Страница 44 из 81
Глава 22
Вики
— Я так полагаю, сегодня ты тоже не вернешься?
Вики села в кровати и потерла глаза. Ее разбудил не старомодный будильник на прикроватной тумбочке, а телефонный звонок Хуберта. Что может сделать начало дня еще более недобрым?
— Нет, я..
— У тебя все еще кишечный грипп?
— Нет, но..
— Тогда по какой причине ты постоянно откладываешь свое возвращение? – Голос Хуберта стал резким.
О нет! Более недоброго утра и быть не могло. Вики пожалела, что перед этим разговором не успела хотя бы выпить чашку кофе.
— Грэ.. э-э-э.. мистер Эрскин в книжном туре. – Это правда. Но она не сказала отцу, что сопровождает Грэма. – И он не вернется до конца недели. – А вот это уже ложь: они уезжали всего на один день. Но, поскольку вся эта затея оказалась еще сложнее, чем Вики предполагала, не мешало немного продлить срок.
— До конца недели! В таком случае сегодня же садись на ближайший самолет и лети обратно, не трать время на то, чтобы болтаться по Шотландии. Тем более дел предостаточно.
Болтаться по Шотландии.. Хуберт и понятия не имеет, о чем говорит! Вики почувствовала, как внутри закипает злость.
— Нет, я не прилечу. Мне все еще не очень хорошо, и, если тебе трудно с этим смириться, я беру отпуск. Если надо, то неоплачиваемый. У меня уже сто лет не было отпуска, но ты, наверное, этого даже не заметил. Я свяжусь с тобой, когда поговорю с мистером Эрскином. – Вики надавила на красный кружок так сильно, что ей стало больно, и, чтобы Хуберт не мог снова ей позвонить, включила авиарежим.
С минуту она сидела неподвижно, ожидая, что ее одолеет страх из-за того, что она разозлила Хуберта. Но до боли знакомое ей чувство не возникло. Вместо этого уголки ее рта как бы сами собой приподнялись в улыбке. Ей давно следовало поставить отца на место! Впервые с момента приезда она не обратила внимания на пронизывающий холод, который всегда царил в ее комнате по утрам.
Нанетт стояла в прачечной в домашнем вельветовом костюме и развешивала белье на старомодной сушилке.
— О! – изумленно сказала Нанетт, когда Вики спустилась полностью одетая. – Не ожидала увидеть вас так рано. И кажется, в столь ранний час вы уже в хорошем настроении. Должна признаться, мне всегда нужно немного времени по утрам. Может, сразу приготовить вам завтрак?
— Нет, спасибо, Грэм хотел привезти черничные сконы. Говорят, лучшие в Шотландии. – Вики не могла скрыть счастливой улыбки. Конечно, не из-за черничных сконов. И даже не перспектива отправиться в поездку за книгами с Грэмом была причиной ее хорошего настроения. Но она все равно чувствовала невероятное удовлетворение оттого, что наконец-то смогла противостоять Хуберту. Кроме того, сегодня обязательно представится возможность спокойно поговорить с Грэмом о книге.
На мгновение Вики и правда забыла о другой причине своего хорошего настроения. И уже не думала о том, как глупо все вышло вчера. Но Грэм, похоже, не обратил внимания на то, что она хотела взглянуть на его домашнюю библиотеку. Ведь она уже несколько раз подчеркивала, как сильно любит книги.
Но Нанетт.. Возможно, Вики померещилось, но у нее сложилось впечатление, будто пожилая дама не купилась на ее объяснение, зачем вчера Вики заявилась в коттедж «Жимолость». А тут еще это письмо из агентства! Вики оставалось только надеяться, что в ближайшие дни Элия не станет писать о ней миссис Свингер.
Вики надела ботинки и толстую куртку, несколько раз обмотала шарф вокруг шеи, натянула на голову шапку и выбежала на улицу.
Грэм уже ждал ее. Вместо «Мини Купера» он приехал на небольшом фургоне.
— Доброе утро! – поздоровался Грэм и распахнул перед Вики пассажирскую дверь.
Он и правда настоящий джентльмен! Когда в последний раз мужчина делал для нее нечто подобное? И ему так шло это пальто! На фоне насыщенного темно-синего его глаза цвета незабудки сияли еще ярче. Кажется, он был в таком же приподнятом настроении, как и она.
— Доброе утро! – Вики села в машину. – Ничего, если мы чуть убавим печку? – спросила она, когда Грэм завел мотор и тронулся с места. Разве есть другая причина, почему ей вдруг стало так жарко?
Реджи сказал Вики, что туристы редко приезжают на маршевые луга – пограничный район между Англией и Шотландией, где расположен Суинтон-он-Си. Вики не могла этого понять. Ей казалось, что холмы на фоне высоких заснеженных гор, дремучих лесов и кристально чистых озер очень красивы. Большая часть пути пролегала вдоль изрезанной береговой линии. Дома в этой части пограничья тоже встречались редко. Лишь иногда попадался старый каменный коттедж или руины, окутанные тайной.
Вики откинулась на пассажирском сиденье фургона, любуясь чарующим пейзажем и поедая черничные сконы, которые привез Грэм. Они были восхитительно вкусными. Если она задержится в Шотландии подольше, то скоро не влезет в свою одежду.
В Керкубри было гораздо оживленнее, чем в крошечных деревушках по дороге туда. Городок романтично располагался в устье широкой реки и представлял собой пеструю смесь элегантных георгианских вилл, викторианских таунхаусов и средневековых построек. Баннер, растянутый поперек улицы в начале пешеходной зоны между обувным магазином и кондитерской, гласил: «Добро пожаловать в город искусств!»
— Город искусств, город книг – неужели у каждого крупного поселения в этом районе есть дополнительное обозначение? – спросила Вики. Ее это очень забавляло.
— Не у каждого. Но чуть дальше на север есть Касл-Дуглас, город еды. Видите ли, мы используем любые уловки, чтобы привлечь туристов в наши отдаленные края. – Грэм усмехнулся. – Но в Керкубри действительно живет огромное количество художников. Здесь одна галерея за другой, особенно вдоль реки Ди. Я подумал, что вам понравится город, и вы обязательно должны приехать сюда в августе. Здесь проходит четырехдневный фестиваль искусств.
— Может, и приеду.
Они улыбнулись друг другу, и у Вики снова по всему телу пробежали мурашки, которые она так часто ощущала, когда голубые глаза Грэма встречались с ее глазами. Но тут она вспомнила, для чего, собственно, приехала. Не для отпуска, не для посещения галерей и разглядывания произведений искусства. Какой бы беззаботной и счастливой ни чувствовала себя порой Вики, истинная причина, по которой она проникла в жизнь Грэма, была для нее как маленький камешек в ботинке. Он чувствовался не всегда, но достаточно часто, чтобы мешать ей двигаться вперед.