Страница 61 из 65
Глава 16.
Прикрыла глаза, мысленно посылая этого дебила в бездну. Освободила руки от магических пут,
так и не пошевелившись. Потом скинула путы с ног. В отличие от этого говоруна, я заметила
приближение лесного осьминога. И когда он бросился на несостоявшегося убийцу, я сиганула к
Майклу и с ним перешла порталом в сторону. Он к этому моменту тоже уже освободился от пут.
Оба посмотрели, как осьминог пожирает жертву и ломает оставшиеся ловушки.
— Он за нас работу доделал, — сказала медведю.
Тот подхватил меня одной рукой в охапку и ушёл порталом в участок.
— Это тебе, — передал он меня мужу и пошёл к старшему брату.
Тим, видя, что младший брат расстроен, встал и сгреб его в братские объятья.
— Что, кошка обидела?
— Нет, осьминог, — пожаловался медведь и показал шип. — Перед мордой поймал. С меня шкуру
хотели снять, — продолжил он, — кто-то хочет шкуру черного бурты с головой, как коврик у
камина. Юльку тоже заказали: и на органы, и голову. Причём это разные заказы. Но кто это
заказал — уже не узнаем. Этого болтуна сожрал осьминог.
— Схожу, осторожно проверю, — сказал Тони.
Мира не успела его перехватить и тихо ругалась. Но мужчина вернулся спустя несколько
секунд, взлохмаченный.
— Да, ту территорию нужно на карте отметить, как чрезвычайно опасную. А нам скоро придётся
зачищать лес от этой гадости. У них там брачный сезон начался.
Тони положил шефу ещё три шипа.
— Запустили в меня, как только вышел.
— Может, не будем делать скоропалительных выводов и послушаем нашу штатную провидицу, —
попросил шеф.
Майкл глянул на Миру и спрятался за брата.
— Злая ты.
— Тебя обнять? — спросила Мира ласково. — Ты вообще молодец, не тупил почти. Лопухнулись вы
вдвоём. Никто сигнальных чар вокруг не развесил. И если бы этот тип не хотел поболтать и
подразнить Юльку, было бы уже два трупа.
— Бука когтистая, — буркнул Майкл. — Ты как моя мама: ругаешься и шипишь после
случившегося. Типа мы сами не поняли, как лопухнулись, и нас как зверят дурных нужно в свою
же кучу ещё раз макнуть.
Мира сразу сдула свой воинственный настрой.
— Проехали тогда, раз вы всё поняли. Одно хорошо: с воздушных платформ даже шага не
сделали. Дайте мне минутку, посмотрю, кто заказал.
Только она это проговорила, как её голову прострелило сильной болью. Кошечка тихо
выругалась. Муж сразу же был рядом с ней и успокаивал.
— Артефакт от твоего дара, — догадался шеф. — Посмотри осторожно: много ли тех, кто хочет
Юлю убить настолько, чтобы заказ оформить?
— Из тех, кто может — семеро. Трое из них на рудниках. Ещё четверых выпустили недавно. А
вот батиста — на органы. Ай, сволочь… В общем, это не из нашей страны. Опять кто-то вспомнил
дело черных зельеваров и типа оборотни — это звери, а не люди. Майкл, сейчас твои детки
придут с добычей. Они уже, слава богу, взрослые и гурьбой даже наемника побьют.
— Только мальчишки отличились?
— Я уже девочек в твоих детей записала, — проворчала она. — Вшестером сейчас придут.
Дети пришли через пять минут. И парни притащили без сознания того, кто напал на них. Сдали
в камеру и описали, как дело было. Напали на них уже в этом городе, недалеко от
родительского дома. Тин обнимал своих дочек в это время, было слышно тихое кошачье мурчание.
— Пап, мы тебе булочек купили и пару пирожков с мясом, — спохватилась одна из девочек.
— Пап, мы тоже тебе купили, — сказал чуть гундося Глеб, — но они немного помялись, я рюкзак
на землю бросил.
— Не страшно, — сказал довольно Майкл, обняв своих мальчишек. — Спасибо, порадовали. Как
младшие? Наташа домой забрала?
— Да, — протянул Глеб.
— Выкладывай, что начудили.
— Это не мы, это младшая банда. Стеклянный шкаф расколотили в дребезги. Они на перемене
заклинания опробовали, и оно сорвалось. Никто не пострадал, только стеклянный шкаф в
коридоре. И они тетю Наташу разозлили своим нытьём и препирательствами. В общем, тетя всех
домой отправила. Сказала: во дворе будут гулять, как уроки сделают.
— А чего Наташа разозлилась? — спросил Митчел.
— Кажется, из-за того, что мелкие не захотели свою вину признавать. В общем, кому-то из вас
придёт письмо из школы.
— Может, пусть уберут этот стеклянный шкаф из коридора, — проворчал Майкл.
— Так он же с наградами на первом этаже, на самом видном месте.
— Это стенд был, — вздохнул медведь. — Боюсь подумать, во сколько это нам обойдётся.
— Тогда стоит заказывать из особо прочного стекла, — сказал шеф, — чтобы в следующий раз
дети не расколотили.
— Это идея!
Письмо и правда пришло на почту Майклу. Даже прислали адрес, где можно новую витрину
заказать. Медведи скинулись и заказали уже из особо прочного стекла, чтобы выдержало детские
шалости. А детей за хулиганство лишили карманных денег на пару месяцев и сладостей почти на
месяц. Прониклись все, даже подростки. Потому что им за компанию перепало — и без денег
оставили, и без сладкого. А вечером это озвучили детям.
— А нас-то за что? — спросил Глеб.
— А папа с мамой деньги не печатают. И вы взрослые лбы, можете себе на сладости и
заработать. Если сложить все ваши карманные деньги в кучу, это даже на треть новой витрины
для наград не наберётся. Братья, я вот думаю: может, полную сумму вычтем из их карманных?
— По-моему, хорошая идея, — сказала Наташа.
— Мама! — взвыли младшие дочки.
— Что, мама? Вас сколько раз просили не практиковать магию в коридорах школы?! Нет ушами
хлопаем и делаем то, что хочется. Пора и расплачиваться за это.
— Но мы не можем заработать!
— Можете, — Наташа коварно улыбнулась.
От её улыбки напряглись братья-медведи.
— Чую, эта кошка сейчас что-то выдаст, — сказал Майкл. — Брат, иди обними жену.
— Я-то обниму, но хочу послушать.
— Итак, отработка для провинившихся — это работа по дому. И не тяп-ляп, а качественно. Ваши
братья не дадут соврать: бабушка в кафе гоняет — мало не покажется.
Глеб сразу потер зад, куда ему прилетело от родственницы полотенцем.
— И вообще, вам пора на смену в кафе, шуруйте.
— Тётя Наташ, но мы уже со смены, уже вечер.
— Итак, отработка для провинившихся — дела по дому. Дела такие: готовить, убирать дом,