Страница 53 из 75
Лично мне они притаранили посылку от Анамеша, кольцо, забитое его лучшим сливовым вином. Его я перегрузил в своё кольцо, категорически отказавшись отдавать его кому-то. И плевать, что их объявили стратегическим ресурсом, мне где-то надо было хранить печать и близнецов-драконов, которых я тоже оставил себе. Любые предложения по организации охраны я отмёл сразу же. Штука которая убивает любого при прикосновении не тот актив, что стоило отдавать другим. На меня попытался надавить авторитетом какой-то майор КГБ, принявшийся угрожать зоной за попытку укрывательства особо ценных ресурсов, но был послан в пешее эротическое. А когда попытался применить силу, я закатал его в землю по шею даже не вспотев. А ведь мужик был Командором. Но куда ему против Архонта.
От дальнейших разборок меня спас Стравинский, как консультант центрального комитета партии обладающий достаточной властью, чтобы про моё кольцо забыли. А вот обо мне Евгений Капитонович забывать не хотел и две недели кроме написания рапортов я ещё и общался с ним, рассказывая каждую мелочь, демонстрируя то техники близнецов-драконов, то уровень прямой манипуляции стихией, то бишь землёй во всех её проявлениях.
Алмазы я умел делать и до этого, даже розовые, подмешивая марганцовку в исходный материал, но теперь мне этого не требуется. Алмазы, рубины, сапфиры, изумруд, александрит. Последний дался с трудом, но всё же я сумел разобраться в механике, пусть и с подсказками профессора минералогии, которого ради эксперимента привезли из Москвы. Он же и утащил с собой кусок александрита размером с кулак, который стоил дороже, чем бриллиант такого же размера. Камень отправился в музей, а мне вместо него пообещали поступление в МГУ на профильный факультет без экзаменов. Такой себе обмен, надо сказать, потому что учиться меня ещё Татьяна Игоревна отправляла, когда я только начал первые алмазы клепать, но ладно, не жалко.
Но всё это было баловством. Даже получившийся идеальный алмаз, на который профессор пустил слюну куда сильнее чем на александрит, поскольку тот оказался прозрачным в крайне высоком диапазоне, что делало его идеальным для создания лазеров или лонсдейлит, самый прочный известный минерал во вселенной. Куда важнее, что теперь я мог изменять не только физические параметры кристаллов, но и энергетические. А это было очень важно для создания артефактов. Конечно, я пока задел лишь самый краешек этого направления, однако оно казалось очень перспективным. Жаль только, что научить меня как делать правильно никто не мог даже в МГУ.
Впрочем, этого профессору я не показывал. А сам он покрутил в руках обычный неприметный камешек, валяющийся в общей куче среди алмазов, сапфиров и прочих турмалинов и с недоумением вернул обратно. Решил, видимо, что это результат неудавшейся попытки. А она ещё как удалась, я сумел закачать в этот камешек энергии достаточной, чтобы создать тот самый шар, где я прятал бомбу фашистов. Другой вопрос, что применять её было сложновато, но это был лишь первый шаг, так что камешек лёг в кольцо к печати и вину. На будущее.
— Мы требуем, чтобы все ресурсы, добытые в так называемой гробнице, были честно разделены среди всех интересантах данного… процесса! — вопль американца вырвал меня из размышлений, впрочем, одним из потоков сознания я следил за происходящим, так сказать, в фоновом режиме. Чтобы среагировать, если ко мне обратятся, да и просто лишним не будет. Проанализирую потом, разложу в сатори. И да, потока сознания у меня теперь три. Очень удобно. И неожиданно для любого, кто решит меня пощупать. — Советский Союз совершенно незаконно присвоил…
Ну вот и добрались до самого главного. Отдать, поделить, по справедливости, конечно! А так как янки самые пострадавшие то им надо отдать как можно больше, в идеале всё. Ведь это будет честно, не так ли? А то, что там другие тоже пострадали, это не считается. Ну разве что евреев ещё стоит уважить, чтобы не было антисемитизму. Кстати, из двух претендентов из Израиля вернулись оба. Правда, без особой добычи. Но выжили, пересидели где-то. Даже до второго этапа добрались, в отличии от американской супергероини, ну той самой, что я видел в самом начале. Она не прошла и первого сектора, попав в плен. Что с ней делали там не знаю, но догадываюсь, потому что из Врат вместо гордой героини и спасительницы вывалилось трясущееся тело, не верящее что всё закончилось.
На самом деле, пиндосы не так уж неправы в том, что пострадали сильнее всех. Из одиннадцати человек у них вернулось трое. Кроме изрядно замученной супергероини так же в живых остались двое из её окружения. Ну а очкарика я лично прикончил. И хорошо ещё что остальные не выжили, мне бы пришлось как-то изыскивать возможности чтобы свернуть им шею и не попасться. Не то, чтобы это было слишком сложно, но подозрение бы точно вызвало, а то и международный конфликт, ведь эти самые якобы учёные, клерки и журналисты оказались теми ещё ублюдками, созданными американскими яйцеголовами чуть ли не в пробирке.
Джон Смит, тот самый неприметный очкарик, стал вершиной творения безумного американского гения. На самом деле там и тевтонцы отметились, разработки того же Менгеле были использованы в полной мере, да и ещё десятка два учёных свои лапы приложили, чтобы создать идеального суперсолдата. Практически человека из энергии. И да, он на самом деле умел выкачивать тонкие тела людей, используя их как марионетки. Да и в целом был энергетическим вампиром, куда там тому Дракуле. И во имя демократии творил такое, что ни одна нечисть не придумает. Вий по сравнению с этими ребятами со взором горящим просто сосунок на горшке. А черти его — несмышлёнышы в первой ясельной группе.
Самое поганое, что суть энергетического вампиризма Смита была очень похожа на моё поглощение чёрных шаров остающихся после смерти людей. Вот только я не вырывал душу прямо у живого человека, превращая его или в сморщенный, высушенный труп или в своего раба. Абсолютно верного, сорваться с крючка у которого не получится. Хорошо ещё что янки эту технику пока только обкатывали, причём в основном на своих гражданах, но несколько человек из нашего посольства и представителей в ООН пострадало. Впрочем, на мой взгляд, лучше ужасный конец, чем ужас без конца.