Страница 11 из 71
магазинов и мастерских. А ещё он закупает материалы оптом, и по этому поводу были переговоры
с иностранными партнёрами.
— Как насчёт поужинать с нами? – рядом со мной присел Арон. – С нами всеми, – сразу уточнил
он.
Я ничего не успела сказать — мой живот выдал меня урчанием.
— Принимаю как положительный ответ, – сказал он с улыбкой.
Было очень необычно — встретиться с восьмью мужчинами. Они смотрят на меня с определённым
интересом, а у меня словно какой-то барьер внутри. Ощущение, словно это какой-то сон, и что
я вот-вот проснусь одна в квартире. С одной стороны, я понимаю, что это мысли и переживания,
что остались мне от самой Аниты. Она слишком привыкла, что её игнорируют. Но став ею, это
передалось и мне. Это раньше я была уверенной в себе — ведь у меня всё было: зрение, слух,
нормальные ноги и любящая семья.
Ужин прошёл в небольшом напряжении — с моей стороны. Мне кусок в горло не лез, хотя я очень
хотела есть. Парни, видя, что я напряжена, общались между собой и позволяли мне узнать их
лучше. Арон сразу похвастался, как я ему помогла с синхронным переводом. Трой хитро
улыбнулся.
— Судя по лицу, тебе тоже помогла.
— Да. Но это было опасно, и больше не позволю себе рисковать. Один раз — ещё мне повезло, и
кое-кто решил, что мы просто отдыхали.
— Трой, – сказал кто-то из побратимов строго, вложив в это обещание расправы.
Мне казалось, я незаметно сняла слуховой аппарат с одного уха. Видимо, что-то отобразилось
на лице, потому что через пару минут Трой спросил:
— Ты к тем девчонкам прислушивалась? Не обращай внимания.
Слегка передёрнула плечами — было неприятно слышать, как меня обсуждают. Интересно, как
сильно заметна моя слепота? Или это из-за систем на ногах… Но их, по идее, не должно быть
видно под свободными брюками. Но компания девушек словно бы лично меня обсуждала и осуждала.
Типа, таких как я не должны выбирать парни. И таких, как я, вообще должны убивать ещё в
утробе.
Ощутила, как мои руки сжали парни, сидящие по бокам от меня. Один переплёл пальцы, а другой
просто сжал ладошку. Мои ладошки в их руках просто тонули — такие они были миниатюрные на их
фоне. Посмотрела с недоумением на ребят.
— Можешь мысленно нам сказать, что тебя так задело, – сказал один из ребят.
Мотнула
головой.
— Хорошо. А чего бы ты хотела?.. Нет, неправильно спросил — о чём ты мечтаешь?
Задумалась. Больше всего мне хотелось видеть. Потому что всё, что я хочу, связано с
глазами: это — увидеть своими глазами разные достопримечательности и попутешествовать. Об
этом и сказала парням — но мысленно. Пусть привыкают, раз решили за мной ухаживать.
Заметила, как они переглянулись и кивнули друг другу. Ощутила накатывающую боль в ногах и
высвободила правую руку. А вот левую кое-кто не собирался отпускать и только сильнее сжал. А
я на него посмотрела, анализируя ауру, и попыталась разжать пальцы. Но куда там — вцепился в
мою конечность, как утопающий.
— Пусти, а то покусаю!
Послышались смешки парней.
— Рональд, ты учти, что ты, скорее всего, делаешь больно. Потому тебе и грозят
покусончиком.
Парень смутился и сказал:
— Я хотел перетянуть твою боль. – Он расслабил руку, и я с облегчением забрала ладонь,
прижала к себе. – Я просто ощутил, как у тебя накатывает волна боли, и не смог руку разжать.
А ты реагируешь так, словно не ощущаешь её.
— Привыкла за столько лет, – буркнула в ответ.
За столом повисло тяжёлое молчание. Настроение ещё подпортила группа девиц, что подошли к
нашему столику. Одна из них нагло спросила:
— Чем вас так привлекает убогая? Тем, что потом всю жизнь будет зависеть от вас?
А другая, не дожидаясь ответа, заявила:
— Постыдилась бы являться в общество!
— Мозгов от природы не дали, что уж тут обижаться, – сказала спокойно.
— Что ты там вякаешь?!
— Вам пора уйти! – сказал один из парней, и ещё несколько встали, отгородив этих барышень
от меня.
К нашей компании сразу подлетел администратор, попытался урегулировать конфликт. И, о чудо,
именно девушек попросили покинуть заведение. На удивление, после этого маленького конфликта
ужин прошёл спокойно. Парни выбрали стратегию — серьёзных тем не затрагивать. Расспросили
про моё детство. Тут было главное не проколоться и рассказывать про детство Аниты. С
сожалением поняла, что свою прошлую жизнь помню уже не так ярко — она словно когда-то
прочитанная книга.
— Оу, у тебя ещё три младшие сестры, – удивились парни. – Это такая редкость — столько
девочек в одной семье.
— Вы были дружны?
— Нет.
Первый вопрос был про братьев и сестёр.
— Почему? Ты сказала, вы с ними погодки.
— Как бы тебе сказать, – натянуто улыбнулась. – Корректно… Им было со мной неинтересно,
разное восприятие мира. Видеть чужими глазами я научилась не сразу. Потому рядом была только
няня, которая следила, чтобы я занималась учёбой и не убилась случайно. Вот на ней и
тренировалась в чём-то. Она, наверное, была единственной долгое время, кто знал про мои
таланты. Помогала познавать мир в пределах квартиры.
— Почему только в пределах квартиры?
— Потому что «незачем светить мной на улице» — была позиция матери. И меня родили только по
настоянию отца.
— Хм, странные отношения.
Пожала плечами — Анита других и не знала.
— Я привыкла, что меня игнорируют и не замечают. Дома никто плохого не говорил — просто не
замечали. Став жить отдельно, узнала много нового о себе и людях. Не в лучшую сторону.
— Как ты смогла выучить столько языков?
— Времени свободного было много, а они мне лучше всего давались. А можете представиться
нормально? А то я вас всех по именам не знаю, – призналась я наконец-то.
Парни испытали вину и стыд одновременно. И по кругу назвали свои имена. Очень сильно мою
руку сжал Рональд, дальше сидел Натан, Стас, Алекс, Трой, Ричард, Арон, а Макс сидел рядом
со мной, с правой стороны.
— Спасибо. Можно глупый вопрос?
Парни с улыбкой кивнули.
— Почему я?
— Ты нам идеально подходишь, Анита. Глаза вылечим, как и ноги — это не проблема, – сказал
Ричард. – А до того, что говорят другие… они завидуют.