Страница 71 из 73
Наверное так оно и получилось. Со стороны непонятно — я лишь видел, что мужчина продолжал изображать одну комбинацию символов за другой. Некоторые из них оставались на месте, другие полностью исчезали, третьи выгорали частично.
При этом цвета пламени у них всегда были разные. Плюс, отличалось количество символов в каждой такой «фразе».
У самого Леонида вздох облегчения вырвался только после того, как одна из комбинаций не просто задержалась, но ещё и засветилась слабым тёмно-синим цветом. Вот тогда, по выражению лица стало понятно — дело сделано. Как минимум, по большей части.
Дальше он нанёс ещё несколько десятков надписей, постепенно покрыв ими весь живот Верпы. Но с этого момента ни один изображённый им символ больше не пропал. А вот свечение у них становилось всё стабильнее и ярче.
— Готово. Сутки ей отлежаться и оклемается. Только постарайтесь, чтобы за это время с ней больше ничего не случилось.
Однако, ядрёная зараза оказалась на том лезвии. Неужели Марфа настолько давно готовилась, что предусмотрела и это? В конце концов, Дарья пошла под нож только сегодня. Почему старая ведунья решила не ждать, а пустила в расход внука ещё вчера? Где тут смысл?
Разве что всё озвученное пацаном частичная правда. А его бабушка ждала нас ещё вчера. Собственно, мы запросто могли поехать на Кислотку ближе к вечеру. Решение отправиться в отель я принял после диалога в машине.
Если подумать — на тот момент даже я не знал, как именно поступлю дальше. Возможно на вероятности будущего это тоже влияло. Тем более во мне постепенно пробуждалась душа гусара. Что наверняка оказывало воздействие на просчитываемость моих действий.
Хотелось верить именно в это. А не в то, что сейчас идёт в реализацию изначальный план Марфы, включающий в себя всю эту жесть.
— Что мы тебе должны?
Как мне казалось, вопрос был абсолютно логичным. Верпу он спас только после того, как я перешёл к угрозам. Но это не снимало с повестки дня вопрос его вознаграждения.
При этом сам колдун посмотрел на меня так, что внутри снова вскипел гнев.
— Мщения. Справедливости. Чужой крови на брусчатке и отрубленых голов, которые насажены на пики. Вот чего я жажду, медноглазый. Поклянись, что двинешься рубить головы тварям, что искалечили этот мир и будем в расчёте. Я даже пойду с тобой и буду сражаться, пока меня не прикончат.
Эмоциональная речь. Вот только предложение было не слишком реализуемым. И он это сам прекрасно понимал. Не говоря о том, что я даже близко не понимал, про каких конкретно «тварей» идёт речь.
— Может чего-то более озязаемого?
На мою вторую попытку он почти никак не отреагировал. Лишь пробормотал что-то и пошёл за свою витрину. Мы же потащили наружу Верпу.
Пока укладывали её во внедорожник, на тротуаре замерла стайка школьников. Но стоило обернуться, чтобы глянуть, есть ли у них телефоны, как те бодро рванули дальше.
— Куда теперь, командир?
Захлопнувший дверь Василий подошёл к водительскому месту, вопросительно посмотрев на меня.
— Домой. В смысле, едем в тот, который арендовали сегодня.
Половина денег у нас и так была с собой. На всякий случай — например, если вдруг придётся срочно отправиться в столицу или какой-нибудь Дели, чтобы укрыться там от врагов.
К тому же, Беатрис забрала все деньги Ратихора. Скорее всего хитрожопое окружение боровика что-то себе оставило. Но, если оценивать на глаз, в пакетах, что сейчас валялись в машине, было несколько миллионов. Этого за глаза хватит, чтобы приобрести всё необходимое. От одежды до мебели.
— Какие у нас вообще планы?
Ведьмак, который тронул машину с места, снова покосился на меня. Планы. А какие они у нас могут быть?
— Настучать по морде духам, убить Древнего, захватить Пермь. Всё просто, мурр. Ещё можно ограбить магазин икорки. Такие вообще бывают? Давайте заскочим по дороге. Обожаю икорку…
Беатрис выражалась в свой обычной манере. Но если рационально посмотреть на ситуацию, кошка была права. Кроме захвата Перми, конечно. Город мне был не нужен. А вот спасти свою жизнь я бы не отказался. Да и позволить кошке превратиться в её прабабушку, у которой могло быть ещё неизвестное число «пра» сверху, вовсе не желал.
Оставался только один маленький и скромный вопрос. Как это сделать?
— Надо уничтожить его душу. Отделить от твоей и сожрать, мурр. Ну или расщепить. Но… Чтобы такое сделать, нужен очень сильный духоглядец. Который сможет видеть не просто силу, но и саму суть.
Как-то очень туманно она сейчас выразилась. И не слишком понятно.
— А если короче и более ясно?
Кошка, как мне показалось, тяжело вздохнула.
— Лучшие из лучших способны работать с чужими душами. Не просто иссекать мёртвых духов и поглощать их силу, а править резцом ещё живых, мурр. Потрясающее искусство.
— И с какого ранга открывается эта чудная возможность?
— После того, который «Поводырь» определить уже не сможет. Для начала нужно перешагнуть тридцатый, мурр. А потом… Надеяться на лучшее.
Тридцатый? Если верить формации, которую видимо встроили в детстве, сейчас у меня двенадцатый. По всем признакам выходило, что духоглядец, способный на такое, будет неимоверно силён. Если же вспомнить всё, что о них говорил Василий, вероятность безвозмездной помощи с их сторону равняется нулю.
Начистоту — если явлюсь к кому-то такому, скорее всего пустят в расход меня самого. Прикончив мою душу и позволив гусару открыть глаза. Хотя бы из-за того, что тот владел ценной информацией.
К тому же, мне им даже предложить нечего в обмен на помощь. У этих парней и так всё есть. Даже бессмертие. Правда, конкретно то, что предлагает им неинтересно и хочется другого. Но это уже детали.
— А другие варианты? Способен кто-то ещё отсечь его душу от моей?
Вместо Беатрис в этот раз заговорила Влада, которая перед этим бросила взгляд на ведьмака.
— Говорят, некоторая нечисть лесная такое может проворачивать. Колдуны-некроманты. И сами бывшие мертвецы.
Последнее казалось логичным. В конце концов, они ведь уже работали с другими мёртвыми духами, значит должны понимать каким образом выполняются подобные задачи. Безусловно, в моём случае задача окажется немного сложнее. Но я могу предложить достаточно, чтобы у них была мотивация стараться.
— То есть осталось лишь найти их? Отыскать и уговорить поработать.
В голове послышался сдавленный смешок кошки.