Страница 176 из 190
Глава 26
Работать в полную силу всё-таки не получилось. Во всём оказался виноват совершенно счастливый от утренних признаний председатель. Как только заместителю деревенского директора удалось, наконец, сосредоточиться на работе и начать вникать в рабочий процесс, голос секретаря из селектора объявил, что начальник ждёт Олесю Юрьевну в своём кабинете прямо сейчас, а через десять минут старательного игнорирования просьба была повторена уже самим Алексеем с прибавлением ждущей за опоздание кары в виде «лишения премии, например». Девушка тяжело вздохнула и предпочла подчиниться. Однако, оказалось, что соседа интересовали вовсе не рабочие вопросы, о чём, собственно, Олеся и догадывалась. Сияющий от наслаждения при виде соседки парень усадил возлюбленную в кресло и предложил немедленно определиться с временем и местом свадебного торжества. К обоюдной радости, молодым людям изрядно поднадоели шикарные многолюдные праздники последних месяцев. Кроме того, пара совершенно точно не хотела посвящать кого-нибудь в свои планы. Новоиспечённая невеста всё ещё боялась, что что-нибудь пойдёт не так, и свадьба не состоится, поэтому не имеет смысла заранее кому-нибудь о ней рассказывать. Алексей легко согласился со странным аргументом и, в свою очередь, заверил собеседницу, что у него сводит скулы от одной только мысли о благодарной улыбке на очередное «Поздравляю!». Однако, молодой человек настоял на том, чтобы сообщить радостную новость о грядущем создании семьи Олесиным родителям. Девушка с ужасом представляла цунами вопросов от мамы и даже боялась представить реакцию отца, но новоиспечённый жених, руководствуясь понятными только ему мотивами, категорически отказался утаивать сообщение о предстоящем событии от старших Карибских. Олеся пообещала сообщить всё как можно скорее, но ограничиться сообщением, приглашать самых близких родственников на сам праздник невесте не хотелось. Поскольку гостей на торжестве не планировалось, заговорщики решили не откладывать в долгий ящик и расписаться в ближайшие дни, воспользовавшись уже опробованной пять лет назад схемой, для чего в известность было решено поставить и де Мартенов, потому что необходимыми знакомствами и даром убеждения обладал именно Давид.
За шутливыми спорами и плодотворными обсуждениями незаметно пролетело больше часа. Деревенский директор, случайно бросивший взгляд на часы, сокрушённо покачал головой и невозмутимо предложил заняться, наконец, работой, словно бы не сам был причиной задержки. Парень попросил сотрудницу не убегать сразу после окончания рабочего дня, чтобы вместе кое-куда съездить. Олеся, за последние два дня успевшая окончательно разлюбить сюрпризы, конечно, потребовала объяснений, но не добилась от собеседника ничего конкретного, кроме очередного страстного поцелуя.
Рабочий день, как всегда насыщенный разнообразными делами и задачами, пролетел незаметно. Олеся вернулась в правление уже под занавес рабочего времени, но успела попрощаться со Светланой, которая, по просьбе начальницы, передала той заранее составленный список дел на завтрашний день. Девушка с интересом углубилась в распечатанные на принтере убористым шрифтом листы с пометками от руки, поэтому не сразу заметила, как в приёмную из своего кабинета вышел деревенский директор собственной персоной.
– Рабочий день уже закончен, - парень бесцеремонно выхватил у собеседницы список.
– Помнится, ты говорил, что в Ореховом нельзя работать от звонка до звонка, - не без ехидства напомнила подчинённая, - Я уже и не собиралась работать – четыре часа провела в лесничестве. Степан Николаевич решил, что я непременно должна поучаствовать в осмотре границ леса, но зато он уже отметил деревья для вырубки, ждёт харвестер со дня на день.
– Хорошие новости, - начальник благосклонно улыбнулся, оставив при себе удивление таким активным взаимодействием обычно нелюдимого лесничего. Всё-таки Олеся, если хотела, умела расположить к себе людей, что было очень полезным качеством для всей деревни.
– Прокатимся?
– Хорошо, - девушка неопределённо пожала плечами, забрала из мужских рук список и убрала его в сумочку, - Это моё.
– Я и не претендую, – парень примиряюще поднял обе руки вверх.
Молодые люди дошли до припаркованной с обратной стороны здания правления машины. Олеся немного опередила водителя и, машинально открыв переднюю дверь около пассажирского сиденья, едва не упала от неожиданности. Место было занято огромным букетом снежно-белых роз.
– Что это?
– Прости, это не для тебя, - виновато отозвался подоспевший спутник и, открыв заднюю дверь, добавил, - Устраивайся, прости, это тоже не для тебя.
Олеся послушно юркнула на заднее сиденье, с трудом отвоевав кусочек сидения от едва не посыпавшихся на неё ещё десятка букетов поменьше. В машине одуряюще пахло розами, лилиями и хризантемами.
– Ты решил открыть цветочный магазин? – язвительно поинтересовалась пассажирка, когда Алексей обошёл автомобиль и устроился за рулём.
– Нет, - спокойно покачал головой водитель и завёл мотор. Цель поездки для Олеси стала очевидной, едва автомобиль доехал до восточной деревенской окраины, но кое-что прояснить стоило.
– Мы едем на кладбище?
– Точно, - парень отвлёкся, чтобы взглянуть в зеркало на вытянувшееся от удивления девичье лицо, и резко дёрнул руль, запоздало заметив довольно большую яму на и без того неровной дороге. Олеся сложила обратно на соседнее сиденье попадавшие на неё букеты и недовольно протянула:
– Это самое странное из того, что ты придумывал…
– Прости, - сокрушённо вздохнул собеседник, - Не могу заставить себя с тобой расстаться, и не съездить сегодня тоже не могу. Я приезжаю в этот день каждый год…
Молодой человек грустно вздохнул и тоже поправил одной рукой едва не свалившийся с кресла букетище. До кладбища доехали в молчании. Алексей о чём-то задумался и спутнице неловко было его отвлекать. Автомобиль притормозил у самых ворот. Олеся окинула кладбище тоскливым взором. Кажется, она была здесь только пару раз после переезда, но последнее время всё чаще. И каждое посещение полно безрадостной обречённости. Помнится, весной в один из апрельских вторников на кладбище выбиралась, пожалуй, вся деревня. Тогда здесь было во всех смыслах многолюдно. Но не теперь. Теперь здесь царило безмолвие и даже какое-то безвременье.