Дочь врага. Мой сладкий грех

Глава 21

Елизавета

Конец августа в Лондоне холодный и сырой. Непривычно. Но у меня новая жизнь, и я должна привыкнуть к новым ощущениям. Квартира рядом с университетом, через дорогу. Что, конечно, очень удобно. Папа обо всем позаботился.

Квартира-студия. Не слишком большая, но комфортная, в белых и мятных тонах. Мне нравится, и это тоже учел мой отец. Я здесь всего месяц, но уже дико скучаю по отцу, Наде и друзьям. Но это тоже придется пережить – новая жизнь обязывает. Я даже успела обзавестись другом-соседом. Его зовут Максим, и он тоже учится в университете, только на третьем курсе. Мы быстро нашли общий язык, ибо из одной страны. Хороший, привлекательный парень. Высокий, спортивный, умный, с хорошим чувством юмора. Но просто парень. Ничего большего.

И вот мы пьем кофе в кафетерии на первом этаже нашего дома, Макс что-то эмоционально вещает, рассказывая мне о забавных особенностях менталитета, а я смотрю на него, подперев подбородок, и думаю: вот взять бы и влюбиться в него. Он старше меня всего на три года, и, наверное, был бы замечательным парнем. Но я же идиотка, влюбляюсь только в старых козлов.

— А в общем, я не понимаю тебя, Элиза, — называет меня на английский манер, чтобы я привыкала. — Я вот, например, не хочу здесь жить. Учиться – да, но провести здесь жизнь – нет, — взмахивает рукой в сторону окна, за которым идет дождь.

— Ты сам себе противоречишь, Макс, — усмехаюсь я. — Ты говорил, что тебе здесь нравится.

— Безусловно, есть свои плюсы в моменте. Но.. — задумывается. — Я боюсь эффекта «плавильного котла».

— Это как?

— Слиться с толпой. Интегрироваться в это общество и перенять менталитет. Это очень частое явление. И вот ты уже не свой и не чужой. Ты что-то среднее.

— Замечательно. Мне подходит.

— Кто тебя так обидел на родине? — заглядывает мне в глаза.

— Я сама кого хочешь обижу, — усмехаюсь, уходя от ответа. — Просто хочу полностью поменять жизнь.

— Ну это ты сейчас так говоришь. Все мы, приезжая сюда, находимся под впечатлением от контраста. Но пройдёт время, ты пожалеешь.

— Поговорим, когда время пройдёт, — отмахиваюсь.

Не вернусь я. Даже если здесь мне будет плохо. В крайнем случае сменю локацию, например, уеду к брату в Германию.

— Элиза, Лондон – это не Британия. Это просто антураж. Если хочешь узнать Британию изнутри, поедем в Манчестер, в Ливерпуль.

— Без проблем. Поехали. Прям сейчас! — взмахиваю руками, улыбаясь, но улыбка застывает, словно у меня случился паралич лица, потому что за столиком неподалеку я встречаюсь глазами с Довлатовым. Он всего в десятке метров, пьёт кофе и смотрит на меня пронзительным, невыносимо синим взглядом.

Закрываю глаза, полагая, что это мираж. Мое сознание меня подводит. Оно выдает желаемое за действительное. Это как сон: о чем ты постоянно думаешь, то и снится.

Да, я не прекратила о нем думать ни на минуту.

Можно сменить город, страну и даже континент, можно запретить себе произносить его имя вслух, но невозможно запретить себе думать о НЕМ.

Открываю глаза. Вадим по-прежнему на месте.

Он изменился. Похудел немного, оброс щетиной, которой у него не было.

Но это ОН. И он здесь.

— Ты, оказывается, авантюристка. Такая легкая на подъем, — усмехается Макс.

А я сглатываю, когда Довлатов улыбается мне уголками губ.

Мое тело в шоке. Это все равно, что считать человека мертвым. Вот похоронила ты его и оплакала. А он встречается тебе на пути живой и здоровый. По телу идет волна жара, пальцы начинают подрагивать, а голова кружится, оттого что сердце бьется сильнее, чем обычно. У меня паническая атака.

Что он здесь делает?

Зачем?

Дышу глубже, потому что воздуха катастрофически не хватает.

Я не хочу его видеть!

Не хочу.

Я не могу..

Чего он хочет от меня?

Что ему надо?!

Решил, что сделал мне недостаточно больно?

— Элиза? — привлекает мое внимание Макс.

— Прости, — перевожу взгляд на Максима. — Ты что-то говорил?

— Да неважно. Ты плохо себя чувствуешь? Побледнела.

— Да, что-то.. — сглатываю ком в горле, боясь оторвать глаз от парня. Иначе я снова буду смотреть только на Вадима. — Пойдём прогуляемся на воздухе.

— Пойдем, — подает мне руку, помогая подняться. И я хватаюсь за его руку, как за спасение.

Выходим. Всю дорогу оглядываюсь и ищу в толпе Вадима, словно у меня паранойя. Но его нет. И я даже не знаю, хорошо это или плохо.

Мы не могли встретиться случайно. Это исключено.

Зачем он здесь?

— А можно напроситься к тебе в гости? — спрашиваю у Макса, когда мы выходим в холл нашего дома. Он живёт на первом этаже, я – на третьем.

— А где Лиза? — усмехаясь, спрашивает он. — Девочка, кто ты? А как же «я не захожу на мужскую территорию»?

Да, есть такой момент. Макс часто зовет меня к себе. Посмотреть фильм, выпить кофе, но я всегда отказываюсь. Чтобы не давать ему лишних надежд. Я пока закрыта для мужчины.

— Так пригласишь в гости или нет? — стараюсь улыбаться и выглядеть беззаботной.

— Пойдем, — качает головой, открывая свою дверь. — Прости, не готовился к визиту королевы. У меня легкий беспорядок.

— Королева переживет, — прохожу в его квартиру и успокаиваюсь, только когда дверь закрывается.

Я боюсь остаться одна и снова столкнуться с Довлатовым. Мне нельзя. Иначе истерика неизбежна. Та девочка, рыдающая на полу в ванной, до сих пор не умерла.

Весь вечер провожу с Максимом, мы смотрим фильм, болтаем и ужинаем пиццей.

На часах почти полночь, и мне пора домой. Остаться на ночь я не могу. Это уже будет выглядеть некомильфо и даст Максиму еще одну лишнюю надежду.

Выхожу из квартиры Макса, как шпионка. Оглядываю холл и быстро забегаю по лестнице вверх, сердце колотится так, словно за мной гонятся.

На моем этаже довольно светло и полная тишина. Нет никого, никто меня не ждет. И слава богу. Вынимаю из кармана ключ. С первого раза открыть не получается, никак не могу привыкнуть к этому чертовому английскому замку. Дверь, наконец, поддается, выдыхаю, делаю шаг в квартиру.

— А.. — мой визг обрывается, потому что меня резко хватают за талию и зажимают рот рукой. Окатывает волной адреналина. Потому что по терпкому уникальному запаху я уже точно понимаю, что это не насильник или грабитель, а Вадим.

И лучше бы меня грабили..

Мне бы не было так страшно.

А мне страшно. Очень страшно, оттого что все повторяется. А я больше не выдержу этой боли.