Страница 13 из 65
Глава 4.
А для меня шоком была продолжительность жизни и вытекающий из этого вопрос с длительным
взрослением. Совершеннолетие здесь наступало в восемьдесят шесть лет. Примерно в это же
время заканчивали школу и шли дальше учиться в другие учебные заведения. А ещё я немного
почитала про магию, её виды. То, что порой вижу — это одна из способностей видеть магию.
Таких существ называли видящими. У них тоже была своя градация дара, и она проверялась
специальными тестами.
— Милая, спать уже пора, — подсела ко мне Мила.
Я посмотрела на время и кивнула. Заблокировала планшет и пошла в спальню. Меня перехватил
Дима и понёс на руках, как и Иру. Я уже перебралась в свою комнату, понемногу пытаясь
привыкнуть. Но утром обнаруживала, что опять забралась к сестре в кровать. Вот и сегодня
ложилась у себя, а проснулась у сестрёнки. Она довольная обнимала и целовала меня в макушку.
Слышу, как открылась дверь, к нам зашёл Кевин.
— Девочки, пора вставать.
Он нас раскрыл и потрепал по волосам. Первые несколько ночей мы спали в одной кровати.
Кевин просто боялся остаться один и боялся проснуться и обнаружить, что он в клетке.
Приёмные родители оставляли ему ночник, чтобы он, проснувшись, понимал, что он дома, а не в
клетке. Братишку ещё с нового учебного года собираются записать в спортивную секцию. Он
хочет заниматься баскетболом. Кевин собирался пойти в эту секцию, когда ещё родная семья
была жива.
Сейчас, когда Мила в декрете, она нас чаще забирает из садика сразу после окончания школы у
Кевина, и мы вместе идём домой. Она с нами занимается и следит за уроками Кевина. А когда
родился их с Димой малыш, к нам хуже относиться не стали, нас не прогоняли от ребёнка.
— Опаньки, — улыбнулся Януш. — Дима, что случилось?
Дима пришёл сегодня со слингом со своим сынишкой Толиком, которому едва месяц исполнился. И
на спине у него ещё сидело двое котят.
— Ира, Юля, переберитесь уже на плечи или пусть вас снимут.
Мы забрались на плечи и немного вылизали отцу лицо.
— Что случилось? — подошёл шеф Дин.
— Мила поехала на плановое обследование, а меня попросила присмотреть за младшими. Кевин, к
счастью, на тренировке.
— Тебя не прокалывают её когти? — спросил шеф, указав на меня.
— Я нашил специальные подкладки в эту куртку, чтобы девочки могли лазить по мне и меня не
исцарапали. Я это пока отчёты заполню. Ира, Юля, пирожные будете?
Ответом было дружное «мур!». Нас сняли, и мы смогли превратиться. Расположив нас с тёплым
чаем и сладостями, Дима пошёл заполнять отчёты по работе.
— Осваиваешься, отец? — подошла Нюра.
— Хорошо, что вы меня пнули, и я начал читать книги про детей — от таких мелких и постарше.
Всё стало понятней. Юля подружилась с твоими близняшками. Даже к Мише ревновать стала и
стукнула его. Предложил дружить ей с ним и его сестрой, а не драться.
— Так пусть к нам в гости приходят, вместе будет деткам веселей.
— Я предлагал им пойти сегодня с Наташей и вашими детками. Мои упёрлись — хотим с папой. О,
засоня просыпается.
— Ладно, пиши, не буду отвлекать.
Дима успел спокойно переделать всю работу, пока Мила освободилась и забрала Кевина после
тренировки, а потом встретила мужа с работы и нас с ним.
В садике, а потом в школе, я и правда очень сдружилась с близняшками Дина, а детей Тэйлина
воспринимала как своих брата с сестрой. И с Мишкой мы «дубасили» друг дружку, начиная с
детского сада. Таня, сестра Миши, пыталась нас разнимать и мирить вместе с сестричками
Тревисами.
— Дим, — позвонил Тэйлин моему приёмному отцу. — Вы дома?
— Да, — тяжёлый вздох от отца. — Сильно она его поколотила? Юля, вылезай, ругать не буду!
Приходите порталом.
Тэйлин быстро перешёл.
— Что спряталась?
— Да, она мастерски играет в прятки, так что никто потом не найдёт.
— Юль, тебе нужно к врачу! О, Миша, тебе хорошо досталось, — у моего товарища по дракам был
синяк на скуле. — Юль, тут Мишка пришёл, мириться.
Я вылезла из-за дивана, отец почесал макушку.
— Я же там смотрел, — проворчал он.
Мы с медвежонком уже были почти подростки, нам было по пятьдесят лет. И он уже не особо
дрался, скорее терпел мои психи и колотушку. Причём с таким лицом терпел, что хотелось ещё
сильней его поколотить.
— Юль, в больничку нужно пойти.
— Не хочу! Мне там больно сделают!
— Кто?! — от обоих отцов.
— Дядя доктор, будет больно трогать.
— Я буду рядом и прослежу, чтобы тебе было не больно. И тебя, скорее всего, сразу в капсулу
интенсивного восстановления положат. Правда, если перелом без смещения.
— Как же ты его стукнула? — почесал затылок Тэйлин.
Мы с Мишей смутились. И никто не признался, чего, собственно, я парню «зарядила».
— В общем, милая, я буду рядом и, если тебе будет неприятно, больно, страшно — ты мне сразу
скажешь. Поняла?
— Угу. Просто тогда, в пять лет, доктор больно схватил меня за шкурку и щупал больно, —
сказала тихо.
Дима ласково обнял и погладил меня по спине.
— Тэйлин, вы в больницу идёте?
— Пойдём, пусть проверят. И в качестве моральной поддержки.
Доктор был только мужчина, и, видя хмурого отца, который следил за ним, а не за ребёнком,
осторожно проверял руку. И только после того, как меня уложили в капсулу интенсивного
восстановления, спросил:
— Был негативный опыт с врачами?
— Был, в пять лет. А вылез только сегодня. Я её полчаса по дому искал, уговаривал в
больницу пойти.
— Сочувствую. Тут, и правда, кроме вашего присутствия ничего не поможет.
Ближе к школе сознание почти пришло в соответствие с физическим развитием. Хотя я много
помнила из прошлой жизни. В школе я увлеклась скакалкой и научилась прыгать на ней так, что
у окружающих челюсть отвисала. Родители подарили ещё светящуюся, и я их развлекала, когда на
улице темнело.
Когда возраст позволил, я стала ходить на единоборства. Тут уже отец настоял, чтобы мы с
Ирой в обязательном порядке занимались единоборствами и потом в дальнейшем могли постоять за
себя. У Димы с Милой родились погодки, мальчишки. И с медвежатами я потом ещё и в один класс
пошла. Мы со старшим Анатолием, как он подрос, стали драться. Причём он с рождения был