Страница 45 из 51
Глава 23
Вадим
Она спит. А я снова, как пес, сижу на полу возле ее кровати, облокотившись спиной. Мы больше не разговаривали. Не трогал Лизу, даже не пытался. Мы замерли и взяли передышку. Пытаюсь закрыть глаза и отрубиться хотя бы на несколько минут. Чтобы освежить мозги. Но нет, не получается.
Ну как тут уснуть, если вот она, рядом, а трогать нельзя? Я и дома не мог спать без нее. Алкоголь помогал. Сейчас бы стаканчик виски, чтобы снять напряжение. Но нет, мы это уже проходили.
Алкоголь, к сожалению, только усугубляет ситуацию.
Уже почти утро, в комнату врываются предрассветные блики. Лиза переворачивается, ее ладонь свешивается с кровати рядом с моим лицом. Поворачиваю голову, прикасаюсь губами к ее пальчикам. Невесомо целую, прикрывая глаза.
Кто бы сказал еще пару месяцев назад, что я, взрослый мужик, буду сидеть у ног девочки, целовать ее руки и молить о прощении, ни за что не поверил бы.
Лиза дёргает рукой, отбирая себя у меня.
Отворачивается. Проснулась. Делает вид, что спит, но я точно знаю, что проснулась.
Молча втягиваю воздух, потирая лицо.
Ладно. Новый день и новая битва. Надеюсь, мы выживем.
Поднимаюсь, иду в ванную. Умываюсь холодной водой, чтобы снять усталость. Беру ее зубную щетку и с удовольствием чищу зубы. Ей назло. Вытираюсь ее полотенцем, хотя на полке есть стопка чистых.
Выхожу из ванной. Лизы нет в кровати. Встроенный шкаф распахнут, несколько вещей на полу.
Это что за пиз*ец?
Слышу в стороне прихожей шорох. Иду туда. Лиза, одетая в плащ и обутая в кроссовки, стоит возле двери.
Оборачивается, смиряет меня гневным взглядом.
— Где ключи?!
А ключи у меня в кармане. И слава богу, у нее нет вторых. Иначе бы уже сбежала.
— А куда это ты собралась?
— Подальше от тебя. Верни мне ключи немедленно!
Грозная.
— Нет. Раздевайся.
— А меня парень мой ждет! — выдаёт она. Даже не ревную. Я эту лису хорошо знаю. Врёт она, по глазам вижу.
— Не дождется, — ухмыляюсь. — Раздевайся, пойдем пить кофе, — разворачиваюсь, ухожу в зону кухни.
Хозяйничаю, как у себя дома, настраивая кофемашину. Краем глаза наблюдаю, как Лиза носится по студии и что-то ищет, попутно стягивая с себя плащ.
— Где мой телефон?
— Телефон тоже у меня.
Я прям вижу, как она взрывается, готовая меня убить. Срывается с места, летит в мою сторону. Замираю.
Давай, девочка моя, иди ко мне в руки.
Лиза, словно читая мои мысли, останавливается в паре шагов от меня.
— Да как ты смеешь прятать мои вещи и запирать меня! — снова приступ гнева, и я его принимаю. Гнев – это не равнодушие. Уже хорошо. — Ты мне никто!
— А ты – всё, что есть у меня, — спокойно произношу я. Гашу ее вспышку. Снова сдувается, опуская руки. — Как я могу отпустить то, что дорого?
— Прекрати бросаться красивыми словами. Это ложь. Если бы я была тебе дорога, ты бы не использовал меня и не отпустил.
Стискиваю челюсти.
— Понимаешь, малыш. У меня не было в планах тебя использовать. Всё, что у нас тогда случилось.. Случилось по-настоящему. Так совпали обстоятельства. Отпустил.. Да не отпустил я тебя. Я просто сказал правду, уродливую и как есть, заведомо зная, что ты уйдёшь. Мудак, согласен, но назад не отмотаешь. Всё, мне нечем крыть. Понять не прошу. Прошу простить и принять. Я всё исправлю.
— А мое доверие ты как исправишь? Вдруг завтра это снова окажется твоей очередной игрой, чтобы отомстить моему отцу? Это же шикарная месть – поиметь дочь врага, — в ее голосе сплошной яд. И я его тоже принимаю. Заслуженно.
— Нет, Лиза. Нет.. — всё, что могу сказать. Отворачиваюсь, продолжая делать кофе.
— Ммм, ну тогда это меняет дело, — с язвительной усмешкой произносит она.
Сжимаю столешницу, глотая ее яд. Может травить меня сколько угодно. Назад дороги нет. Я выйду отсюда только вместе с ней.
Лиза уходит в ванную, громко хлопнув дверью.
Чем больше ты злишься, девочка моя, тем больше у меня шансов.
Как-то так..
Я не спал, но чувствую прилив сил.
Бой продолжается. Выигравших не будет. Мы поляжем вместе.
Делаю нам кофе, в холодильнике контейнер с ягодами и выпечка. Ну как же наша Лиза без булочек с кремом? Это ее слабость. Я знаю. Я бы заказал ей всё свежее, только боюсь открыть чертову дверь. Сбежит.
Разогреваю выпечку в микроволновке, ставлю всё на стойку, отделяющую кухню от гостиной. Сажусь, пью свой кофе.
Лизы долго нет. Очень долго. Понятно, что она специально там сидит, чтобы не видеть меня, но мою панику это не отменяет.
Встаю. Подхожу к двери. Стучу. Тишина. Стучу еще раз, громче. Снова нет ответа.
— Выходи. Я все равно никуда не денусь.
Не отзывается.
— Если ты сейчас не выйдешь, я выломаю дверь! — нервно заявляю ей.
— Только попробуй! — огрызается по ту сторону двери.
Усмехаюсь, выдыхаю. Ладно, с ней все в порядке.
Возвращаюсь за стойку, допиваю остывший кофе. Глаз цепляется за кожаный ежедневник на комоде в зоне гостиной. Что-то девчачье со стразами и в стиле Лизы, с рисунком черепа. Да, малышка у меня соткана из противоречий.
Встаю, подхожу к комоду, провожу пальцами по ежедневнику. Открываю. А это не ежедневник, просто белые листы. Рисунки, каракули, словно расписывали ручку. Несколько фраз на английском, какие-то цитаты. Листаю дальше.. Замираю. Там мое имя.
«Вадим, Вадим, Вадим, Вадим, ненавижу, ненавижу..» и так далее о том, как ненавидит. Ручка вдавливала бумагу так, что оставила дырочки. Но самое главное в конце.
«Люблю».
Закрываю глаза. Внутри разливается горячая эйфория.
— Какого хрена ты трогаешь мои личные вещи! — подлетает ко мне Лиза, вырывая ежедневник.
— Я тоже люблю тебя, малыш, — выдыхаю.
— А-а-а-а! — кричит она. — Ненавижу тебя, гада! — швыряет дневник в стену и кидается ко мне. Дает мне хлёсткую пощёчину, ещё и ещё. Мои щеки горят. У девочки истерика, слезы брызжут из глаз. Ловлю ее ладонь, которая снова замахивается, дергаю на себя, вжимая в тело.
Девочка сопротивляется, пытаясь вырваться, не отпускаю, иду с ней вперед, вжимая ее в стену.
Все в моменте, в порыве, на эмоциях и адреналине. Сжимаю ее запястья, которые пытаются меня оттолкнуть, поднимаю вверх, вдавливая в стену. Впиваюсь в ее дрожащие губы. Целую. Точнее, пытаюсь целовать.
— Нет! — кусает меня за губу. Больно прикусывает, в кровь. Сама замирает, пугаясь, распахивая глаза. Усмехаюсь, слизывая кровь, и снова впиваюсь в ее приоткрытый рот.
Целоваться теперь больно. Реально больно. Поцелуй с привкусом крови. Но сладко. Сладко, оттого что она отвечает. Да, не ласково, не с любовью. С ненавистью. Пусть так. Это подогревает и отключает голову напрочь.