Страница 22 из 75
Глава 8
— Так вот ты какой, северный олень! — встретил меня Выгорский перед неприметным зданием, где проходили тренировки. И правильно сделал. Нет, я понимаю, что он просто решил сначала посмотреть на меня перед тем как документы оформлять, но мне же проще. Меньше возможностей спалиться, ведь по идее я ничего здесь знать не должен. — Что-то ты не похож на оракула!
— А каким должен быть оракул? — мне на самом деле интересно стало, ведь я никогда ни одного не видел. — Что там надо? Три глаза, крыло из-за плеча или может антенну на башке для связи с космосом?
— Может и антенна бы сгодилась, но уж точно не гопник из подворотни, — хохотнул Виктор Михайлович и мгновенно стал серьёзным. — Послушай, пацан, у меня нет времени играть в твои игры. Поэтому давай ты быстренько рассказываешь где взял эту технику, а я не оформляю тебя по статье. Пойдёшь свидетелем.
— Ну раз вы так вопрос ставите, — я чего-то такого ожидал, но всё же надеялся, что разговор сложится иначе. — тогда ладно. Оформляйте.
— Семён, ты серьёзно? — округлила глаза Сикорская, так же присутствующая при этом спектакле. — Ты что не понимаешь, что это не игрушки?!!
— Почему же, — я пожал плечами. — Наоборот, прекрасно понимаю. Если виноват — отвечу. Заодно хоть узнаю, за что именно.
— За распространение энергетических техник приравненных к огнестрельному оружию, — ничуть не смутился Выгорский. — До пяти лет лишения свободы.
— Ну отлично. — я пожал плечами. — Тогда вызывайте одиннадцатое управление. Это же их зона ответственности? Пусть оформляют по всем правилам, с указанием техники, её номера в реестре, ну как положено. Иначе это же получается какая-то профанация и превышение полномочий. Верно, Виктор Михайлович?
— Ушлый ты тип, как я погляжу, — прищурился Выгорский. — Ладно, пошли пообщаемся. Паспорт взял?
— Конечно, — я вынул из кармана и помахал серпасто-молоткастой красной книжечкой. — Мы же с понятием, правила знаем.
— Удивительно кстати, — хмыкнул тренер. — Казалось бы откуда такие знания у уличного хулигана.
— Так я ещё и крестиком вышивать умею, — если он рассчитывал меня смутить, то зря. Вот буду я ещё краснеть и мяться. Не на того напали! — тут ведь куда важнее не знания и умения, а точка их приложения. Даже самый умный и начитанный человек без правильной мотивации будет тыкаться словно слепой котёнок. Вот и я до недавнего времени считал, что бандитская романтика — это круто. Братва, воры, сучьи войны, вот это всё. А потом вдруг прозрел, что по сути все они это лишь ублюдки, наживающиеся на чужом горе. И все понятия — это лишь красивые слова, за которыми они прячут свои гнилые натуры. А понятия эти работают так, как выгодно самим ворам. Молодые же дураки, типа меня и пацанов с района идут как пушечное мясо. Их и кинуть могут, и под молотки подставить. И сдать. Стучат эти самые честные блатные воры только в путь. Короче осознал я это и решил, что не моё. Направил свои усилия в другую сторону и хоба! Оказалось, что я умён, силён, красив и талантлив!
— А ещё невероятно скромен и не хвастлив, — закончил за него Выгорский. — пошли давай или я подумаю что ты зассал!
— Эх, методы работы с молодёжью у вас конечно… — я неопределённо помахал в воздухе ладонью, но двинулся следом. — Брать на слабо это ж уровень детского сада.
— Но работает, — пожал плечами тренер. — А если работает, зачем что-то менять?
Замечание звучало справедливо и я предпочёл промолчать. Оформили меня быстро, видать присутствие Выгорского придало охране скорости. Я с интересом крутил головой по сторонам, хоть и не видел ничего нового. Однако, так было положено, вот я и исполнял роль, зависнув как только мы вошли в зал. И даже не потому что так было положено, просто ностальгия накатила. Сколько времени я провёл на этих дорожках, сколько пота и крови пролил, пытаясь научиться правильно передвигаться по свисающим цепям. Когда вернусь, надо проставиться Выгорским. Если бы не их наука, я давно бы уже загнулся в какой канаве. Умение двигаться оказалось куда важнее многих боевых навыков. И это вызвало искреннее уважение к тренеру.
— Чего замер? Нравится? — принял мои эмоции за любопытство Выгорский. — Был бы ты энергетом я бы тебя погонял. Есть в тебе что-то такое, кроме огромной наглости. Но извини, пацан, не судьба. Случаи инициации в твоём возрасте встречаются реже чем алмазы в навозной куче.
— Умеете вы подбодрить, — я и не подумал обижаться. — Ладно, мы же здесь по делу или просто похвастать хотели?
— Совсем страх потерял, — покачал головой тренер и кивнул Сикорской. — Иди готовься. Сейчас закончу с твоим гостем и начнём.
— Он не мой! — самое интересное, что вместе с этим Софья стремительно покраснела. Интере-е-есное дело! Да ладно!!! Быть не может! Хотя… это вполне может быть закладкой от создателя симуляции, но даже так я не собираюсь ей пользоваться. Пусть обжабится. — Вы с ним построже, Виктор Михайлович.
— А Сонька-то на тебя запала. — Выгорский сделал те же выводы что и я, глядя на закрывшуюся дверь женской раздевалки. — Послушай доброго совета, парень, губу не раскатывай. За девочку тебя в бетон вкатают и скажут что так и было.
— Будто я сам не понимаю, что мутить с правнучкой Матушки Зимы без достойного бэкграунда не стоит. — при упоминании сильнейшего Архонта планеты тренер вскинулся, но я пялился на него с самой невинной рожей, что мог изобразить. — Неужели вы думали, что я не в курсе кто такая Софья? Я же говорил что не дурак и понимаю как мир устроен. Так что никаких планов, чисто деловые отношения.
— Смотри, тебе жить, — пожал плечами Виктор Михайлович и распахнул дверь кабинета. — Заходи!
— Добрый день. — я предельно вежливо поздоровался с интересом разглядывающей меня Анастасией Николаевной. — Или, точнее вечер.
— Значит, это и есть тот самый гений, создавший «Шок»? — не потрудилась ответить мне лекарь, переведя взгляд на мужа. — Как-то не впечатляет.
— Ну извините, знал бы, что вам впечатления нужны, перья бы цветные нацепил, стразы там. — я и не подумал тушеваться. — Как в Бразилии на карнавалах. Видели? Скажите производит впечатление!
— А он забавный! — одними губами улыбнулась женщина и тут же резко потребовала. — Руку!
— Я бы мог сказать, что не готов так сразу, но не буду. — промолчать я физически был не в состоянии, но приказу подчинился. И покорно ждал, пока Командор сканировала меня вдоль и поперёк. И лишь когда всё закончилось, поинтересовался. — И каков ваш вердикт, доктор? Я буду играть на пианино как прежде⁈