Страница 19 из 69
Но здесь, сейчас, была только Юля. Её вкус. Её тепло. Её руки, которые не отпускали.
— Что вы делаете, Иван Петрович? — возмущённо пропищала Юля, и это прозвучало, как пощёчина.
Я? Это разве я к ней присосался? Разве это не она первая начала?
Блять, да какая уже разница?
Я резко выпрямился, сел на край дивана, провёл ладонями по лицу. Сердце колотилось как бешеное. В штанах было тесно, и это бесило ещё больше. Потому что я не мальчишка. Потому что я должен контролировать себя.
— Я делал тебе искусственное дыхание, — нашёлся я. — Как видишь, помогло. Ты как вообще? Может, скорую?
— Не надо скорую. Мне гораздо лучше. Вы меня спасли. Два раза!
— Ладно, ты это... Полежи немного, — я помог Юле снять куртку, сапоги и укрыл её пледом. — А я пойду... Мне нужно... Снег почистить.
— И медведя заприте, — напомнила она, и в голосе снова появилась эта её дурацкая лёгкость. — А то я не переживу второго раза.
— Я быстро, — пообещал я и ушёл, не оборачиваясь.
Каменные яйца звенели на всю улицу, но на морозе я начал приходить в себя. Яша сидел на том же месте, вылизывал кастрюлю.
— Пошли, хулиган, — буркнул я. — Запру тебя.
Медведь нехотя поднялся, отряхнулся, обдав меня снежной пылью, и потрусил к вольеру.
Я закрывал за ним дверцу и думал об одном: вкус её губ. Запах волос. Тепло тела под моими руками.
Я не смелый. Я трус.
Потому что боюсь признаться самому себе, что Юля мне шибко нравится.