То и дело бросая взгляд на дорогу и поток машин, Коннор словно пригвоздил её взглядом – и от него нельзя было уклониться.

–Я не хочу лжи, – твёрдо сказал он.