Страница 32 из 73
Я чуть поморщился, вспомнив приступ ярости, который довелось пережить совсем недавно. В голове же зазвучал голос Беатрис.
— Может лучше покажешь, что выбрала? Что там в пакете? Трусики? Корсеты? Или решила обзавестись чулочками, мурр? Меня бы позвала — я помогла. Прабабушка столько всего рассказывала о придворных дамах. Ты даже не представляешь, какими затейницами бывали фрейлины.
Шаманка, которая уже собиралась продолжить, остановилась на полуслове. Медленно перевела взгляд на кошку. Пару секунд смотрела на неё, сверкая глазами, краснея и не зная, что сказать. Видимо осознав, как сейчас выглядит, устремилась к выходу.
Заглянув в чек, я положил на стол несколько купюр и двинулся следом. Но догнать Владу вышло только около выхода, где к нам присоединились Верпа с Василием. Да и там девушка не сказала ни слова. А пакет, вместе со всеми остальными загрузила в багажник автомобиля.
Ведьмак и кикимора, смотря на её густо покрасневшее лицо, только переглянулись и многозначительно похмыкали. Я же решил не поднимать снова тему при всех. Тем более, её можно было считать исчерпанной. Да я и сам, стоит признать, вышел за рамки со своим желанием крови.
Центр помощи бездомным оказался вполне приличным на вид зданием. Вот охранники около ворот мне категорически не понравились. У обоих были тёмные конструкции внутри. Правда это не мешало им вести себя максимально корректно. Один вовсе что-то вроде неглубокого поклона изобразил.
— Интересно, мурр. Даже не думала, что так можно.
— Никогда не любила модернистов. Всё лучшее — проверено временем. Эксперименты ставят неудачники.
Беатрис с Верпой заговорили почти одновременно и в первые секунды я даже не понял, о чём идёт речь. Потом напитал силой глаза — увидел всё сам. Правда сначала всё равно не врубился, на что именно смотрю. Дошло только через десять секунд, когда объехав здание, парковал машину сзади.
Грибница. Мёртвый финн, сила которого по легендам зависела от его рощи, заменил её большой грибницей. Такой, что охватывала всю территорию около здания и по-моему уходила сильно дальше. Раскинувшись едва-ли не под всем микрорайоном.
— Если он проиграл кому-то схватку, противник должен быть опасен, юный господин. Очень силён и опасен. Я бы с таким хийси даже тягаться не стала.
— Ты же болотница, мурр. У вас всегда один путь — занырнуть поглубже в топь, спрятаться и надеяться, что не найдут.
Вот теперь я остро ощутил эмоции кошки — та была раздражена и напряжена. Увиденное ей тоже не нравилось и Беатрис решила выплеснуть всё вовне.
— Если хийси на самом деле умирает и это не ловушка, нам придётся худо.
Шаманка пробормотала всё это на грани слышимости. Обычный человек и не услышал бы скорее всего. Но таких в салоне не имелось, так что слова прекрасно разобрали все. И вот эта частица «нам» — она радовала. Хотя и не отменяла того факта, что позже нужно будет куда более детально поговорить с девушкой на предмет её дальнейших планов.
— Господин ждёт вас.
Стоило мне выйти из автомобиля, как на парковке появился мужчина в чёрном форменном костюме. Пронизанные тёмными нитями, но без единого вкрапления алого.
— Двоедушник. День становится всё интереснее, мурр.
Я помнил, как Беатрис рассказывала о сути багника. Лесного духа, который добровольно впустил в себя умершего, чтобы стать сильнее. Но здесь случай явно был иным.
— Как он может быть двоедушником? Это колдун? Ведьмак? Какая у него сила?
В ответ на мой мысленный вопрос, кошка выразительно покосилась.
— Будь это важным, я бы сказала. Не душни и держи глаза открытыми, мурр. Вдруг нас попытаются убить.
Так-то я как раз на такой случай и интересовался. Чтобы знать, как с ним быть, если ситуация вдруг развернётся неприятным образом.
Внутрь нас провели через боковой вход. А само здание внутри напоминало, что угодно, но только не центр для помощи бездомным и малоимущим. Неплохая отделка, откровенно дорогая мебель, которую было видно визуально, висящие на стенах картины. Такое впечатление, что мы в какую-то дворянскую усадьбу случайно зашли.
Ни одного бездомного я тут тоже пока не заметил. В отличие от охраны — на пути мы миновали пятерых людей, пронизанных такими же тёмными нитями и пару созданий, которых у меня не вышло идентифицировать.
Наконец провожающий остановился перед толстой металлической дверью и приложил ладонь к сканеру справа от неё. Когда та отъехала в сторону, у меня невольно мелькнула мысль о ловушке. Казалось, нас сейчас закинут в камеру, оставив гнить там до скончания веков.
Однако, когда створка открыла проём, в лицо ударила волна пара и тёплого воздуха. На миг прищурившись, я тут же распахнул глаза, уже готовый создать энергетическую шпагу. Но внутри обнаружилось всего лишь помещение с бассейном.
Большое, красиво украшенное и с телом, которое висело над водой. Откуда к нему тянулись тонкие нити, пропитанные силой. Вполне себе физические.
— Заходите. Господин ждёт.
Мужчина, который нас сюда провожал, отступил в сторону, изобразив лёгкий поклон.
— Что этот скандинав о себе думает, мурр? Назначать встречу в таком месте, неуважение чистой воды. Гельсингфорс как-то уже из-за такого сгорал. Ничему их жизнь не учит.
Пожара, в котором пылали бы Хельсинки, я честно говоря, припомнить сейчас не смог. Но опасения кошки отчасти разделял. Из-за чего напитал силой глаза.
Удобный приём, что тут сказать. Какая-то секунда и мне стал виден второй силуэт, что присутствовал сейчас в помещении. Женская фигура на скамье около дальней стены. Окружённая тёмной дымкой, которую рассекали золотистые полосы.
За спиной что-то тихо пробормотала Влада. Я же шагнул вперёд. Прямо в облако пара. Сделав несколько шагов, остановился, чувствуя, как моментально становится жарко.
На плече тихо и недовольно рыкнула кошка. За спиной остановились трое спутников. А ещё дальше лязгнула металлическая дверь, отрезавшая нас от внешнего мира.
— Присмотрись. Вот же проказница, мурр. А я ещё думала, как такая будет держать в узде отморозков хийси…
Сначала я не понял, о чём говорит кошка. Потом увеличил концентрацию силы в зрительных нервах и глазах.
Золотые полосы не просто светились внутри тёмной дымки, которая окружала аяттару. Они ещё и вырывались наружу. Смыкались с телом хийси, который медленно крутился над центром бассейна. Крохотными искорками сверкали на тех нитях, что тянулись к нему из воду. Уходили куда-то глубже.